Пепел и экстаз - Харт Кэтрин - Страница 43

— Кэтлин, я видел твой последний поединок, — сказал Жан. — Ты была великолепна. Ты ни на секунду не отвела от него глаз.

Кэтлин спокойно кивнула.

— Спасибо, Жан, но, право же, я не заслуживаю похвалы. Силы были слишком неравные.

— Ну, я тем не менее убедился, что Доминик и Рид не преувеличивали, расхваливая твое мастерство. Неудивительно, что в те давние дни ты с легкостью обезоружила Пьера.

— Не такие уж давние, раз Пьер по-прежнему меня ненавидит, — возразила Кэтлин.

— Верно, но теперь он ничем тебя не побеспокоит. Пьер, конечно, человек беспринципный, но не глупый.

— А я и не особо беспокоюсь. Я могу постоять за себя.

— Куда мы теперь направимся? — спросил Жан, предлагая ей тем самым участвовать в принятии решений наравне с ним. — Может, покажешь мне, где ты прятала «Волшебницу», когда выслеживала Рида?

Кэтлин рассмеялась:

— Жан, нельзя же требовать от дамы, чтобы она раскрыла все свои секреты, — шутливо заметила она.

В ответ на это замечание в его карих глазах блеснуло нечто большее, чем просто гордость за Кэтлин. Они взглянули друг на друга как мужчина и женщина, и Кэтлин ощутила притягательную силу смотревшего на нее мужчины. Впервые за долгие месяцы она почувствовала себя женщиной, пусть всего лишь на секунду, и смутилась. Увидев вспыхнувшее в глазах Жана желание она отреагировала чисто по-женски. Он без слов дал ей понять, как она прекрасна и желанна.

Мгновение она стояла зачарованная его горящим взглядом. Затем со стыдом и смущением отвернулась. Впервые встретив Жана много лет назад, она сразу почувствовала, что их тянет друг к другу. Кэтлин в ту пору отдавала себе отчет в том, что не будь она так страстно влюблена в Рида, ей вряд ли удалось бы устоять перед мужественным, динамичным Жаном.

Теперь Рид был мертв, но прошло еще слишком мало времени для того, чтобы она испытала какие-то чувства к Жану. Она болезненно переживала свое одиночество, ее молодое тело предательски внушило ей желание ощутить на себе сильные мужские руки. Кэтлин приказала себе не обращать внимания на этот сексуальный порыв, возникший впервые за все время после гибели Рида. Она почувствовала себя виноватой оттого, что испытала нечто подобное, и щеки ей залил жаркий румянец. Рид больше не стоял между нею и Жаном, но она слишком дорожила памятью о нем, слишком остро ощущала горечь утраты. Рид больше не стоял между нею и Жаном, теперь между ними стоял его призрак.

Жан заметил смущение на лице Кэтлин и то, как она поспешно отвернулась, и в душе проклял себя за то, что позволил так явно показать свое желание. Он знал, что время для этого еще не настало, и надеялся, что не оттолкнул Кэтлин. Он не хотел, чтобы она обратилась в бегство как раз тогда, когда он рассчитывал начать мало-помалу завоевывать ее привязанность. Он немного успокоился, вспомнив мгновенно промелькнувшую в ее глазах искру ответного желания, которую она не сумела скрыть. При должном терпении он еще завоюет ее любовь.

Протянув руку, он убрал со щеки Кэтлин прядь волос.

— Ты так и не ответила на мой вопрос, cherie. Ты покажешь мне свое потайное убежище?

Взяв себя в руки, Кэтлин снова посмотрела ему прямо в лицо.

— Конечно, Жан, — спокойно сказала она. — Теперь ни к чему хранить это в тайне. Не вижу причин, почему бы мне не показать тебе его.

Они двигались к южной оконечности Флориды, к району, называемому Флорида-Кейс, или Флорида-Кис, как произносили это название американцы. Здесь среди поросших мхом островков и находилось любимое потайное убежище Кэтлин — небольшая бухточка, в которой корабль, оставался незамеченным, мог обозревать довольно обширное пространство вокруг. На редкость удобное расположение бухточки позволяло наблюдать за одним из главных проходов в залив, которым обычно пользовались суда, идущие из Луизианы в Мехико или наоборот.

