Vояж в Бездну (СИ) - Бойко Евгения Владимировна - Страница 46

Последний мой подарок посреди земли ковра…

Говорят смерть одного человека – это трагедия, а смерть многих – лишь статистика…

– Все будет хорошо, – прошептал Алекс, надевая капюшон, чтобы хоть немного защитить глаза от яркого утреннего солнца. Он позволил лошади плестись шагом, убаюкивая меня в своих объятиях и нашептывая слова утешения низким тихим голосом. До замка Алекса оставалось около часа пути и, не желая, чтобы он истощал себя перемещением сквозь пространство, я настояла на конной поездке.

Как оказалось зря.

– Стойте! – дорогу преградили несколько вооруженных людей в незнакомой мне форме. Алые плащи и нашивки на рукавах в виде клевера говорили об их принадлежности к какому-то ордену… но к какому? – Отпустите вашу спутницу.

Алекс низко зарычал.

– Уйдите с дороги. Я не имею ни малейшего желания обнажать оружие. Моя спутница ни в коей мере вас не касается.

– Ты еще скажи, что она следует за тобой добровольно! – фыркнул, по-видимому, предводитель. Остальные неприятно рассмеялись.

– Я могу считать это отказом, господа вампироборцы?

Ну конечно. Брукса рассказывала, что на Релее основан целый орден для борьбы с вампирами.

Алекс спешился и сбросил капюшон "уравнивая" шансы. Бледная иллюзия их преимущества. По бледным щекам вампира тут же потекли слезы. Отбросив тщетные попытки хоть что-то разглядеть в слепящем свете солнца, он закрыл глаза и выжидал первого удара.

Переглянувшись, стервятники приняли приглашение…

Но удача изначально была не на их стороне.

Вампир рвал их тела голыми руками. Не в силах оторвать взгляда от его быстрых, четко выверенных движений, где не было ни одного лишнего, я могла лишь молча прижимать руки к груди. Хрипы агонии и хруст ломающихся костей казалось, будет вечно слышаться мне во снах, но не потому, что мне жаль этих людей. Потому что время не сможет стереть изумления и восхищения моим вампиром, который даже при свете беспощадного солнца, раненный смог противостоять десяти стражникам.

– Мари? – голос Алекса был, тих как шепот листьев под легким дыханием полуночного ветерка, но я услышала.

– Да? – я взяла его за руку.

– Я не хочу быть зверем, – вздохнул он.

– Ты не зверь, – я украдкой посмотрела на покрасневшие опухшие веки Алекса и мысленно добавила "Звери – те, кто решил убить тебя". – Как тебе это удалось? Я думала вампиры теряют силу на свету…

– Мне все равно где сражаться: в абсолютной темноте или в полдень. Я полагаюсь в большей степени на слух и колебание воздуха.

– Сколько тебе придется восстанавливать зрение?

– Около двух дней. Может чуть больше, – Алекс говорил так спокойно, будто речь шла о чем-то мелком и незначительном. Не сдержавшись, я коснулась его щеки и он, перехватив мою руку, запечатлел на коже почти невесомый поцелуй.

Вспомнив о том, как оставила вампира умирать с серебряным кинжалом в спине и обожженными руками, за несколько минут до рассвета я почувствовала укол совести и тупую ноющую боль в сердце. До чего жестокой я могу быть!

– Пойдем, – он привлек меня к себе. – Тебе нужно отдохнуть. А потом я доставлю тебя в Феникс.

Когда вспышка перемещения исчезла, я обнаружила что мы стоим посреди большого зала.

– Это замок нашего клана, – пояснил Алекс.

– Здесь есть вампиры?

Инфернов я воспринимала спокойно, но к встрече с несколькими представителями этого племени была не готова.

– Не бойся, они не причинят тебе вреда. В замке живут мои друзья и Ментор.

"Друзья" уже осведомленные о нашем визите уже собирались в зале. К превеликому счастью их было не так много: две вампирши и два вампира. Иокаста, Маришка, Виль и Ментор Алекса – Эмиль.

