Вуаль тысячи слез - ван Ластбадер Эрик - Страница 129

Конара Инггрес оказалась на бескрайней, залитой кровью равнине. Вдалеке виднелась зубчатая громада горной цепи, в которой, как показалось конаре, бились сердца Аватар демонов. Инггрес отлично понимала, что не в состоянии с ними сразиться, ощущая пульсацию их силы, наполняющей сияющие багровые облака над острыми пиками.

Стараясь не привлекать к себе внимание, конара Инггрес шла очень осторожно, прячась при каждом шорохе. Она никогда раньше не припрыгивала и поэтому чувствовала слабость и тошноту из-за отсутствия мононкула, поглощающего вредную радиацию. Ей казалось, что все дело в неопытности и что с каждой новой Припрыжкой она будет чувствовать себя увереннее.

Несмотря на слабость, конара Инггрес продвигалась вперед, надеясь в скором времени отыскать Джийан. Из-за шума — и непрерывного стона четко мыслить было почти невозможно. Из книг конара знала, что демон, овладевший Джийан, не сможет припрыгнуть, так как демонические силы не владеют Осору. Не сможет он использовать и волшебную Аватару Джийан. Хотя, как читала Инггрес, самые сильные архидемоны вроде Пэфороса имеют собственных Аватар. В итоге конара очень боялась, что овладевший Джийан демон вышлет за ней свою Аватару. Правда, с другой стороны, здесь ему долго не продержаться, ведь Иномирье создано магией Осору…

Конара Инггрес понимала, что времени в обрез. Разрабатывая план по изгнанию демона из конары Лиистры, она предвидела, что Джийан может раскрыть ее замыслы, и наметила путь к отступлению — в Иномирье. Учитывая отсутствие какого-либо опыта у конары, план был очень смелым и рискованным. Однако другого способа вырваться из монастыря, находиться в котором стало невозможно, Инггрес не видела. Конара знала, что не сможет дать отпор архидемону. В то же время становилось все труднее скрывать знание Осору от Джийан и даже от конары Лиистры. Действовать нужно было быстро, пока ее «не обнаружили и не уничтожили», как лаконично выразился сам демон. Чем больше Инггрес об этом думала, тем лучше понимала, что ей нужна помощь более опытной волшебницы. А кто мог помочь лучше, чем настоящая Джийан?

И вот она в Иномирье разыскивает Аватару Джийан, не имея достаточно времени для того, чтобы как следует обдумать следующий шаг. Конара Инггрес смотрела вперед с опаской и внимательно следила за сверкающими облаками, зная, что оттуда могут появиться Аватары демонов.

Насколько она разобралась в запретных текстах Осору, все Иномирье основано на символике. И так же, как матрос ищет на горизонте землю, конара искала символы. Вот наконец она заметила что-то и бросилась бежать, забыв об опасности.

Подойдя поближе, конара Инггрес увидела огромный перевернутый треугольник черного цвета, к которому была приколота головой вниз огромная птица. Конара тут же узнала Аватару по имени Рас Шамра.

— Шима Джийан, — тихо позвала Инггрес. Ведь Джийан произвели в шиму незадолго до изгнания из монастыря…

— Кто зовет меня шимой?

Конара Инггрес задохнулась от ужаса, увидев, что глаза Аватары залиты кровью от тысяч крошечных порезов на теле.

— Это я, шима Джийан, бывшая лейна Инггрес, теперь конара.

— Милая Инггрес, я помню тебя маленькой девочкой! Всегда знала, что у тебя есть Дар, но, естественно, никому не рассказала.

Конара благодарно кивнула.

— С тех пор, как тебя изгнали, зло с каждым годом все глубже проникает в монастырь. — Конара Инггрес радовалась, что Джийан не тратит время на расспросы о том, как ей удалось взрастить свой талант в неблагоприятных условиях монастыря.

— Все очень плохо? — с тревогой спросила Джийан.

— А ты ничего не знаешь?

— Я здесь в полной изоляции. Расскажи мне в общих чертах. Хоролаггия не может подслушать, пока не появится его Аватара.

Конара Инггрес кивнула, во рту пересохло.

— Овладевший тобой демон захватил Сияющую Белизну и вытащил Бартту из магической темницы для того, чтобы отдать другому демону.

— Новость еще страшнее, чем тебе кажется, — проговорила Джийан. — Мы имеем дело с архидемонами. Получается, из Бездны вырвался не только Хоролаггия, но и Миггорра.

