Медные колокола (СИ) - Анненкова Ирина - Страница 51

- Это не я обучала, это бабушка, - объяснила я.- На моей совести только Стёпка, да и то случайно. Слушай, а я не поняла, чего тратишь много при этом колдовстве? Эме…

- Энергии. То есть, силы, поняла? Ну, я же и говорю, глупая гусыня! – и фыркнул.

Всё, теперь я обиделась!

Я демонстративно отвернулась в сторону, с подчеркнутым интересом разглядывая оконный переплет. Как, как там было написано в книжке «Мелкие пакости. Пособие для начинающего чародея»? Я пробормотала несколько слов, щелкнула пальцами, и …на голову вредине плюхнулась толстая-претолстая мышь, до этого момента успешно избежавшая знакомства со Степкиными зубами! Напуганное внезапным перемещением животное истошно запищало, вцепилось острыми коготками в волосы взвывшего Дара, немного там побарахталось, плюхнулось на пол и было таково.

А ещё говорят, что это только женщины боятся грызунов!

На всякий случай я последовала примеру мыши и залегла за тяжелый стол, радостно наблюдая оттуда за принявшим боевую стойку магом, который с ошалевшим видом крутился на месте, пытаясь сообразить, кто на него напал и где враги. Не обнаружив поблизости агрессора, парень, к моему глубокому разочарованию, прекратил скакать по залу, и хрипло выдохнул:

- Это что было?

Я выбралась из своего убежища, отряхнула пыльные коленки, невинно похлопала глазами и уточнила:

- А ты о чем?

- Ну это, пищащее. Оно схватило меня за голову, чуть все волосы не выдрало, а потом вдруг исчезло. Похоже на побочное действие от какого-то заклинания.

- Заклинание-то, поди, страшное? – спросила я, с удовольствием разглядывая взъерошенного Дара.

- Я точно не понял. Но уж явно не клумбу с розами наколдовать хотели! Наверное, опять кто-то пытался пробить защитный контур. Надо сейчас же выслать поисковые чары!

Ну, вот это уже был явный перебор!

- А, может, это была твоя неспокойная совесть? – сладким голосом поинтересовалась я. – Наверное, что-то в твоей душе воспротивилось тому, что ты позволяешь себе зазнаваться и безнаказанно обзывать начинающую чародейку, вся вина которой заключается лишь в ее неопытности…

Вот теперь я точно поняла, что сейчас-то он меня и прибьет. По крайней мере, в мою шею зарычавший парень вцепился отнюдь не с дружественными намерениями. Его потемневшие от гнева глаза не просто метали молнии – ещё немного, и вокруг бы задымились деревянные балки и начали плавиться камни, и это, заметьте, без всякой магии! Вот только никогда не стоит недооценивать своего противника, даже если он слаб, мал ростом и научился колдовать всего пару седмиц назад.

Пролетев по воздуху добрых три сажени, Дар со всего маху впечатался спиной в простенок между светлыми стрельчатыми окнами. От удара стена вздрогнула, и ему на голову весело посыпались колокольчики, причем каждый со своим звоном,… а завершил этот «звездопад» кувшин воды, под шумок телепортированный мною из сеней и аккуратно вывернутый на обидчика.

Всё-таки, оборонные заклинания мне всегда хорошо удавались!

Я изготовилась выставлять защиту на тот случай, если намокший оглушенный Дар, изумленно хлопающий на меня глазами, все-таки решит довести так хорошо начатое дело до конца. Просто выскочить в дверь я всё равно не успею…. И тут разъяренный маг оглушительно захохотал:

- Нет, ну надо же! Все-таки мы с тобой подрались! Довела мужика!

- Это я-то довела?! – на всякий случай возмутилась я. – Это ещё кто кого довел?!

- Всё, всё, мир! – замахал на меня руками Дар, постанывая от смеха. – Но только при одном условии!

Я подозрительно сощурилась:

- Что ещё за условия такие? Сдавайся, и дело с концом!

- Сдаюсь, сдаюсь, - закивал парень. – Но только посмей кому-нибудь проболтаться, что шарахнула меня о стенку! В порошок сотру! – и вновь заржал.

Ну, уж нет! Победа так победа!

