Ощущение женщины, или - Метаморфоза 1 - Стенкин Георгий - Страница 4

- А в-третьих – биопамять не включается, а начинает трансляцию.

Вот это он любит. Разумно и логично. Всё – по полочкам разложено.

Дед смотрел на меня и видимо – собирался с мыслями. Глотнул еще стритки и…

- Давай – отмотай немного назад и запускай. Посмотрим вместе, что ты там за домашнее задание готовишь.

Отлично. Пронесло.

Отмотай назад – это значит продвинуться в обратном направлении. Запускай – значит пустить нормальное течение времени. Хорошо – хорошо.

Глава 4. Ножка… и ещё выше.

…

Глядя ей в глаза, я опускаю свою руку – прямо на подъём её ступни. Так, что моя ладонь ложится, почти полностью закрывая, и пальчики и выгнутость подъёма, ощущая нежность чулка и бьющийся пульс на случайно попавшейся жилке, а мой большой палец – проскальзывает под ступню, почти к самой пяточке…

Она вздрагивает. И взгляд – из изучающего превращается в удивляющийся и одобряющий.

Я начинаю свой Путь.

Дивная ножка

женщины-кошки,

пятка нежнее цветка,

дай подержаться

за ножку немножко,

кожа белей молока,

черный чулок,

и ступня балерины,

страсть, а непросто подъем,

нет притягательней

этой картины,

ножка!!!!!!!!

на колене моем...

Светлана Эр.

Это стихотворение, как мне кажется – очень подходит именно к этой записи в моём дневнике. Помню – рассказал Светлане об этом своём приключении и она написала это стихотворение. Удивительно точно и поэтично.

Но…

Мне нужно вернуться в ресторан. Там меня ждут. Я ещё не закончил с ножкой…

…

Она вздрогнула. И ножка – инстинктивно согнулась в коленке. Совсем чуть-чуть…

А-а-а…

Где-то там, в конце моего пути – вдруг блеснула ослепительная белая вспышка. Словно – вырвался неимоверной световой силы, из темницы – кто-то или что-то, но с бешеным стремлением к свету и ко мне…

Это – мой друг «разрез на юбке» открыл тоненькую полоску яркой и белой…

Ничем не прикрытой, невинной и чистой в своей белизне и яркости…

Чулки. Я был прав.

Там где заканчивались чулки – открывался мир без штор и паранджи, без пуританских километров ткани и без ложной стыдливости прекрасного белого лебедя. Белое царство красоты…

Белое…

Говорят, что белый – это холодный цвет, цвет снега и льда. Мороза и оцепенения. Но в этот миг – белый цвет стал для меня прожектором чистоты и наготы. Открывающейся тайной и воспаляющимся огнём. Бушевала стихия чёрно-белого колдовства, женского естества и мужского, чего-то животного…

Белая полоска женского тела…

Аккуратно и максимально нежно – я развернул свою ладонь, так – чтобы нижняя часть её ступни оказалась прямо у меня на ладони. Но – не нарушая контакта, мягким поглаживанием и прикосновением…

И – она была вынуждена ещё немного приподнять свою коленку. Лёгкий толчок пробежал от самых кончиков её пальцев – туда, в высь – к белому…

Я снова – решил взглянуть в её глаза. Не ломаю ли я – так тщательно выстроенную увертюру в нашей пьесе? Не берут ли верх инстинкты и упоение от мгновения откровений? От нежности прикосновений. Продолжается ли игра? Или уже тело отдано во власть чувств и гормонов? Женственность – или расчёт? Искренность – или сюжет?

Нет. Её глаза – отвечали мне с благодарностью…

Ты – сама нежность. Я – жду…

Левая рука – уцепилась за стойку бара, а правая – всё ещё держала фужер с торчащей из него трубочкой. Только…

Трубочка – застыла в своём движении. Сжатая в губах, зубах…

Выскочив из фужера – разбрызгивая капли жидкости на одежду, на руки и на…

На чулок…

Если бы мы не были посредине ресторана, сидя на крошечных банкетках у стойки бара. Если бы не было – круговорота цветовой и световой феерии. Мельтешения тел, звуков и всего какого-то вообще невозможного.

Могло бы показаться, что у женщины – соскочила туфелька с ножки и любезный мужчина галантно пытается водрузить случайную утрату – на своё законное место.

Только…

Всё это происходит – с замедлением в сотню раз.

Вокруг – сплошная сутолока, а эти двое – замерли в своём неспешном диалоге. Не происходит смены позиций. Она – смотрит на него, он – держит правой рукой её ножку. Немного склонившись. Её правая рука с фужером – остановилась в слегка неестественном положении.

Никто не чувствует нарастающего напряжения, экспоненциально растущих зарядов энергии. Энергетического противостояния и насыщения до искрения атмосферы – вокруг нас двоих.

Будто – кокон или энергетическое поле неимоверной силы сталкивало нас друг к другу. Сжимаясь с каждым нашим вздохом, спрессовывая и так, до критической массы «накачанное» и разогретое – ядро. Ядерный взрыв – не минуем. Зашкаливают – все приборы.

Пожарной команде и отряду спасателей – выступить на стартовые позиции. Будут тысячи жертв и огромный участок поражения. Разрушения и глобальный катаклизм.

…

Для меня же… Время неслось с сумасшедшей скоростью. Я – не успевал опомниться от одного потрясения, как – обрушивалось новое. Только что – я был ослеплён открывшейся узкой полоской белого участка тела – там… Почти у горизонта, за магистральностью и путеводством чёрного чулка.

И теперь…

Я вижу, что она тоже начала свой Путь.

И наши Пути – должны где-то пересечься, встретиться. Нет больше сил выдерживать этот накал страстей. Перегорают – один за другим, все предохранители. Начали лопаться лампочки и взрываться фужеры.

Нужно.

Пора.

Хорошо. Сделаю следующий шаг.

Женщина – ждёт. Женщина – зовёт. Женщина – дарит мне…

Я подношу свою левую руку к её ножке и пытаюсь смахнуть те нечаянные капли жидкости, которые могли осквернить и испортить безупречность этого зрелища.

И касаюсь - внутренней стороны коленки, ложбинки – под коленкой, так – немного сбоку, и – немного пониже… Или – повыше?...

Но вот - я уже обеими руками поддерживаю эту чудесную ножку…

Рефлекторное движение… Очередной толчок всего естества. Спазм или судорога. Или – просто ответ тела на прикосновение другого тела. Что-то животное и магнетическое…

И мне приходится привстать со своего места, чтобы не выпустить из рук…

Но. Нужно.

Нельзя.

Я не понимаю.

Она роняет свой фужер. Из её уст – слышен вздох. Горячий, страстный.

Что-то кричит бармен.

Я опускаюсь на колено и встаю прямо в стеклянные осколки и в лужу. Главное – не выпускать из рук…

Она – поправляет слишком широко распахнувшийся разрез на своей юбке и смотрит на меня.

Что же делать?

Как быть?

Я чувствую рядом со своим коленом – на полу, что-то…

Это – туфелька! Моё спасение и моё – чудо. Наше – спасение.

…

Вынужденно отпускаю правой рукой свою ношу, и выуживаю из темноты приполья – на свет, чтобы показать ей наше спасение.

Она глядит на свою туфельку и кивает мне в ответ. Да – это правильное решение.

Она будет в состоянии встать на обе ноги, и идти…

Её взгляд, говорит мне – веди меня…

Теперь – твоя очередь.

Как я – вела тебя, так ты – теперь берёшь бразды правления в свои руки.

Веди меня…

Глава 5. Эстроген.