Конара раскрыла рот от удивления.

— Ты имеешь в виду детей Пэфороса?

— Именно! Прорвавшись в наш мир, они нарушили законы мироздания, которым должны подчиняться и смертные, и волшебные существа: волшебники, богини, демоны и архидемоны.

— Ах, шима Джийан! — вскрикнула конара Инггрес. — Мы тут разговариваем, а ты так мучаешься! Скорее скажи мне, как тебя освободить!

— Ты не сможешь, — спокойно ответила Джийан, — по крайней мере в прямом смысле.

— Тогда что же делать? Понимаю, против архидемона мне не выстоять.

— Да, конечно. Однако не стоит недооценивать свою изобретательность. Возвращайся в монастырь. В его самой древней секции, под складом, расположены священные покои Миины.

— Да, келлы, я их уже видела, шима Джийан. Именно там я наколдовала себе зеркальце, в котором разглядела Церрна. Этим демоном была одержима моя подруга конара Лиистра, а я отделила его с помощью изгоняющего заклинания и раздавила.

— Неплохо! — похвалила Джийан. — Только помни, изгоняющее заклинание действует лишь на простых демонов, таких, как Тзелос и Церрн. Против тех, кто овладел мною и моей сестрой, оно бессильно.

— Расскажи подробнее, шима Джийан.

— Одна… преданная мне особа разыскивает Вуаль Тысячи Слез. Ее зовут Риана. Тебе нужно дождаться ее. Ведь помимо уничтожения временного тела лишь Вуаль может устранить архидемона. И поскольку ты здесь, демоны знают, что ты владеешь Осору. Значит, придется бороться против них тайком. Нужно спрятаться и не открывать свои намерения никому. Даже тем, кому ты верила в прошлом. Это очень важно! В монастыре нельзя доверять никому. Проще считать, что все обитательницы монастыря скомпрометированы. Все до одной, понимаешь?

— Да, шима Джийан.

— А твоя подруга…

— Конара Лиистра.

— О ней лучше забыть на время.

— Но шима Джийан…

Рас Шамра покачала головой.

— Никаких исключений, конара Инггрес. Никаких! Прекрасно понимаю твое желание помочь подруге, и все же результат налицо. Изгнав Церрна, ты привлекла к себе внимание архидемонов. Теперь, когда они поняли, что ты решила сопротивляться, демоны не успокоятся, пока не уничтожат тебя.

Конара Инггрес подавила растущую панику.

— Как же мне тогда бороться против них?

— Разумно используя оружие, о котором никто не будет знать. Скажи, когда ты спускалась в келлы, видела цитринового змея Гоша?

— Да, шима Джийан, в самом центре келла.

— Разве он стоит не в нише у стены? — резко спросила Джийан. — Ты уверена?

— Уверена, шима Джийан. Я еще там упала ниц и стала молить Миину о наставлении.

— И оно снизошло?

Конара Инггрес задумалась.

— Кажется, да. Через некоторое время в нижнем келле я нашла колодец, вокруг которого правильным треугольником стояли фигурки из неизвестного мне камня. Они были золотисто-черные. В том колодце я и наколдовала себе зеркальце. — Увидев, как дрожит Рас Шамра, конара остановилась. — Я рассказываю что-то не так?

— Гош и три йа-гаара стоят не там, где стояли веками. Это означает, что действует колдовство намного древнее рамаханского. Здесь есть о чем подумать. — Рас Шамра вытерла кровь с глаз и взглянула на сияющую горную цепь. — У нас мало времени, поэтому слушай меня внимательно. Немедленно возвращайся в келлы и вырви правый глаз из статуи Гоша.

— Ой, шима Джийан, — испуганно пролепетала конара Инггрес. — Цитриновый Змей — священная статуя Миины. Я не стану портить…

— Делай так, как я говорю! — прогремела Рас Шамра, и Инггрес оставалось только кивнуть.

— Да, Первая Матерь!

— Почему ты меня так назвала?

— Так сказано в Пророчестве, Первая Матерь! Демон захватит в плен рамаханскую колдунью и станет держать в Иномирье. Именно эта колдунья станет направлять Дар Сала-ата. Поэтому она и есть Первая Матерь.

— Так или иначе, вырви у цитринового змея правый глаз. Для этого нужно трижды повернуть его влево прямо в глазнице. Затем отнесешь глаз к колодцу, где наколдовала зеркальце, и опустишь в воду ровно на тридцать секунд. Ни больше, ни меньше. Ясно?