Мертвая ведьма пошла погулять - Харрисон Ким - Страница 86

– Послушай, женщина… – предостерегающе начал Дженкс.

– Я все время оставалась рядом с ним, – сказала Маталина, и теперь ее глаза уже были полны вызова. – Кизли не тронул ничего, кроме того, что я позволила ему взять. Он очень прилично себя вел. Спросил, все ли здоровы.

– Маталина, это не наш сад, – сказал Дженкс, и тут ангелица разгневалась.

– Если ты не желаешь за ним сгонять, это сделаю я, – резко отозвалась Маталина и стрелой вылетела в окно. Я вздрогнула, по-прежнему глазея туда, где она только что была.

– Маталина! – воскликнул Дженкс. – Не смей от меня улетать. Это не наш сад. Ты не можешь обращаться с ним так, как будто он наш. – Феек опять опустился на линию моего взгляда. – Извини, – сказал он, явно смущенный и разгневанный. – Она больше не будет. – Тут крошечная физиономия Дженкса застыла, и он метнулся следом за своей женой. – Маталина!

– Н-ничего, – с запинкой прошептала я, хотя никого из супругов уже поблизости не было. – Я говорю – все в порядке. Эта ангелица может брать из нашего сада все, что ей нужно. – Я закрыла глаза. Ник приложил ладонь к моему лбу, и я улыбнулась. – Привет, Ник, – негромко сказала я, открывая глаза. – Ты все еще здесь?

– Да, я все еще здесь.

– Очень хорошо, – сказала я. – Потому что когда я смогу встать, я тебе во-от такой поцелуй влеплю.

Ник отнял руку от моего лба и отступил на шаг. Айви скорчила мучительную гримасу.

– Ненавижу такое состояние, – пробормотала она. – Ненавижу. Терпеть не могу.

Моя рука опять прокралась к шее, и Нику снова пришлось силой убирать ее вниз. Я расслышала, как неисправный водопроводный кран протекает прямо на ковер: кап-кап-кап. Комната начала величественно вращаться, и я зачарованно наблюдала за этим колоссальным движением. Потом мне стало забавно, и я попыталась рассмеяться.

Айви недовольно фыркнула.

– Раз она хихикает, с ней будет полный порядок, – сказала она. – Почему бы тебе, Ник, пока что душ не принять?

– Перебьюсь, – отозвался Ник. – Я лучше подожду, пока не буду точно знать, что с ней будет полный порядок.

Айви молчала еще ровно три удара моего сердца.

– Послушай, Ник, – сказала она затем, и в голосе ее отчетливо послышалось предостережение. – От Рэчел так и несет инфекцией. От тебя несет кровью и страхом. Иди прими душ.

– А. – Последовало долгое колебание. – Извини.

Я улыбнулась Нику, когда он направился было к двери.

– Иди, Ник-Никки, помойся, – сказала я. – Не вынуждай Айви становиться сплошь черной и пугающей. Никуда не торопись. Мыло в мыльнице, а… – тут я замялась, пытаясь припомнить, о чем идет речь, – а полотенца на сушилке, – закончила я, откровенно собой гордясь. Ник тронул меня за плечо, переводя взгляд с меня на Айви и обратно.

– С тобой должно быть все хорошо.

Айви скрестила руки на груди, нетерпеливо дожидаясь, пока он наконец уйдет. Затем я услышала, как включился душ. От этого звука моя жажда в сто раз усилилась. Я чувствовала, как где-то далеко что-то стучит у меня в предплечье и пульсирует в ребрах. Шея и плечо уже превратились в одну сплошную боль. Я повернулась к окну, завороженно наблюдая за тем, как от ветра шевелится занавеска.

Громкий гул из церковной прихожей притянул мое внимание к черному коридору.

– Эй, кто-нибудь! – донесся далекий голос Кизли. – Мисс Морган! Маталина сказала, что мне можно войти.

Айви плотно сжала губы.

– Оставайся на месте, – сказала она, склоняясь надо мной все ниже и ниже, пока у меня не осталось другого выхода, кроме как смотреть ей в глаза. – Не вставай, пока я не вернусь, хорошо? Рэчел? Ты меня слышишь?

Не вставай.

– Да, конечно. – Мой взгляд снова отплыл к занавеске. Если как следует прищу-у-риться, серое становилось черным. – Оставаться на месте.

Окинув меня последним взглядом, Айви собрала все свои журналы и вышла из гостиной. Шум душа меня притягивал. Я провела языком по пересохшим губам. «Если по-настоящему постараться, – прикидывала я, – смогу я добраться до раковины на кухне?»

