Колеса - Хейли Артур - Страница 90

– Самое удивительное в связи со сверхпроводниками, старина, состоит в том, что общественность и пресса знают о них очень мало. – Перси отхлебнул смеси цейлонского и индийского чая, которую всегда возил с собой в металлических банках и, где бы ни останавливался, просил специально для него заварить. – Как ты, Адам, очевидно, знаешь, сверхпроводник представляет собой металл, или металлическую проволоку, обладающий высокой электропроводностью и пропускающий через себя ток без малейших потерь.

Адам кивнул. Как всякий изучавший физику студент, Адам знал, что любой провод или кабель обладает сопротивлением, приводящим к потере по меньшей мере пятнадцати процентов передаваемой по нему энергии.

– Следовательно, сверхпроводник с нулевым сопротивлением, – констатировал Персивал, – произведет революцию в электросистемах всего мира. При этом он сделает ненужным сложное и дорогостоящее оборудование для передачи электроэнергии на расстояние и позволит с невиданно малыми затратами получать фантастическое количество электроэнергии. До сих пор препятствием на пути использования сверхпроводников являлось то, что они функционируют лишь при очень низких температурах – примерно при 450 градусах ниже нуля по Фаренгейту.

– Прямо скажем, холодновато, – заметил Адам.

– Разумеется. Поэтому вот уже несколько лет ученые мечтают о создании сверхпроводника, который функционировал бы при комнатной температуре.

– И есть основания надеяться, что мечта станет явью?

Перси немного задумался.

– Мы знаем друг друга, старина, уже много лет. Ты когда-нибудь замечал, чтобы я преувеличивал?

– Нет, – ответил Адам. – Как раз наоборот. Ты всегда был консервативен в своих оценках.

– Я таким и остался. – Перси улыбнулся и, отхлебнув немного своего чая, продолжал:

– Нашей исследовательской группе пока еще не удалось создать сверхпроводник, который бы функционировал при комнатной температуре, но некоторые явления, возникшие в итоге наших экспериментов, обнадеживают. Порой мы даже думаем, не находимся ли мы где-то на пороге открытия.

– А если это так?

– Если это так, если мы действительно произведем переворот в науке, это затронет все области современной техники и вызовет качественные изменения. Приведу тебе два примера.

Адам слушал Перси со всевозрастающим интересом.

– Не буду останавливаться на всех гипотезах, касающихся магнитного поля, но есть такая штука, именуемая сверхпроводниковым кольцом. Что это такое? В сущности, обычный виток проволоки, который будет аккумулировать и удерживать в неприкосновенности огромные запасы электрической энергии, и если удастся сделать еще одно открытие, нам и эта проблема будет по плечу. На практике это означает, что можно будет перемещать огромное количество электроэнергии из одного места в другое – скажем, на грузовиках, по воде или по воздуху. Задумайся на минутку, как это можно использовать в пустыне или в джунглях – доставить туда электроэнергию самолетом, в пакете, без всякого генератора, и в случае необходимости – дослать нужное количество. А представь себе сверхпроводниковое кольцо в электромобиле! Да аккумулятор по сравнению с ним будет казаться таким же анахронизмом, как сальная свеча!

– Раз уж ты меня об этом спрашиваешь, – сказал Адам, – должен признаться, мне трудно даже представить себе такое.

– Не так давно, – заметил Перси, – людям было трудно представить себе атомную энергию и космические полеты.

“А ведь и правда”, – подумал Адам и напомнил Перси:

– Ты обещал привести два примера.

– Ну конечно. Одно из самых любопытных свойств сверхпроводника – его диамагнетизм. Это значит, что при использовании сверхпроводника вместе с обычными магнитами могут возникать исключительно мощные отталкивающие силы. Ты чувствуешь, старина, какие тут скрыты возможности? Разные металлы в машинах и механизмах могут быть помещены рядом, а соприкасаться не будут. Значит, у нас появятся бесфрикционные подшипники. И можно будет сконструировать автомобиль, в котором металлические части не будут соприкасаться, следовательно, не будут изнашиваться. И это только первый шаг. За ним последуют многие другие.

