… Para bellum! - Алексеенко Владимир Иванович - Страница 152

Но Лент получил Бриллианты к Рыцарскому Кресту за 100 «побед», а лучший ас «всех времён и народов», воевавший на Восточном фронте Э. Хартманн – за 300 заполненных анкет. Между этими цифрами коэффициент – 3. Поэтому, чтобы оценить реальное число самолётов, сбитых Э. Хартманном, его 352 анкеты следует разделить на 3 и на 2-2,5, то есть на 6-7,5. Поскольку, всё же, наши бомбардировщики в подавляющем большинстве были не четырёх-, а двухмоторными, то остановимся на коэффициенте 6. Получится, что реально Э. Хартманн сбил около 60 наших самолётов.

Это хотя и много, но, конечно, обидная для наших демократов оценка заслуг этого аса. Поэтому попробуем найти ей другое подтверждение.

Э. Хартманн (352 «победы»), Г. Баркхорн (301), Г. Ралль (275), Г. Граф (212), Х. Линферт (203) служили в одной авиаэскадре JG 52, в которой по штату было около 100 самолётов.

В битве над Прутом эта эскадра нанесла потери нашим авиационным соединениям и тогда для её усмирения была переброшена 9 гвардейская авиадивизия А. И. Покрышкина (тоже около 100 самолётов). После этих боёв Х. Линнерт жаловался «что никогда раньше не сталкивался с таким сильным и требовательным противником». Был сбит второй ас этой эскадры Г. Баркхорн (301 победа).

Выше я уже цитировал как эскадрилья И. Н. Кожедуба разобралась с эскадрильей немецких асов с соотношением потерь 6:1 в нашу пользу.

Так вот что характерно. Немцы знали о полках и соединениях наших асов, но никогда не посылали своих асов «разобраться» с нашими. Более того, широко известен немецкий сигнал «Внимание! В воздухе Покрышкин», предупреждавший своих лётчиков о появлении в воздухе истребителя с цифрой «100» на борту и о необходимости побыстрее убраться из этого района. Да, наших новичков немецкие асы били охотно, но вступать в бой с нашими асами не спешили. А ведь у Покрышкина в списке «всего» 59 сбитых самолёта, а не 352, как у Хартманна.

Кстати, о сбитиях. Покрышкина сбивали всего лишь 2 раза в самом начале войны. Кожедуба в первых боях подбили. И всё. А Хартманна сбивали 4 раза, причём даже брали в плен, но он, хитрец, притворившись раненым, сбежал. Баркхорна – 9 раз, Г. Берра (221 победа) – 18 раз, Рудорффера из книги рекордов Гиннеса – 18 раз. (Я уже не помню где читал, но один из двух последних имел в люфтваффе кличку «парашютист»). Можно сказать, что немцев сбивали больше потому, что они провели больше боёв. Не похоже. У Баркхорна одно сбитие приходится примерно на 123 боя, у Рудорффера – одно на 17 боёв. А у Кожедуба ни одного за все его 120 боёв. У Хартманна один прыжок с парашютом на 200 боёв, но всё равно – как его сравнить с отсутствием прыжков у Кожедуба?

Кроме этого, наши лётчики были в основном трудягами – защищали свои бомбардировщики и сбивали немецкие. А все лучшие асы Германии на Восточном фронте были в основном охотниками – нападали на наши самолёты тогда, когда была надежда на успех.

Вот эти обстоятельства – то, что немецкие асы не стремились к боям с нашими асами и то, что даже имея инициативу в бою с нашими рядовыми лётчиками, они были нещадно биты – являются косвенным подтверждением того, что их объявленные победы следует уменьшить в 6-7 раз, чтобы получить число реально сбитых ими самолётов.

Как видите, в статистике немецких «побед» очень много пропагандистской «липы» и разумнее всего поставить на ней крест. Рыцарский. С Дубовыми Листьями, Мечами и Бриллиантами.

Контроль

Меня могут спросить – а почему ты веришь нашей статистике? Может и её надо сокращать на 6? Отвечу – сокращать её уже некуда. Без нас сократили. К примеру, Покрышкин считал, что сбил 70 самолётов, но ему считают, всё же только 59. Это не то, что у немцев. Не было у нас привычки посмертно приписывать кому-либо тройку «поражённых» самолётов.

Но дело не в обычаях. СССР был чрезвычайно обюрокраченной страной, а у бюрократической системы есть особенности. В принципе можно, а иногда и требуется, обманывать как угодно и кого угодно, но не начальство. В газетах, на собраниях – ври сколько хочешь. Но если обманул начальство и, особенно, с целью личных благ (допустим – сохранения кресла, получения премии и т. д.), то должен радоваться, если тебя всего-навсего снимут с должности. Поскольку в УК СССР до последних дней была статья о приписках, а при Сталине она ещё и действовала в сочетании с изменой.