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Из коридора донеслось громкое шуршание бумажного пакета, и я наклонила голову, лежащую на спинке кушетки. На сей раз комната даже не двинулась с места, а окружавший меня туман стал подниматься и развеиваться.

В гостиную вошла сгорбленная фигура Кизли. Вплотную за ним держалась Айви.

– Вот славно, – еле слышно вымолвила я. – Компания.

Айви обогнала Кизли и уселась на самый краешек ближнего ко мне стула.

– Лучше выглядишь, – сказала она. – Ты уже вернулась или все еще в стране «тра-ля-ля»?

– Что?

Айви покачала головой, и я одарила Кизли слабой улыбкой.

– Извините, что не могу предложить вам шоколадку.

– Здравствуйте, мисс Морган. – Пристальный взгляд старика помедлил на моей голой шее. – Что, с сожительницей поспорили? – сухо спросил он, пробегая рукой по плотным кудряшкам черных волос.

– Нет, – торопливо ответила я, видя, как Айви буквально оцепенела.

Кизли недоверчиво изогнул брови и поставил свой бумажный пакет на кофейный столик.

– Маталина не сказала, что именно мне понадобится, поэтому я захватил с собой всего помаленьку. – Тут он с прищуром взглянул на настольную лампу. – А поярче у вас ничего нет?

– У меня есть переносная лампа направленного света. – Айви выскользнула в коридор, но сразу за дверью помедлила. – Не позволяйте ей двигаться, иначе она опять начнет бредить.

Я открыла рот, желая что-то сказать, но Айви уже исчезла. Впрочем, ее тут же сменили Маталина и Дженкс. Дженкс выглядел капитально разгневанным, однако Маталина явно не собиралась каяться. Супружеская пара зависла в уголке. Их разговор был слишком писклявым и стремительным, чтобы я сумела хоть что-то уловить. Наконец Дженкс отбыл в окно с таким видом, как будто немедленно собирался лишить жизни гороховый стручок. Маталина поправила свое ниспадающее белое платье и перелетела на спинку кушетки, пристраиваясь у моей головы.

Кизли с усталым вздохом уселся на кофейный столик. Его трехдневная щетина была белее белого. Выглядел старик из-за этого сущим бомжом. Колени его комбинезона были заляпаны сырой землей, и я почуяла идущий от него запах улицы. Однако темнокожие руки Кизли явно только что подверглись яростной чистке и мытью. Вытащив из своего мешка газету, он вместо скатерти расстелил ее на кофейном столике.

– А кто там в душе? Твоя матушка?

Я хихикнула, ощущая плотность века на заплывшем глазе.

– Его зовут Ник, – сказала я, когда Айви опять появилась в гостиной. – Он наш друг.

Айви резко фыркнула, после чего прикрепила небольшой фонарь к абажуру настольной лампы и воткнула его в сеть. Я вздрогнула, когда от фонаря вдруг полились свет и тепло.

– Ник, значит? – сказал Кизли, роясь в своем пакете и выкладывая на расстеленную газету разные амулеты, пакетики из фольги и бутылочки. – Вампир, да?

– Нет, он человек, – ответила я, и Кизли недоверчиво посмотрел на Айви.

Не замечая его взгляда, Айви подошла поближе.

– Самое скверное – ее шея. Она потеряла опасный объем крови…

– Догадываюсь. – Старик сверлил взглядом Айви, пока она не попятилась. – Мне понадобятся еще полотенца. И почему бы тебе не принести Рэчел что-нибудь попить? Ей необходимо восполнять нехватку влаги.

– Сама знаю, – отозвалась Айви, делая неуверенный шаг назад, прежде чем повернуться и отправиться на кухню. Раздался стук бокала и долгожданный шум льющейся жидкости. Маталина открыла свой саквояж и молча сравнила свои иголки с иглами Кизли.

– Что-нибудь теплое! – громко уточнил Кизли, и Айви с грохотом захлопнула холодильник. – Так-так, посмотрим, – сказал Кизли, нацеливая на меня фонарь. Затем они с Маталиной довольно долго молчали. Наконец Кизли откинулся на спинку стула и перевел дух. – Для начала, пожалуй, что-нибудь, чтобы умерить боль, – сказал он, протягивая руку за амулетом.

Айви появилась в дверном проходе.

– Откуда у вас эти заговоры? – подозрительно осведомилась она.