Женская сексопатология - Свядощ Абрам Моисеевич - Страница 39

Так, больная В., историк, 34 лет, обратилась по поводу навязчивого «страха загрязнения». Во время беседы выяснилось, что она обладает высокой половой возбудимостью. Когда ей было 8–9 лет отец как-то ласкал ее и целовал в область гениталий. Это вызвало у нее сексуальное возбуждение. Она стала просить его еще погладить и поцеловать. Он сказал, что этого нельзя делать, мама узнает и будет ругать, но повторил свои действия. Далее эти отношения периодически повторялись. С 13 лет стала тайно жить с отцом половой жизнью, испытывая половое удовлетворение. Возникла сильная половая привязанность. Развилось чувство вины перед матерью и раскаяние. Несколько раз пыталась прервать отношения с отцом, но вновь их возобновляла. Когда больной было 18 лет, неожиданно скончалась мать. Переживала чувство раскаяния, появился навязчивый «страх загрязнения». Отношения с отцом прервались в связи с его смертью, когда ей было 24 года. Через 2 года после этого неудачно вышла замуж, родила ребенка. Навязчивые явления и чувство вины сохранились.

В данном случае психотравмирующие переживания, связанные с инцестом и возникшим конфликтом между чувством долга, этическими и нравственными представлениями, с одной стороны, и половым влечением — с другой, привели к возникновению невроза навязчивых состояний. Страх загрязнения символизировал «грязное», аморальное сексуальное поведение больной.

Зоофилией, или содомией (некоторые авторы термином «содомия» обозначают не только скотоложество, но и гомосексуализм, по названию библейского города Содома) называют направленность полового влечения на животных. Половые контакты человека с животными нашли широкое отражение в мифологии и искусстве. В античном мире отношение к ним было терпимым. За римскими легионами даже гнали стада коз и овец «для половых нужд армии». Согласно же древним иудейским законам, половые контакты человека с животными карались смертной казнью. В эпоху средневековья уличенный в скотоложестве подлежал сожжению на костре вместе с животным, с которым был совершен акт. В современном обществе зоофилия уголовно не наказуема, но осуждается по моральным соображениям.

Зоофилия встречается главным образом у дебильных или интеллектуально ограниченных подростков в сельской местности (чаще у пастухов).

По A. Kinsey (1853), половые контакты с животными когда-либо имели 17 % деревенских подростков и лишь 26 из почти 6000 опрошенных женщин. При этом чаще всего животными совершался cunnilingus (лат. cunnus-) наружные женские половые органы + lingo — лизать).

Обычно у человека не возникает стойкого полового влечения к животному, и контакт прекращается при возможности получения нормального полового удовлетворения.

Под садизмом понимается получение полового удовольствия от жестокого обращения с партнером, под мазохизмом, наоборот — от страданий, которые причиняет партнер. Садист получает удовольствие, нанося болевые раздражения или подвергая мучениям, мазохист — получая их.

Надо сказать, что причинение легкой боли на высоте полового возбуждения (например, укусы) нередко встречается у здоровых людей, однако при этом получение полового удовлетворения не связано с причинением страданий партнеру.

Термины садизм и мазохизм были предложены Krafft-Ebing и связаны с именами писателей — маркиза де Сада и Захер-Мазоха. Первый из них отбывал тюремное заключение в течение 27 лет за половые преступления, связанные с актами жестокости и насилия. Эти акты он описал в своих романах (в последние годы жизни маркиз де Сад был переведен из тюрьмы в психиатрическую больницу, хотя признаков психоза у него не было обнаружено. Скончался в больнице в возрасте 74 лет). Второй — известный австрийский писатель — страдал мазохизмом и описал это состояние в романах. A. Eulenburg (1902) предложил называть садизм активной, а мазохизм — пассивной альголагнией (от греч. algos — боль, и lagneia — похоть, сладострастие). Разновидность альголагнии, при которой болевые раздражения наносятся ударами плети, получили название флагеллантства (от лат. flagellans — бичующийся).

