Пепел и экстаз - Харт Кэтрин - Страница 78

— А тебя бы это расстроило? — проговорила Кэтлин устало. По тому, как вел он себя в последнее время, уж никак нельзя было сказать, что это могло бы его в какой-то степени огорчить.

— Расстроило! — проревел Рид. — Да я чуть с ума не сошел, думая, что ты лежишь сейчас затоптанная лошадьми где-нибудь на дороге, истекая кровью, или валяешься лицом вниз в какой-нибудь канаве, полной воды! Только попробуй еще раз заставить меня так волноваться! — Он с такой силой тряс ее за плечи, что зубы Кэтлин, которые и так уже стучали от холода и бешеной скачки, загремели, казалось, прямо у нее в голове.

К счастью, в этот момент появилась Мэри. Она заставила Кэтлин принять ванну и выпить чашку горячего бульона, после чего с помощью Изабел тут же уложила невестку в теплую постель.

Возможно, причиной были оглушительные раскаты грома и ослепительные вспышки молний за окном. А может, она вконец измучилась, помогая успокоить лошадей Кейт, а потом добираясь домой под проливным дождем. Как бы там ни было, в эту ночь Кэтлин приснился тот самый ужасный шторм на борту «Волшебницы Эмералд», во время которого Жан едва не утонул. С пугающей ясностью она увидела, как молния ударила прямо в мачту, под которой стоял Жан, и та рухнула, погребая его под парусами. С мокрым от слез и дождя лицом она бросилась Жану на помощь, она не успела добежать, как его смыло за борт. Протягивая руки и рыдая от ужаса, она вновь и вновь звала Жана по имени в напрасной попытке вернуть его из кипящих внизу волн.

Откуда-то издалека до нее донесся голос, произносящий ее собственное имя. Голос становился все громче, и наконец она поняла, что это кричит в гневе Рид.

— Черт подери, Кэт! — орал он, с силой тряся ее за плечи. — Проснись!

Кэтлин открыла глаза и увидела перед собой разгневанное лицо Рида.

— Ты вовремя проснулась! — прошипел он, прижав ее вновь к мокрой от слез подушке, когда она сделала попытку приподнять голову. — Если бы я услышал еще раз, как ты зовешь Жана, я свернул бы тебе шею!

Все еще плохо соображая, Кэтлин вытерла мокрые щеки и в изумлении уставилась на мужа.

— Мне снилось… — пробормотала она растерянно.

— Я догадался!

— Это было ужасно!

Рид язвительно рассмеялся.

— Это был настоящий кошмар, — прошептала она.

— Я не собираюсь выслушивать сны о твоем любовнике, Кэтлин, — отрезал Рид.

— Ты не понял! Мне снилось, что Жан тонет! Шторм… молния… — она попыталась схватить Рида за руку, но он резко отдернул ее.

— Я сказал, что не желаю ничего слушать!

— Рид, пожалуйста! Это совсем не то, что ты думаешь!

Он повернул к ней искаженное злобой лицо.

— Я скажу тебе, что думаю, миссис Тейлор! — казалось, он выплюнул эти слова. — Я думаю, я был полным идиотом, что позволил тебе завладеть всеми моими помыслами, проникнуть мне в самую душу! Но теперь с этим покончено, дорогая жена! Покончено, слышишь! Отныне мне глубоко наплевать на то, что с тобой произойдет, как и на то, какие мысли шевелятся в твоей столь изобретательной головке!

— Рид!

— Ни слова, Кэтлин! — проговорил он с угрозой в голосе. — Ни слова, или я не поручусь за себя! Он вышел, громко хлопнув дверью.

Несмотря на августовскую жару, в последовавшие за этим дни в Чимере царила весьма прохладная атмосфера. Рид вновь стал властным и грубым, и Кэтлин старалась не встречаться с ним взглядом, чтобы не видеть в его глазах, этих словно подернутых льдом синих озерах, холодной ярости.

Одно было хорошо, хотя это и причиняло Кэтлин боль. С той самой ночи, когда разразилась эта ужасная гроза, Рид не спал больше с ней в их спальне. Она обнаружила, что он расположился в одной из свободных комнат за холлом. К несчастью, из-за болтовни слуг об этом вскоре стало известно всем в доме, включая и Салли, которая тут же не преминула позлорадствовать.

— Проблемы в супружеской постели, как я слышала? — заявила она с веселым видом как-то утром за завтраком. — Не могу сказать, что это меня удивляет.

