Ложа рыси - Куртц Кэтрин Ирен - Страница 57

— Нарисуйте лицо, Перегрин, — убеждал шепот Адама. Но Перегрин, казалось, не мог четко увидеть его и только недоуменно покачал головой, выходя из транса.

— Не могу, Адам, — сказал он. — Просто не могу рассмотреть его. Словно там вуаль…

— Или щит, — сказала Филиппа, поворачивая набросок под лучшим углом. — Я бы сказала, что Перегрин наткнулся на одного из полноправных членов Ложи Рыси — установившего защиту, отправившись на злое дело.

— И теперь у них есть не только волосы, но и кровь, чтобы установить связь с Джиллиан, — сказал Адам. — Если они достаточно сведущи, то завтра в это время они уже будут точно знать, кто такая Джиллиан — и, что важнее, кем она была.

— Они могут сделать это просто при помощи крови и волос? — спросил Перегрин, широко открыв глаза.

Адам кивнул.

— В зависимости от мастерства человека, делающего запрос, — да. Мы могли бы. А учитывая, что они сумели вновь оживить тело Скотта и заставить его душу вернуться, я вынужден признать, что у них есть шансы… если, конечно, их специалист в этой области не был одним из погибших у Лох-Несса. Но одаренный исследователь может проникнуть в прошлое до самого первого пробуждения объекта.

— Ну, если они смогут установить связь между Джиллиан Толбэт и Майклом Скоттом, — сказал Перегрин, — то что, по-вашему, они могут сделать?

— Бесполезно гадать, — сказала Филиппа, хмуро поглядев на Адама. — Хотя одно мы знаем наверняка: мы не можем в достаточной мере защитить ее здесь, в больнице. Если хочешь мой совет, то, по-моему, нам надо как можно быстрее перевезти ее в Стратмурн.

Адам поморщился.

— Я тоже подумал об этом. Вопрос только в том, можем ли мы это сделать, не наделав шуму?

— Шум для нас гораздо меньшее зло, — практично сказала Филиппа. — Полагаю, у нас самое большее двадцать четыре часа отсрочки, прежде чем враги сумеют разорвать завесу тайны там, где касается Джиллиан. После этого единственный способ быть уверенными в ее безопасности — день и ночь караулить у ее двери… и уверяю тебя, это вызвало бы еще больше толков.

Адам задумчиво нахмурился.

— Боюсь, так. И, мне кажется, Перегрин дал нам отправную точку для благовидного предлога перевести Джиллиан из больницы в домашнюю обстановку.

— Я? — Перегрин перевел взгляд с Адама на Филиппу и обратно.

— Да-да, вы. — Филиппа медленно кивнула. — Теперь когда у нас есть намек на реакцию, кто будет спорить, что, пожалуй, стоит посмотреть, как она среагирует на окружающее в более домашней обстановке — а именно в Стратмурне, где она будет под пристальным наблюдением обоих лечащих врачей. — Она вопросительно посмотрела на сына. — Разве ты не упоминал как-то, что твоя мисс Гилкрист до пенсии была медсестрой?

— Упоминал, — сказал Адам. — Насколько я понимаю, ты предполагаешь, что ее можно уговорить поработать под знакомой крышей. Самым трудным будет заставить службу «Скорой помощи» осуществить перевозку немедленно… но попробую.

— А тем временем нам надо уговорить мисс Толбэт. — Он подчеркнуто взглянул на Перегрина. — А на сегодняшний вечер, — продолжал он, — я был бы очень обязан, Филиппа, если бы ты сделала все возможное для охраны комнаты Джиллиан.

Глава 23

В тот же вечер в подвальном этаже дома в окрестностях Стерлинга, называемого «Нижний Леки», Фрэнсис Ребурн и несколько избранных его подчиненных собрались, чтобы удовлетворить свой интерес к Джиллиан Толбэт. Присутствовали трое, участвовавшие в подготовке оригами-рыси меньше недели назад: Нейпир, Фицджеральд и Вемисс — и жилистый, темноволосый мужчина по фамилии Барклей, чьи разнообразные таланты выходили далеко за пределы пилотирования вертолетов. Все пятеро облачились в черные балахоны с капюшонами, и каждый носил серебряный медальон и кольцо с сердоликом — эмблемы полноправных членов Ложи Рыси.

Их рабочее место было защищено и готово. В железных черных светильниках на трех побеленных стенах угасал огонь. На четвертой стене мрачно нависала отделанная кованым железом фреска с изображением безликого, неопределенно гуманоидного существа, укрытого, как саваном, тенями и вздымающимися тучами, с ореолом стрел молний вокруг места, где должна быть голова. Напротив этой стены, отделенный от нее стойкой со свечами, пилот Барклей тихо сидел в деревянном кресле с высокой спинкой; он был погружен в транс — голова откинута назад, глаза закрыты.

