Vояж в Бездну (СИ) - Бойко Евгения Владимировна - Страница 63

– Малыш еще слово и в моем багажнике станет на один труп больше. – Я достала из кармана револьвер. – На органы тебя все равно не возьмут…

Никогда бы не смогла убить ребенка но, к сожалению, нынешнее подрастающее поколение не признает педагогический авторитет бабы Яги и приходится пугать их чем-то более реальным и близким.

– Эй! А что я? Я просто мимо проходил… – "малыш" быстро ретировался с нашего пути.

– Ну, зачем ты так, – усмехнулся Ирн. – Дети – это праздник.

– Ага. Вечный Хеллоуин…

– А ты его действительно пристрелила бы?..

Хм, неужели я похожа на неуравновешенную убийцу всего шевелящегося? Да при всем желании мастерски выполненная под оружие зажигалка не смогла бы ему навредить! Настоящее лежит на самом дне приготовленной для Релла торбы. Я засунула "револьвер" в сумочку и задала встречный вопрос:

– Я похожа на тех, кто бросает слова на ветер?

– Нет, ты серьезно? – маг не на шутку удивился. – Тебя не пугают возможные последствия?

Я закатила глаза.

– Успокойся. У меня слишком много связей, чтобы опасаться каких-либо последствий. А еще есть здравый смысл, и какие-никакие принципы. Да и отстрел беспризорников тоже не входит в мое обычное времяпрепровождение! Правда это правило не касается покушений на мою жизнь и здоровье, – я выразительно покосилась на мага.

– Ладно-ладно, – мужчина успокаивающе похлопал меня по плечу. – Чего ты так завелась?

– Предменструальный синдром.

– ???

– Ирн, я не шучу.

– Ты всегда так откровенна?

– Когда хочу довести кого-то до бешенства – да. Правда – лучший раздражитель известный человечеству. Он действует даже на самых честных людей.

Маг рассмеялся.

– Как говорил Ришелье: "Дайте мне лист, на котором святой напишет шесть предложений, и я найду, за что его повесить". Но у любой правды есть срок давности…

– Истина скоропортящийся товар, – согласилась я.

– Ты все переводишь в денежный эквивалент.

– Я экономист.

– Пусть так. Но прошу тебя: не старайся казаться циничнее и злее чем ты есть на самом деле. Тебе это не идет.

– Хм?

– Как я успел заметить за редким исключением, ты владеешь словами и чувствами, а не они тобой. Так что это ты говоришь то, что думаешь… а не твой "предменструальный синдром".

– Вот ты и ответил на заданный тобой вначале вопрос. Назвавшись разбойником, готовься получить по кипятильнику. А ребенок ты или женщина не имеет никакого значения. Правила одни на всех и все равно отвечают друг перед другом.

– С каких пор ты стала такой циничной? Чего-чего, а умышленных убийств в твоей биографии не было.

– До попадания на Релл, – согласилась я. – После небольшой экскурсии в измерение, где выживает сильнейший, я переоценила взгляды на жизнь, дружбу и чужую жизнь.

– Но ведь за убийства ты тоже поплатишься.

– Если я их совершаю, значит, считаю следующее за ними наказание приемлемым. Я не оправдываюсь, но я же не выбегаю на улицу с автоматом в руках и не гашу всех подряд? Я убиваю только тогда когда миром дело уже не решить.

– И твое "попадание" на Релл ведь тоже наказание за что-то…

"О, конечно ты знаешь за что!"

– Иначе и быть не может. Но так как я еще жива, не все потеряно.

– Почему ты не использовала возможность взыскать с меня за свою смерть? – вдруг спросил мужчина, но я только пожала плечами. Чтобы я не говорила, но убийство крайняя мера. Кто я такая чтобы лишать того, чем не мне обязаны?

Я покачала головой, дивясь своим мыслям. Воистину загадочна и непостижима женская логика!

– Наверное, по той же причине, по которой ты сейчас помогаешь, а не думаешь, куда спрятать мой труп.

– Ты нервничаешь, – констатировал Ирн.

– Вовсе нет! – я завела машину, но та, издав похожий на фырканье звук, тут же заглохла. – О, черт!

– И как я уже успел заметить, в этом состоянии ты скверно влияешь на механизмы и бытовые приборы, – спокойно продолжил Ирн. – Успокойся, пока мы не взорвались как вчерашняя лампочка.