Мучения, которые садист причиняет своей жертве, могут вызываться как психическим воздействием (третирование, издевательства), так и физическим. В последнем случае обычно причиняются болевые раздражения, от легких до тяжелых, связанные с нанесением тяжких телесных повреждений. Причиняются они либо до, либо во время полового акта. Оргазм у садиста может наступать даже при одном виде мучений, испытываемых жертвой, чаще же возникает во время полового акта или вызывается путем мастурбации.

В литературе описаны садисты, испытывающие половое удовольствие от нанесения женщинам уколов (подкалыватели); нанимавшие проституток, связывавшие их и стегавшие плетьми; учителя и воспитатели, жестоко обращавшиеся с детьми (поровшие их) с целью получения полового удовлетворения.

Садистские наклонности могут находить свое отражение не только в действиях, но и в фантазиях.

Так, нами наблюдался инженер, который в возрасте 12 лет случайно увидел, как соседка спустила штанишки со своей 6-летней дочери и отшлепала ее по обнаженным ягодицам. Эта сцена вызвала у мальчика сильное половое возбуждение. С этого времени он стал заниматься мастурбацией, представляя себе, что кладет к себе на колени раздетую девочку, зажимает ее ноги между своими ногами, одной рукой держит ее голову (т. е. приводит ее в состояние полной беспомощности) и второй рукой бьет по ягодицам. Сам он по характеру робкий, застенчивый, неуверенный в своих силах. Женился в возрасте 24 лет. С женой жил нормальной половой жизнью и никаких садистских действий не совершал. Находясь вдали от жены в месячной командировке, несколько раз мастурбировал, представляя себе порку девочки.

Садистская фантазия в данном случае возникла по механизму условно-рефлекторной связи (см. фетишизм). Закреплению ее могло содействовать изживание чувства собственной неполноценности — робости, застенчивости.

Нужно отметить при этом одну особенность, характерную для садистов, — удовольствие от мучения жертвы, находящейся в беспомощном состоянии.

Некоторые авторы относят к проявлениям садизма и сладострастные убийства (Lustmord — по терминологии немецких авторов). Как крайнюю степень садизма рассматривают некрофилию — половое влечение к трупам, при котором половой акт (или акт мастурбации) совершается с убитой для этой цели жертвой. Однако некрофилия не всегда связана со сладострастным убийством. Она может быть и проявлением, родственным фетишизму. В этом случае она обнаруживается в виде влечения к сексуальным действиям с лицами, умершими естественной смертью. Некрофилия чаще всего встречается у психически больных.

У гетеросексуальных женщин явления садизма встречаются крайне редко, а сладострастные убийства и некрофилия не встречаются вовсе. Однако у активных гомосексуалисток, по наблюдениям А. М. Свядоща и Е. М. Деревинской, садистские тенденции выступают нередко.

Так, наблюдавшаяся нами гомосексуалистка-трансвестистка в течение 3 лет поддерживала гомосексуальные отношения с женщиной. В половой жизни играла активную «мужскую» роль. Партнершу часто избивала, издевалась над ней, выгоняла раздетую на мороз. Видя ее страдания, впадала в состояние сильного полового возбуждения и тогда совершала с ней сексуальные действия.

В данном случае явления садизма наблюдались у гомосексуалистки у которой имелся ряд черт характера, обычно свойственных мужчине. Помимо этого, в ее внешнем облике обнаруживались признаки маскулинизма. Таким образом, это наблюдение не противоречит тому, что женственным натурам явления садизма не свойственны.

Генез садизма может быть различен. В одних случаях в основе его лежит возникновение условно-рефлекторных связей (фетишисты жестоких действий), в других, по всей вероятности, играет роль либо механизм расторможения древнего инстинкта половой агрессии, с чувством торжества над побежденным, либо, наоборот, чувство собственной неполноценности, изживаемое в стремлении к половому господству. Г. С. Васильченко, И. Л. Ботнева и В. М. Маслов (1983) рассматривают садизм как проявление гипермаскулинности.