Кэтлин угрожающе прищурилась, но ничего не ответила, решив не показывать своего раздражения.

Салли расправила юбки, слегка коснувшись банта на своей тонкой талии.

— Похоже, через несколько месяцев у тебя вообще не будет никакой талии, не так ли? Ты станешь толстой и неуклюжей, как корова. Должно быть, ты и сейчас уже кажешься такой Риду! — Она окинула Кэтлин презрительным взглядом и мстительно добавила: — Он теперь мой, и я постараюсь полностью его удовлетворить. Не скоро еще, если вообще когда-нибудь, ему потребуются твои услуги. Ты можешь попробовать пить на ночь теплое молоко, дабы не страдать от бессоницы.

— А ты можешь попробовать это ! — крикнула Кэтлин, ловко бросив ложку прямо Салли в подол.

Светлые брови девушки поднялись.

— Зачем?

Кэтлин прошипела:

— Не могу видеть, как медленно ты роешь себе могилу своим языком. Воспользуйся ложкой, мисс Симпсон, и работа сразу пойдет быстрее!

Изабел, присутствовавшая при этом обмене любезностями, печально покачала головой, когда Кэтлин выбежала из комнаты.

— Да, дорогуша, ума тебя явно не хватает, — сказала она Салли и, последовав за подругой, посоветовала: — На твоем месте я бы вела себя более осмотрительно. По правде сказать, я бы постаралась убраться отсюда как можно быстрее и как можно дальше!

Салли надменно улыбнулась:

— Никто не сможет заставить меня покинуть Чимеру, пока Рид хочет, чтобы я здесь оставалась.

Изабел приподняла одну бровь.

— Не говори, что я тебя не предупреждала. Ты заходишь слишком далеко, бросая вызов миссис Тейлор, и еще пожалеешь об этом дне, помяни мои слова!

Не раз пришлось Салли вспомнить предупреждение Изабел, так как с этого дня жизнь ее в Чимере превратилась в настоящий кошмар. Никто не мог сказать, откуда на ее стуле, буквально за секунду до того, как ей на него сесть, вдруг появилась игольница, или каким образом в ее постели очутилась отвратительная жаба, или кто насыпал ей в корсет порошок, вызывающий невыносимый зуд кожи. А затем, едва оправившись от последствий, вызванных порошком, она где-то умудрилась прикоснуться к ядовитому сумаху и две недели после этого ходила в пятнах и царапинах.

Салли было ясно, что за всем этим стоит Кэтлин, но прекрасная хозяйка Чимеры в ответ на обвинения спокойно отрицала свою причастность к этим инцидентам и возвращалась к своим делам. Когда, наконец Салли осмелилась обратиться за помощью к Риду и потребовала, чтобы он приструнил свою жену, тот вышел из себя:

— У меня есть более важные дела, чем разбирать ваши глупые ссоры. Если тебе здесь не нравится, можешь покинуть этот дом в любую минуту.

— Но ты же знаешь, она нарочно пытается мне досадить, — прохныкала Салли, подняв на него свои голубые глаза.

— Думаю, ты права, — ответил Рид, глядя пристально на блондинку. — И мне также известно, что ты делаешь все, чтобы тебя здесь невзлюбили. Если тебе не хватает ума совладать с Кэтлин, то здесь я ничем не могу тебе помочь. Я слишком занят, чтобы беспокоиться из-за всех этих женских глупостей.

В честь семидесятидвухлетия Кейт Кэтлин устроила в Чимере грандиозный праздник, пригласив на него всех многочисленных друзей старой женщины с соседних плантаций. Бальный зал был открыт, сады и оранжереи тщательно прочесаны в поисках самых великолепных цветов, и все террасы украшены фонариками и разноцветными гирляндами. Кэтлин сделала все, что в ее силах, чтобы вечер удался на славу. Из-за плохого здоровья бабушки она боялась, что та не доживет до следующего года.

Самым неприятным, как Кэтлин думала еще в преддверии праздника, было присутствие мисс Симпсон, чему, естественно, она была не в силах помешать. Рид не отходил от Салли, уделяя внимание жене лишь в той степени, в какой требовали правила приличия. Салли, со своей стороны, так и льнула к Риду, что, похоже, доставляло ему огромное удовольствие.

— Это просто отвратительно! — воскликнула Сьюзен, глядя, как заискивает перед ее братом Салли. — А Рид так и сияет, словно кот перед блюдцем со сливками!