Ослепление - Харт Кэтрин - Страница 72

– Ну, что до меня, так я этому только рад, – откровенно заявил Брент. – Мне как-то спокойнее на душе, когда я могу не опасаться одного из тех шокирующих сюрпризов, которыми ей угодно было меня осыпать.

– Ах, да! – сочувственно рассмеялась Андреа. – Прелести рыцарского турнира и пояса целомудрия! У Мэдди явная Слабость к средневековью, не правда ли? Интересно знать, почему?

– Возможно, в своем предыдущем рождении ее сожгли на костре именно в средние века. Ты ведь знаешь, что тогда весьма опасались ведьм. Не могу сказать, что испытываю неприязнь к нашей милой старушке, но временами ее оригинальность кажется мне чрезмерной!

Они уже три дня торчали в Филадельфии, повсюду расклеивая листовки с портретами Ральфа и Стиви, расспрашивая прохожих, обыскивая каждый дюйм необъятного пространства выставки в своих бесконечных поисках. Даже несмотря на то, что им помогал добрый десяток агентов Пинкертона, Ральфа Маттона и след простыл.

– Это безнадежно, – утомленно решила Андреа, пытаясь откинуть со лба влажные пряди волос. Немилосердная летняя жара измучила ее, и все казалось ей теперь бесцельным и никчемным. Просто удивительно, что даже в эти часы на выставке было полно посетителей. – Нам ни за что не разыскать Ральфа здесь, посреди этой толпы народа.

Брент уселся подле нее на скамейку, стоявшую между двумя главными павильонами, где журчавший фонтан приносил некоторое облегчение.

– Даже если мы и схватим его, слишком велика вероятность того, что он либо не захочет, либо попросту не сможет сказать нам, где теперь Стиви, – подтвердил он. – Все больше и больше я склоняюсь к мысли, что Кен был прав: Стиви на самом деле потерялся на рынке. А это означает одно: мы без толку гоняемся за Ральфом.

– Наверное, нам стоит просто собрать вещи и вернуться в Вашингтон, – сказала Андреа, – чтобы приложить максимум усилий к розыску Стиви там. Я не сомневаюсь, что Кен делает все, что в его силах, но не могу избавиться от чувства…

– Что тебе тоже необходимо быть там? – закончил за нее Брент, так как Андреа не смогла договорить из-за подступивших к горлу рыданий.

– Да. Довольно глупо с моей стороны, не так ли? – Внезапно она выпрямилась на скамейке и настороженно огляделась. – Наверное, это так же глупо, как и то странное ощущение, что за нами следят. Я в течение всего дня то и дело чувствую на себе чей-то взгляд.

– Ты просто устала. Эта жара кого угодно доведет до умопомрачения, – возразил Брент, в то же время не удержавшись от того, чтобы самому внимательно оглядеться, дабы увериться в правоте своих слов. Ни одного знакомого лица, ничего такого, что могло бы показаться подозрительным.

– Брент, – спросила она едва слышно, закусив нижнюю губу, – Дуган Макдональд по-прежнему сидит за решеткой, правда? Мне меньше всего хотелось бы узнать, что он сбежал и таскается за нами по пятам, подкарауливая момент, чтобы снова упрятать меня в сундук и увезти к себе в Шотландию.

Невзирая на жару, она вздрогнула, словно от озноба, и Брент покрепче прижал ее к себе.

– Дорогая моя, я уверен, что он не получит свободы еще много-много лет. Однако если это поможет тебе успокоиться, я наведу справки, как только мы вернемся в отель.

– Правда? О, я понимаю, что выгляжу глупой гусыней, но ничего не могу с собой поделать.

– Означает ли это, что мне следует остановить первый попавшийся экипаж? – с улыбкой осведомился он. – Я так устал, что не пройду пешком и шагу.

Приняв продолжительную прохладную ванну и переменив белье, Андреа почувствовала себя немного лучше, как душой, так и телом. Чтобы окончательно развеять опасения Андреа, к ним с Брентом во время ужина присоединился Дженкинс. Он в подробностях рассказал, что в данный момент Дуган Макдональд благополучно пребывает в тюрьме и не скоро оттуда выйдет.

– Вот так, любовь моя. Одним поводом для беспокойства меньше, – сказал ей Брент со снисходительной улыбкой.