За время, проведенное в замке, я в достаточной мере узнала вампиров, чтобы вынести собственное о них суждение. Из-за того, что Алекс повредил глаза, пришлось задержаться, и караван ушел без нас. Но как бы я ни хотела попасть домой бросить Алекса я тоже не могла. Потому попрощалась с ловцами, пообещав встретиться с ними уже в Фениксе.

Итак, вампиры…

Иокаста, несомненно, была хороша хоть на мой вкус и несколько угловата. Резкие черты ее лица и острый взгляд светло-карих глаз смягчались только достаточно короткими каштановыми волосами с золотистой искрой завивающимися мягкими волнами.

Глядя на эту вампиршу, трудно было точно сказать, красива она или просто симпатична. Так как и определить, что на самом деле скрывается за ее отстраненным спокойствием.

Если Иокаста и симпатизировала кому-то, она держала чувства, при себе предпочитая на вопросы о любви и дружбе отшучиваться.

Я никак не могла определиться, как к ней относиться. Вся она была такая двоякая, уклончивая, будто вода бегущая сквозь пальцы, или песок, пересыпаемый из ладони в ладонь – как ни старайся, песчинки все равно сыплются на землю.

При взгляде на Виля на ум приходило одно-единственное слово "очаровательный". Невысокий, плотного телосложения вампир обладал ясным, доброжелательным взглядом. Он весь буквально сочился благодушием и искренним весельем, но стоило заговорить о проблеме, проявлялась еще одна его черта – умение выслушать и помочь. Единственным недостатком Виля была, пожалуй, болтливость. Он мог говорить часами, на любые темы, будь то горное дело или выпечка тортов. Алекс шепнул мне, что Виль обладает уникальной способностью: он может утомить разговорами вампира. Даже Иокаста признает, что не может тягаться с ним.

Жена Виля – Маришка, по словам Алекса, была чрезвычайно редким среди вампиров явлением. После своей трансформации она осталось такой, как и в бытность свою человеком.

– Видишь ли, – сказал Алекс, – перевоплощение очень меняет вампиров. Кроме боли оно дает время переосмыслить ценности и выявляет спрятанные глубоко внутри черты. Редко кому удается остаться таким как прежде, для этого нужно быть настолько цельной и сильной личностью… Признаться, я не ожидал, что Маришка на такое способна. Мне казалось, что она потеряет эту свою живость.

Эмиль не понравился мне сразу. Карие глаза, несмотря на теплый цвет, смотрели на мир холодно, а улыбка всегда была циничной. В нашем мире он миг бы считаться "типичным вампиром". Разве что его чары действовали прямо противоположено. Не могу ручаться за всех, но меня Эмиль отталкивал.

Шутки его в большинстве своем были либо грубыми, либо едкими хотя часто в них проскальзывала доля правды. Вампир любил высмеивать недостатки и несовершенства характера во всех их проявлениях и снискал славу циника и мрачного, вечно недовольного жизнью ворчуна.

И могущественного чернокнижника – редкости даже для детей волчьего солнца…

Алекс настороженно прислушивался к колебаниям магических нитей опутывающих замок защитными заклятиями. В последнее время у него часто возникало чувство, что за ними кто-то наблюдают.

Вот и сейчас он не мог избавиться от прожигающего лопатки взгляда.

Когда мимо пронеслась смазанная тень – быстрая даже как для вампира, – Алекс схватился за меч, и только рука друга помешала ему броситься за ней.

– То жена моя Маришка, – с улыбкой пояснил друг. – По сравнению с ней я чувствую себя немощью полнейшей. Вот давеча, после нескольких часов совместного отдыха в спальне я был больше похож на мокрую безвольную тряпку, чем на вампира, а дражайшая моя супруга была просто до безобразия бодра! Я вам вот что скажу друг мой любезный: женщины это те еще штучки, вне зависимости от видовой принадлежности. А вампирши это вообще ужас! Моя женушка похожа на ураган…

Но Алекс не спешил прятать оружие, ощущая присутствие не только "наблюдателя" и кое-чего более опасного. И сильного. Он ни на минуту не забывал, что где-то в окрестностях бродит элементаль земли, но не думал, что тот сможет так опасно близко подойти к замку далеко не самых слабых вампиров. Одного их присутствия хватало, чтобы отпугивать практически любую нечисть.