Паутина - "Сфинкс" - Страница 82

Глава 3. Гарри Поттер

Ужас. Страх. Шок.

Он смотрел на Альбуса, мирно гладящего страшного зверя, и был готов кинуться к сыну, но Люпин удержал его.

— Альбус, что ты делаешь? — спокойно спросил Тедди, держа Гарри. И он понял — никаких резких движений. Никакого крика.

— Я успокаиваю собачку, — просто ответил мальчик, даже не повернувшись к взрослым. — Ему больно и страшно. Я хочу ему помочь.

— Ал, подойди сюда, пожалуйста, — Гарри, кажется, даже забыл, что значит дышать.

— Он не хочет, чтобы я уходил, — Альбус погладил волка по спине. Зверь стоял, не шелохнувшись. И тут Гарри понял — сын смотрит прямо в глаза оборотню. Гипноз? Или что-то другое, неизвестное ему? — Он боится.

— Альбус, ты можешь сделать так, чтобы твой… друг перестал бояться? — Тедди и Гарри не смели даже шелохнуться. Было понятно — утрать мальчик зрительный контакт с оборотнем, и тот через миг бросится на ребенка.

— Я пытаюсь, — мальчик почесывал волка за ушами. — Но там есть еще кто-то.

— Еще кто-то? Ал, что ты имеешь в виду?

— Он добрый, он боится. Но там есть еще кто-то.

— Альбус, а ты можешь на минуту оставить твоего друга? — Гарри был как натянутая струна, готовый при малейшей опасности кинуться на защиту сына.

— Нет, — просто ответил мальчик. — Если я уйду, он рассердится снова.

— Снова? — Гарри переглянулся с крестником. Как же им выбраться из этой ситуации?

— Он был зол, но теперь ему просто страшно. Он боится тебя, папа.

— Альбус, я ничего ему не сделаю.

— Он устал… — маленькая ладошка гладит серую шерсть. — Он хочет спать… Он очень устал от всего.

Гарри быстро наставил палочку на волка. Ведь когда оборотень закроет глаза, странный и невероятный контроль его сына прервется.

Волк опустился на живот, следуя за взглядом мальчика. Вот… Сейчас он закроет глаза и… Но Альбус просто поднялся и пошел прочь, а волк остался лежать, мерно дыша.

И тут прямо на глазах зверь стал превращаться в человека. Гарри в прыжке настиг сына и встал между ним и трансформирующимся оборотнем.

— Тедди, уведи его в дом! — Гарри направил палочку на лежащего перед ним человека. Это был стажер Зига, Адамс. — Тед, быстрее! И приведи мракоборцев.

— Папа, а где собака?

— Она убежала, Альбус, — успокаивающе произнес Гарри, не сводя взгляда с начавшего шевелиться Адамса.

Рука Гарри дрожала. Не от страха. Не от нетерпения. От ненависти. От боли. От пережитого ужаса. Пережитого по вине этого… Он хотел напасть на его мальчика, на его сына, он хотел разбить их мир. Снова.

— Гарри, остынь, — Люпин вдруг схватил крестного за плечи. — Иди с сыном. Я останусь. Гарри, слышишь?!

Он услышал. Услышал и словно очнулся. Вынырнул из своей ненависти. И тут же увидел глаза сына. Чистый, невинный взгляд ребенка, остановившего собственную смерть.

— Хорошо, — выдохнул Гарри и пошел, уже не оглядываясь, к Альбусу. Подхватил мальчика на руки и внес в дом, наверное, до боли сжимая худое тело сына. Ведь он мог потерять Ала. Как Джинни. Опять опоздал. Если бы не странный дар Ала, что бы Гарри стал делать? Как бы смог жить, больше не видя этих зеленых глаз?!

— Гарри, что случилось? — мистер Уизли вышел навстречу.

— Я забираю Альбуса. Сейчас придут мракоборцы, там, в саду, есть для них работа, — Гарри так и не отпустил сына, прошел через гостиную, вышел к калитке. Он сразу увидел Зига и махнул коллеге. — В саду оборотень. С ним Люпин, он все расскажет. Мне нужно забрать сына домой.

И тут же трансгрессировал на крыльцо дома Гермионы. Вошел и лишь тогда смог перевести судорожное дыхание. Словно из легких вышел ледяной пар.

Альбус не был напуган. Он улыбнулся отцу и прошел в гостиную, тут же потянулся к вазе с конфетами и начал разворачивать фантик.

Гарри сел с ним рядом.

— Как ты себя чувствуешь, Ал?