– Мне кажется, я смогла наконец укротить свое буйное воображение, – согласилась она, чувствуя себя немного нелепо и даже смешно из-за своих непонятных страхов. – И теперь я уже не думаю, что будет большой вред от того, что мы задержимся здесь еще на пару дней и продолжим поиски. Кто знает, может, мы что-то сможем обнаружить. Мэдди, к примеру, убеждена, что чудеса временами случаются на земле и по сей день.

Они не спеша покончили с трапезой, радуясь тому, что им не надо никуда спешить после столь утомительного дня. Было уже довольно поздно, когда они наконец-то добрались до своего номера. Чувствуя во всем теле легкую истому, они не без приятности представили, как сейчас вместе отправятся в кровать, насладятся нежной, неторопливой любовью и забудутся сном в объятиях друг друга.

Брент повернул в замке ключ и перешагнул порог гостиной, как вдруг замер на месте. Его рука резко толкнула Андреа к нему за спину.

– Как странно, светильник погашен, – прошептал он. – Я голову дам на отсечение, что зажег его, когда мы уходили.

У Андреа волосы встали дыбом.

– Может быть, это горничная заходила сюда, чтобы поменять простыни, и выключила свет?

Она завороженно наблюдала, как Брент сильным движением настежь распахнул дверь, чтобы в номер проникло хоть немного света из коридора. То, что представилось его взору, повергло в ужас. В гостиной царил полный хаос. Словно здесь пировала орда каннибалов. Мебель валялась перевернутая, повсюду виднелись клочья безжалостно разодранной обшивки дивана и кресел. Безделушки с каминной полки – вернее, то, что от них осталось, смешались в немыслимую кашу с осколками ваз и ошметками стоявших в них цветов, размазанную по полу. Посреди этой лужи горкой лежали изуродованные книги. Даже крышка с небольшого письменного стола в углу была отодрана и брошена на пол.

– Немедленно беги к портье и прикажи ему вызвать сюда Дженкинса, – хладнокровно сказал Брент. Он вынул и кармана пистолет и осторожно двинулся вглубь комнаты.

– Брент! Не смей входить туда один! – неистово зашептала она, вцепившись в полы его смокинга. – Ведь он может все еще сидеть здесь, поджидая тебя!

– У меня есть пистолет. Ступай же. Сделай, как я сказал.

– Нет! Я никуда и шагу не сделаю без тебя! – К полному конфузу, ее зубы начали звонко отбивать дробь. – Я боюсь! – призналась она.

– Ну ладно, – отвечал он. – Тогда ты стой снаружи, возле двери, пока я не проверю, есть ли кто внутри.

Она лишь промычала что-то маловразумительное, что он решил счесть за согласие. Едва не падая от страха, она смотрела, как Брент вошел в гостиную и быстро зажег газовый светильник, висевший на стене: преступника здесь не было.

Брент продолжал двигаться к спальне, дверь в которую была полуотворена, осторожно ступая между обломками стекла, усеявшими ковер, стараясь производить как можно меньше шума. Словно позабыв про его приказ, Андреа следовала за ним по пятам, едва переступая ногами от сковывавшего ее ужаса.

Спальня представляла ту же бедственную картину. Света, падавшего из гостиной, было достаточно, чтобы разглядеть сброшенную на пол постель и вспоротые матрац и подушки. Повсюду летали выпотрошенные из них перья, словно снежными хлопьями усеявшие разметанную по полу одежду. Ни одна вещь в комнате не осталась нетронутой. Даже коробки с пудрой и пузырьки с духами были сметены с туалетного столика и растоптаны.

Молча, с решительным мрачным лицом Брент проверил тесный ватерклозет, хотя и не особо ожидал, что кому-то хватит ума спрятаться там. Как ему казалось, неизвестный просто отвел душу, изничтожив все, что только ему попалось под руку, и удалился, когда увидел, что крушить больше нечего.

Держа наготове пистолет, Брент смотрел, как в спальню вошла Андреа – фиалковые глаза на ее бледном лице казались невероятно огромными. Зажав рукою рот, она словно в трансе наклонилась и подняла с пола обломки расчески. Он хотел было предупредить ее, что ничего нельзя трогать до тех пор, пока сюда не явится полиция и не осмотрит место происшествия, но не успел открыть рот, как раздался громкий металлический скрежет. Шум раздавался со стороны соседней веранды! Двумя секундами позже они услышали хриплый стон и хруст ломаемых веток.