- А ты не боишься, что тогда тебя совесть окончательно замучает? – нежно прочирикала я, и на многострадальную голову Дара хлопнулась ещё одна мышь, на этот раз мать счастливого семейства в сопровождении многочисленного потомства!

Цветень{10}-месяц выплетал легкие белые кружева по начинающему темнеть вечернему небу. После теплого весеннего дня над Синей Горой повеяло холодком. Пронзительной свежестью и влагой пах потемневший лес; прозрачная тоска предлетних сумерек сплелась со щемящим и бездумным ощущением простора.

Мы сидели на крыльце. Я зябко куталась в свой вытертый кожух, Дар тоже накинул на плечи сильно поношенную рыжую куртку. Наевшийся Ванька убежал в конюшню. Степка залег в малине, карауля меня от возможных вражеских происков, а Горыныч упорхнул в лес по своим грачиным делам.

Дядька Осмол неодобрительно затаился в избе, молча протестуя против того, что его доверчивый хозяин целый день провел в компании зловредной ведьмы, на костер ей прямая дорога! На ужин нам на всю компанию досталось с полгоршка вчерашних щей да краюшка хлеба…

И тогда я вспомнила и рассказала про похищенное из сараев олово.

- А вот про олово я давно знаю, - задумчиво сказал Дар. – Ко мне ещё на исходе сеченя приезжали бродненские мужички. Поэтому я и пытался найти такой колокольный сплав, в котором бы олова не требовалось.

- И не получилось?

- Не получилось. Без олова колокол не зазвонит.

- И кто же его украл? И зачем?

- А вот это уже интересный вопрос. Я думаю, его вообще никто не крал.

- Так куда же тогда оно исчезло?!

- Скажи, ты когда-нибудь слыхала об оловянной чуме?

Я отрицательно помотала головой.

- Впрочем, это и не удивительно, об этом мало кто знает. Хотя, загадочные слухи о странных пропажах изделий из этого металла периодически появляются. Иногда зимой, в сильный мороз, люди остаются без оловянных тарелок, ложек, дорожных фляг, без единой пуговицы. Это явление очень хорошо известно купцам, охотникам, воинам – всем, кто частенько проводит долгое время на улице. В одну ночь можно, к примеру, лишиться всей посуды, она попросту исчезнет. И никто не виноват.

- Как это? – подозрительно спросила я.

- А очень просто. Мой учитель Тешен в одном из своих трудов описал процесс, при котором обычное олово рассыпается в грязный серый порошок. Это происходит только в очень сильный мороз.

- Мороз?! И всё? – я не могла поверить своим ушам. Значит, этот металл, как живое существо, просто замерзает насмерть?

- Всё, да не всё. Иногда олово благополучно переживает сильнейшие морозы, а иногда погибает и в более теплую погоду. Почему?

- И почему же?

- Точно не известно. Но я думаю, что олово можно чумой заразить. Ну, если появится неподалеку один больной предмет, то и все остальные тоже заболеют и погибнут. Поэтому название «чума» как нельзя лучше подходит к этой напасти.

Я поёжилась.

- Дар, неужели это может быть?! Мне трудно поверить в то, что неживой предмет может заболеть и умереть.

- Может быть всё, - убедительно сказал парень. – Но, разумеется, мои предположения надо ещё доказать, что я и попытаюсь сделать будущей зимой. Раньше я вряд ли могу рассчитывать на серьёзные морозы – не в погребе же опыты ставить! Но если предположить, что я прав, то можно пойти и дальше: а что, если металл, без которого нельзя отлить ни одного колокола, целенаправленно заразили?

- Зачем?!

- Послушай, но ты же сама мне рассказала, что прежние колокола, ну те, что выполнены по всем канонам, куда-то необъяснимым образом исчезли, и колокольни стоят пустые!

- Ну да!

- Так какой мы можем сделать в этом случае вывод? – терпеливо спросил Дар.

- Ну-у-у… что кому-то наши колокола очень помешали?

- Молодец! И вовсе не гусыня! – парень на всякий случай осторожно покосился на меня, ожидая ответной реакции, но мне было не до того. На этот раз, так и быть, сделаю вид, что ничего не произошло, но в душе затаю маленькое хамство, как иногда говаривал склонный к философии Микеша.

- Да кому же они могли помешать?!