– Как я могу успокоиться, когда Алекс неизвестно где!

– "Неизвестно где" еще не значит, что он мертв.

– Ты прав. – Я резко выдохнула и, взяв мужчину за руку, повернула колечко, напрямую перенося нас в офис судей. Бог с ней с фирмой!

– Опять с координатами ошиблась, – сказала я, когда в глаза развиднелось.

Нас перенесло в нужное измерение, но непрямо в офис, а к фасаду главного здания.

– Офанареть! – всплеснул руками Ирн. – Ты же могла забросить нас куда угодно!

– Но нас забросило куда угодно мне, потому не паникуй. – Впервые на моей памяти мужчина позволял себя столь человечные выходки. Нет и в самом деле!

Я поспешила подняться по ступенькам, потеряла равновесие и упала бы, если бы Ирн вовремя не подхватил меня. Оказавшись крепко прижатой к его телу, я снова почувствовала эти треклятые искры…

– Не волнуйся, – терпеливо повторил он, глядя остекленевшими глазами куда-то за мою спину, – если бы Александр был мертв, я бы почувствовал. Мы его спасем. – Вспышки его гнева, как и не бывало.

Маг подхватил меня под локоть и уверенно вошел в офис.

– Ирн, какая неожиданность! Тебя реабилитировали? – ехидно поинтересовался Инсамер но, скользнув по нам всеобъемлющим взглядом, тут же скривился.

– Ага, – беспечно ответил мужчина, – и на освободившееся в тюрьме место сейчас проведем кастинг среди особенно острых на язык любителей раскладывать пасьянсы. Кстати говоря: тех, кто поставил ограничители порталов на офис, могут готовить заявления на увольнение по собственному желанию. Думаю, Мария как временно замещающая главного Судью подпишет их на досуге.

Отметив проступившие под глазами мага тени, я поняла, что благополучным перемещением обязана исключительно его способностям.

Маг собирался сказать еще что-то, но дальнейший "разбор полетов" прервало неожиданное происшествие.

Мое внимание привлекло разрастающееся сияющее пятно под потолком. Когда оно достигло размеров среднего холодильника из него "выпала" голая девушка.

– Оце так! – она задумчиво потерла ушибленную пятую точку, и целомудренно прикрыв грудь рукой, подозрительно воззрилась на стоящих с отвисшими челюстями Судей. – Викрадення?

– Ким! – крикнула я. – Ты снова напутал с координатами?

– Что? – в комнату влетел запыхавшийся парень и, увидев сидящую на полу девицу, дополнил скульптурную группу: "Ошеломленные".

– Твоих рук дело? – кивнула я в сторону пострадавшей.

– Да вы что! – возмутился Ким. – Когда это я таким промышлял… – Он снова воззрился на девушку взглядом матушки настоятельницы обнаружившей в своей койке демона.

– Постой-ка здесь, – я, не особенно церемонясь, стащила с парня хламиду и подошла к девушке. – Ты что нибудь помнишь?

– Та нічого особливого, – ответила она, – ми з хлопцями пиво пили, а… я сухарем подавилася! А як до тями прийшла…

– Зрозуміло, – я машинально перешла на родной язык. – Ну-ка подойди сюда, – поманила я Кима и прошептала ему на ухо, – эта девушка полностью на твоей совести.

– Да что я с ней делать буду? – возмутился он.

– Боже, с каких пор должна объяснять парню, что делать с девушками? Да хоть женись на ней!

– Чего? – отшатнулся Ким, – я же не понимаю, о чем она говорит!

– Знаками общаться будете, – пресекла я возражения на корню, – в крайнем случае, словарь купи русско-украинский. Но чтобы я вас здесь не видела!

– А что это вы вообще командуете здесь! Вы даже не Судья…

– Мальчик мой, – я ласково улыбнулась, – во-первых, ты тут вообще на птичьих правах и то по милости господина Ирна, а во-вторых, я точно знаю, что к этому ЧП приложил свою неумелую руку ты.

Ким жалостливо посмотрел на бывшего Учителя, но тот только покачала головой, пряча улыбку.

– Тебе яке звуть?

– Галя…

– Добре Галю. Оцей хлопець – Кім – у повній твоїй владі: що хочеш з ним роби. Якщо буде погано себе вести покажи йому де раки зимують, – пребывая в состоянии шока девушка только медленно кивнула еще не до конца осмыслив происходящее. Ничего, скоро она очнется…