Главный маршал авиации, Дважды Герой Советского Союза А. А. Новиков, чтобы помочь своему родственнику, наркому авиапромышленности СССР, генерал-полковнику, Герою Социалистического Труда А. И. Шахурину справиться с выполнением месячных планов постройки боевых самолётов, заставлял авиационных военпредов во время войны принимать негодные самолёты, т. е. они приписывали негодные самолёты к годным. Ни война, ни Победа этого не списали. В 1946 г. всё вскрылось и оба за это сели. Не помогли ни звания, ни звёзды. Дважды Герой свои 6 лет отсидел «от звонка до звонка». И ему ещё повезло.

Потому что секретарю ЦК ВКП(б), герою обороны Ленинграда А. А. Кузнецову и Заместителю Председателя Совета Министров СССР, председателю Госплана СССР Н. А. Вознесенскому совсем не повезло – их за приписки расстреляли.

Вы скажете – ну приписали лётчику сомнительную победу – где же здесь корыстный интерес? Дело в том, что за сбитый одномоторный самолёт платили 1000 руб., а за двухмоторный – 2000. И как бы во имя славы и пропаганды не хотелось добавить в списки пару-тройку сбитых самолётов, но ни командиры полков, ни начфины, ни ревизоры рисковать своими должностями не посмели бы. Кому было охота с винтовкой наперевес и с криком «ура» брать высотки в штрафном батальоне?

(В приграничных боях 1941 г. 8-й механизированный корпус потерял всю свою технику. Остатки корпуса должны были выходить по немецким тылам к своим пешком 650 км. С учётом раненых, оружия и боеприпасов ничего лишнего взять с собой не могли. Командовавший на тот момент остатками корпуса его комиссар Н. К. Попель зарыл все штабные и партийные документы, но мешок с деньгами из кассы корпуса к своим вынес. Попель понимал, что ему будет легче объяснить пропажу секретных документов, чем то, куда он дел деньги).

Лётчик-истребитель Василий Сталин за войну из старшего лейтенанта стал генерал-лейтенантом, но сбитых самолётов у него числилось всего 3. Всё могли для него сделать, всем могли угодить, кроме этого. Вы же сами понимаете, что если бы в ВВС СССР существовали приписки сбитых самолётов (не в Совинформбюро – там их приписывали беспощадно), то уж Василию приписали их хотя бы для того, чтобы сделать его асом (в начале войны 5, а потом 10 сбитых самолётов).

Это сегодня деньги воруют без счёта, Чубайсу коробками носят. А тогда время было совсем другое.

Белокурый рыцарь Рейха

Купил изданную очень малым тиражом (даже по сегодняшним временам) книжку «Эрих Хартманн – белокурый рыцарь рейха» американцев Р. Ф. Толивера и Т. Д.Констебла, и она вынудила меня вернуться к теме асов Второй мировой войны. Это биография официально лучшего аса той войны (352 победы), надиктованная им самим, заставляет по-иному взглянуть на некоторые аспекты войны в воздухе.

В предисловии американцы хвалят Хартманна: «Источники силы Эриха Хартманна – … воспитание в духе свободы, естественное мужество. … он был отличным спортсменом и приверженцем честной игры … Его религией была совесть … Таких людей можно назвать религиозными. Или вы можете назвать их джентльменами».

Читатели знают, что я с искренним уважением отношусь к немцам – поверженным противникам наших отцов и дедов – с точки зрения их военных талантов и доблести. И если бы я не прочёл ту гнусность, что написали эти американцы, то я бы и к Хартманну относился так, как они о нём сказали в процитированном предисловии. Но я прочёл их писания дальше предисловия, и Хартманн предстал передо мною выдающимся трусливым бандитом.

Такую характеристику не просто объяснить и я вынужден буду сначала описать ряд обстоятельств, которые, казалось бы, не имеют прямого отношения к этому вопросу. Дело в том, что ведь у нас диаметрально изменена мораль. В начале января 1999 г. фашистский суд Москвы осудил на 4 года лагерей и принудительное лечение в психушке Андрея Соколова – русского патриота 20 лет. На судебно-психиатрической экспертизе врач задал ему вопрос – смог ли бы он отдать жизнь за Родину? Андрей, естественно, ответил утвердительно, и врачи записали в заключении: «Склонен к суициду» – т. е. к самоубийству. А что – с точки зрения скотов, а не людей, смерть за Родину – это действительно самоубийство.