— Устал немного, — Альбус засунул конфету в рот и стал размеренно жевать, откинувшись на подушки дивана.

— Сынок, скажи мне, что случилось в саду? Откуда взялась собака? — осторожно начал расспрашивать Альбуса Гарри.

— Не знаю. Мы с Томом играли, я пытался вытащить гнома из норы, а потом появилась эта собака, — Альбус выудил еще одну конфету из вазы.

— И что она делала, эта собака?

— Она хотела броситься на меня… — просто ответил мальчик, вытирая сладкие ладошки в свой свитер.

Гарри не к месту заметил, что одежда на сыне какая-то обносившаяся. На коленке брюк — дырка. Ах, Джинни, Джинни, как же мы без тебя… Завести домашнего эльфа, что ли?

— А ты что сделал?

— Я испугался, — Альбус сел так, чтобы видеть отца, глазки его горели каким-то странным огнем. — А потом я вспомнил, как дедушка сказал, что страху нужно всегда смотреть в глаза, и страх отступит. Ну, я и стал смотреть в глаза собаке. И увидел там много-много всего. Много цветных картинок. И я попросил ее не трогать меня…

— Стой, подожди минуту, Ал, — Гарри помотал головой. — Какой дедушка? Дедушка Артур?

— Нет, — Альбус вернулся в свое обычное рассеянное состояние. — Нет, папа, дедушка из снов.

— Из снов?

— Да. Помнишь, я рассказывал тебе про битву с драконом? Тогда тот дедушка дал мне Друбблс, чтобы я кинул жвачку прямо в пасть, — Ал снова подпрыгнул и как-то восторженно взглянул на отца зелеными глазами. — А еще мы с ним как-то забрались в лавку со сладостями и съели вместе почти бочку леденцов…

— Ал, Ал! Подожди. С кем вы забрались в лавку? Когда? — Гарри казалось, что кто-то из них двоих сошел с ума.

— Ну, я же тебе говорю. С дедушкой из снов. Мы с ним во сне постоянно что-то такое делаем, — Гарри никогда еще прежде не видел сына таким оживленным. — Когда умерла мама, он пришел ко мне и рассказывал про нее. Как она сражалась против злых волшебников, как играла в квиддич, как однажды попала в плен к темному магу, но не сдалась и боролась до конца…

— Альбус, а как выглядит этот дедушка? — Гарри хватал ртом воздух, совершенно не в силах поверить в то, что слышит.

— Ну… как дедушка, — пожал мальчик плечами. — Очень старый дедушка. И он очень добрый. И веселый. И любит лимонные дольки и шоколадных лягушек…

Гарри устало прикрыл глаза, пытаясь понять, что же происходит. Ладно, оставим сны Альбуса для Гермионы, она-то уж поймет, что там за дедушка, хотя он и сам мог предположить, кто же приходит в сны его сына, чтобы драться с драконами с помощью жевательной резинки.

— Хорошо, Альбус, ты посмотрел в глаза собаке и попросил не трогать тебя, — Гарри отвлек сына от очередной конфеты. — Она тебя послушалась, да?

— Ну, наверное. Я видел много-много картинок и чувствовал, что он не хочет уже меня кусать. Потому что он боялся.

— Чего?

— Себя. Он боялся себя и того, что его заставляют делать.

— Как ты это понял, Ал? — Гарри спустился с дивана, присев прямо перед сыном и взяв за плечи.

— Я видел картинки. Я знал, что они значат. Это было так, как однажды во сне…

— Опять во сне? — у Гарри даже упали руки.

— Ну, недавно, несколько раз, дедушка приходил ко мне не один. Он приводил с собой черного человека, — Альбус с невинной улыбкой коснулся шрама на лбу отца, но ничего не сказал. Ему с детства нравилось просто трогать шрам.

— Черного человека? — Гарри сел на полу, облокотившись о столик. Видимо, он закрыл от Ала вазу с конфетами, поскольку сын чуть нахмурился. — И что?

— Этот человек показывал мне картинки и просил их опознавать…

— Какие картинки? — Гарри был уже на грани истерического смеха. Вот это история!

— Не помню. Всякие. Там был страх. И счастье. И боль. И любовь… — Альбус ковырял дырку на коленке. — Черный человек все время хотел уйти, но дедушка не отпускал, заставляя черного человека дальше показывать мне картинки… Потом мы играли этими картинками, переставляли, делили на хорошие и плохие… Это было интересно. И дедушка потом был очень доволен.

— Почему ты не рассказывал мне раньше, Ал? — мягко спросил Гарри, сжимая руку сына.