На Жана это укрытие произвело должное впечатление.

— Прекрасный выбор, малышка. Неудивительно что ты всегда заставала Рида врасплох. Тебе надо было только ждать, притаившись, появления его кораблей.

— А сейчас мы будем, притаившись, как паук ждать, когда какой-нибудь английский корабль попадет в наши сети.

Действуя подобным образом, они в течение трех дней захватили три английских судна. Два получили в бою слишком сильные повреждения и затонул третье отправилось на Гранд-Тер с тем, чтобы позднее его оттуда перегнали в Саванну.

Пока они подкарауливали свои жертвы, времени для досуга было более, чем достаточно. Друзья коротали его, беседуя о том о сем или играя в карты. Это вполне устраивало Жана, ибо каждый проведенный совместно день сближал его с Кэтлин. Доминик был того же мнения, он тоже с каждым днем все лучше узнавал Изабел.

Постепенно Кэтлин привыкла к своему возмутительному попугаю. Птица повсюду следовала за ней, постоянно что-то выкрикивая. Вскоре выяснилось, что Пег-Лег — большой любитель рома. Кроме того, он обожал свежие лепешки, которые, к сожалению, не всегда ему доставались. Если вместо лепешек ему давали сухие галеты, он принимался громко жаловаться. Он умел выговаривать свое имя, а услышав несколько раз, как Дэн обращается к Кэтлин, стал звать ее «кэп Кэт». Неисправимый повеса, он постоянно подмигивал, насвистывал и приговаривал: «Поцелуй меня, моя сладкая». Его довольно богатый словарь включал немало крепких словечек, которые он позаимствовал у моряков, посещавших таверну, где он когда-то жил. Провалиться мне на этом месте» и «Черт меня побери» были его любимыми фразами. Одним словом, он во многих отношениях был колоритной птицей и часто вызывал у Кэтлин смех. Передвигался Пег-Лег самыми разными способами, причем летал не так уж часто. Его можно было увидеть путешествующим по палубе, устроившись на руке, Доминика или на шляпе Финли, если, конечно, он не занимал своего законного места на плече Кэтлин. Даже Дэн, иногда ворча соглашался, чтобы Пег-Лег совершил прогулку, сидя у него на голове. Но чаще всего он использовал в качестве транспортного средства корабельную кошку. Это было фантастическое зрелище, когда бедная кошка мчалась по палубе, а Пег-Лег с победоносным видом восседал у нее на спине, что-то вереща и весело ее поклевывая.

Изабел сначала не хотела иметь ничего общего с испорченным любимцем Кэтлин, но постепенно Пег-Лег покорил и ее.

— Ненормальная птица, но такая забавная, — признала Изабел. — И все же я рада, что он твой, а не мой. Он вечно говорит что-нибудь непотребное в самый неподходящий момент.

Кэтлин наконец убедила Жана позволить ей одной совершать на «Волшебнице» короткие разведывательные вылазки. Встретив британский корабль, она ждала, пока ее заметят, а потом делала вид, что старается улизнуть. Англичане пускались в погоню, и она заманивала их туда, где находился корабль Жана. Затем начиналось сражение, в котором их команды действовали совместно. Захватив в этом районе с полдюжины, кораблей, пираты благоразумно решили перебазироваться в другое место. Даже англичане, какими бы недалекими они подчас ни были, наверняка должны были рано или поздно послать конвой разузнать, куда исчезают корабли их флота. При всем своем опыте и отваге команды «Прайда» и «Волшебницы» не собирались иметь дела с несколькими британскими судами одновременно.

Они двинулись вдоль западного побережья Флориды к Мобилю и Новому Орлеану, решив внести свой вклад в прорыв английской блокады. Заметив одинокий корабль, либо «Прайд», либо «Волшебница» старались выманить его подальше в море и там совместно атаковали. Подобная тактика давала прекрасные результаты — они захватили три корабля. Но однажды, когда они, выманив в море британский корвет, готовились напасть на него, рядом неожиданно появился еще один английский военный корабль. Они оказались лицом к лицу с противником, превосходящим их по численности вдвое.

Жан с возбужденно блестевшими глазами повернулся к Кэтлин:

— Ну как, ma petite piratess[7], будем удирать или примем бой?

7

Моя маленькая пиратка (фр.).