Справа от него из черной железной жаровни на треноге лениво поднималась тонкая струйка ладанного дыма. Рядом на маленьком столике были разложены прочие принадлежности, необходимые для ночной работы: еще ладан, неглубокий стеклянный сосуд, похожий на чашку Петри, спутанный клубок золотых волос размером с яйцо и шприц на десять кубиков, наполненный темной кровью. Занимался этим набором сам Ребурн, помогала ему Анджела Фицджеральд. Нейпир закатал левый рукав пилота и затягивал на руке резиновый жгут, в то время как Вемисс набирал в другой шприц переливчатую розоватую жидкость из маленького пузырька.

— Вы сознаете, что он не сможет летать в течение двадцати четырех часов. — Вемисс вытащил иглу, отдал пузырек Нейпиру и поднес шприц к свету свечи, выдавив несколько капель.

— До субботы мне пилот не нужен, — пробормотал Ребурн, наблюдая, как Вемисс распечатывает спиртовой тампон и трет вздувшуюся вену Барклея. — «Полет» сейчас гораздо важнее. Если, как я подозреваю, юная Джиллиан Толбэт — нынешняя инкарнация Майкла Скотта, то работа сегодняшней ночи вполне может указать путь вновь получить то, что утрачено у Лох-Несса. Барклей был в Мелроузе, когда ныне покойный Геддз призвал Скотта обратно в его тело, и сможет узнать его. Продолжайте, пожалуйста.

Без дальнейших возражений Вемисс воткнул иглу в вену Барклея и ослабил жгут, медленно введя половину шприца; потом заглянул пилоту под веко. Нейпир подошел, чтобы придержать Барклея за плечи. Вемисс впрыснул еще наркотика, Барклей содрогнулся и застонал.

— Он почти готов, — пробормотал Вемисс, когда веки вдруг поднялись. — Барклей, вы слышите меня?

— Да.

Зрачки Барклея были расширены, взгляд неподвижен и несфокусирован. Удовлетворенный, Вемисс на миг нажал большим пальцем на поршень, добавив еще немного наркотика. Прижав спиртовой тампон к месту укола, он ловко вытащил иглу и, согнув руку пилота, прижал к груди, а затем отступил в сторону.

— Все готово, мистер Ребурн.

Улыбаясь, Ребурн выступил вперед, положил обе руки на подлокотники кресла Барклея и уставился в одурманенные глаза.

— Вам удобно, мистер Барклей? — спросил он тихо. Голова Барклея слегка мотнулась вперед.

— Все хорошо, мистер Ребурн.

— Великолепно.

Отступив, Ребурн приказал Анджеле помочь ему поставить жаровню перед креслом. Одновременно Нейпир и Вемисс взяли Барклея за плечи и заставили его податься вперед, раздвинув его колени так, чтобы жаровню можно было пододвинуть еще ближе. Когда Ребурн рассыпал щепотку ладана над тлеющими углями, Барклей начал глубоко вдыхать дым. Тот же ладан, знал Ребурн, использовался в ту ночь в Мелроузе; дрожь Барклея и его сосредоточенное лицо указывали, что он тоже это знает.

— Да-а-а, — прошипел Ребурн. — Тебе знаком этот запах, не так ли? Он возвращает тебя к той ночи в Мелроузе. Возвращайся туда, разгляди в дыму ту сцену. Сосредоточься на духе, вызванном в ту ночь. А вот то, что тебе поможет.

По его знаку Анджела Фицджеральд бросила в жаровню клубок золотых волос. Завоняло паленым волосом. Барклей наклонился ближе, чтобы глубоко вдохнуть запах; взгляд смутно сосредоточился на чем-то в дыму.

— Тянись туда, — приказал Ребурн. — Сведи их вместе и сравни. Действительно девчонка Толбэт — нынешняя инкарнация Майкла Скотта?

— Приближается… — выдохнул Барклей. — Близко… Очень близко. Но не могу… совсем… сосредоточиться. Помогите.

Кивнув Вемиссу и Нейпиру, Ребурн взял шприц с кровью и выдавил по темно-красной лужице размером с монету на каждую ладонь Барклея, которые два стража повернули вверх. Остаток крови он вылил в стеклянную плошку, которую Анджела уже поставила на угли. Кровь в горячем стекле зашипела, отдельные капельки разлетелись по краям; Барклей глубоко вдохнул запах и кивнул, потерев ладонь о ладонь для усиления контакта.