Убежденность Перси действовала на Адама поистине гипнотически. В устах любого другого человека Адам воспринял бы это как утопию или нечто, обращенное в далекое будущее. Но не в устах Перси Стайвезента, известного своими трезвыми суждениями и большими научными заслугами.

– Нам еще повезло, – сказал Перси, – что в тех областях, о которых я говорил, и еще в кое-каких других нашей группе удалось добиться успехов, не привлекая к себе всеобщего внимания. Но скоро это произойдет, и какое же это будет внимание! Еще и по этой причине нам без тебя не обойтись.

Адам сосредоточенно думал. Рассказ Перси и изложенные им идеи взволновали Адама, только будет ли это так же долго вызывать в нем интерес, как автомобили, например “Орион” или “Фарстар”? Даже под впечатлением услышанного ему было трудно примириться с мыслью, что однажды он уже не будет иметь отношения к автомобильной промышленности. Однако в его сознании запечатлелось кое-что из сказанного Перси вчера – насчет прокладывания новых лутей, распахивания целины.

– Если уж серьезно говорить об этом, – заметил Адам, – мне нужно будет вначале самому приехать в Сан-Франциско и лично поговорить с твоими людьми.

– Мы будем этому искренне рады, старина, и я настаиваю, чтобы ты приехал поскорее. Разумеется, – развел руками Перси, – очень может быть, что не все пойдет так, как нам хотелось бы, да и революция в науке становится реальностью, лишь когда она и в самом деле происходит. Но что-то важное, захватывающее будет происходить, в этом мы уверены, и это я тебе обещаю. Помнишь у Шекспира? “В делах людей прилив есть и отлив, с приливом достигаем мы успеха…”

– Да, – сказал Адам, – припоминаю. Он размышлял о том, наступило ли это время и изменилось ли направление потока, который нес Эрику и его.

Глава 25

Впервые Ролли Найт связался с организованной преступностью на заводе в феврале. Произошло это на той самой неделе, когда он увидел, как мастер Фрэнк Паркленд, которым Ролли стал уже чуть ли не восхищаться, положил в карман взятку, и Ролли сказал потом Мэй-Лу:

– Весь этот огромный мир – одно сплошное дерьмо!

Поначалу участие Ролли во всех противозаконных махинациях было довольно скромным. Он ежедневно принимал ставки и записывал отмеченные номера. Деньги и желтые карточки с номерами Ролли вручал раздатчику со склада Папочке Лестеру, который, в свою очередь, переправлял их в город, где находилась штаб-квартира лотереи. Из случайно оброненных замечаний Ролли понял, что двусторонняя связь штаб-квартиры с заводом осуществлялась через шоферов грузовых автомобилей.

Фрэнк Паркленд, под началом которого продолжал работать Ролли, не очень донимал его, когда Ролли приходилось отлучаться по делам, связанным с лотереей. Исчезал Ролли ненадолго и не слишком часто, поэтому Паркленд без звука ставил на его место другого рабочего и лишь иногда слегка корил Ролли. Мастер явно продолжал получать взятки.

Было это в феврале. А в мае Ролли уже работал на ростовщиков и аферистов, совершавших незаконные операции с чеками, которыми выплачивалось жалованье, – две разновидности преступного бизнеса, тесно связанные друг с другом.

Он занялся этим новым делом, так как сам влез в долги и теперь не мог из них выпутаться. А кроме того, жалованья, которое поначалу казалось ему целым состоянием, вдруг перестало хватать на их с Мэй-Лу расходы. И вот теперь Ролли уговаривал других брать взаймы, а затем помогал “выбивать” одолженные суммы.

Люди с легкостью брали и давали взаймы – под невероятно высокие проценты. Так, в начале недели рабочий мог занять двадцать долларов, а в день получки на той же неделе должен был вернуть уже двадцать пять. Немыслимое дело!

И тем не менее все больше народу втягивалось в эти махинации, и речь порой шла о куда более крупных займах.