Гарри Поттер и Обитель Бессмертия - akchiskosan - Страница 181

Война набирала обороты, и ситуация все больше обострялась. В прессе уже не замалчивали этого, тем более, что авроры каждый день сталкивались с Упивающимися смертью. В один прекрасный день на последней странице появился крохотный некролог без фотографии; семья убитого в столкновении малоизвестного преступника посчитала нужным известить о его кончине, что, по мнению Рона и Джинни, было величайшей наглостью.

— Только сочувствовать Упивающимся смертью нам не хватает! — возмутился Рон.

Наиболее охраняемыми объектами стали Косой переулок, Хогсмид, «Хогвартс», Министерство и, неожиданно — маггловские магазины.

— Между прочим, Серый Кардинал с самого начала отслеживал каналы, по которым поступает продовольствие, — сообщила Гермиона после очередной прогулки с Малфоем. — Людей в Ордене не хватало для этой работы, но он, между прочим, уже выяснил, что меры, принимаемые теперь Министерством, вряд ли оправданны. Темный лорд предпочитает сельскохозяйственные продукты. А склады на фермах большие, и очень сложно определить, где понемногу таскают Упивающиеся смертью, а где — кто-то другой.

— Но Кардиналу удавалось это определить? — спросил Гарри.

Гермиона неопределенно пожала плечами.

— Я бы сказала, членам Ордена удавалось кое-кого спугнуть, — сказала она. — Упивающиеся смертью просто переставали наведываться в засвеченные места.

«Это ей Малфой так объяснил?» — подумал Гарри. Во всяком случае, он не помнил, чтобы Перси так изысканно выражался.

Стало бесспорным фактом, что практически все колдуны сменили место жительства, более того, скрывались. Некуда стало ходить в гости, и редко кто теперь получал из дома письма. Исключение составлял Блез Забини, и в отместку за это завистливее соученики за всеми столами одаривали его таким назойливым вниманием, что он терялся и никак не мог прочесть письмо тут же, за столом, спокойно.

— Вряд ли беспокойство мамаши улучшит ему настроение, так что никакой разницы, — мрачно рассудил Рон; они с Джинни, выходя на связь с Орденом, неоднократно просили Люпина, чтобы родители связались с ними. И получилось это только однажды, и миссис Уизли отругала их за то, что они злоупотребляют сигнальными зеркалами.

Глава 32. Из героев в нарушители

Школьные правила, с легкой руки Долорес Амбридж, ужесточались; теперь уже ученикам не позволялось патрулировать коридоры, и инспекционную бригаду впору было распустить за ненадобностью. «Пророк» с каждым днем становился все менее оптимистичным и дошел до того, что стал публиковать интервью с колдунами и ведьмами, которые скрываются.

За нагромождением страхов и предостережений все явственнее маячила тень Темного лорда. Это неимоверно раздражало и злило Гарри.

— Видеть не могу эту гнусную газетенку, — не сдержавшись, фыркнул он на очередной номер «Пророка». — Подразумевают, что Вол… что Лорд непобедим, и при этом хотят воодушевить кого-то!

И, высказавшись, гриффиндорец продолжил свой завтрак.

— Гарри, ты должен быть осторожен, — произнесла Джинни после некоторого молчания.

Гарри едва не подавился, и не только потому, что считал тему исчерпанной на сегодня. Сердито поморщившись и чувствуя, что этого недостаточно, он все же не знал, как бы ей объяснить. Обеспокоенные лица друзей выражались куда более ясно: «Мы знаем, что ты готов на риск, Гарри!», «Но мы предпочли бы, чтобы ты не брал на себя слишком тяжелый груз…». Гарри вспомнился разговор с Нарциссой Малфой в ее доме, тогда она тоже выразила опасения по поводу его благоразумия. А Гарри, будучи готовым встретиться с Волдемортом и противостоять ему, все же отказывался считать себя глупцом, неспособным различить, во что стоит вмешаться, а где надо проявить то хваленое благоразумие, которого в нем, очевидно, не воспитали.

— Я разберусь, — отрезал он, и из принципа доел свой суп, хотя от такой заботы есть расхотелось.

Его предчувствия того, что скоро ему, так или иначе, предстоит действовать, оправдались, когда озабоченный Хагрид поведал друзьям о недавней встрече с Фиренцем. По такому случаю Гарри рискнул и применил заклинание Муффиато, так что сновавшая рядом Долорес Амбридж, очевидно, никак не могла понять, что такое у нее со слухом. (Заклинание сработало неожиданно эффективно. Даже к вечеру Долорес Амбридж все еще не выбралась из больничного крыла).

— Нынче в Лесу повадились рыскать оборотни, — рассказал Хагрид после того, как поздравил Гарри с благополучной доставкой Снейпа в Министерство; судя по тому, насколько неэмоционально он это сделал, любому проходящему мимо можно было понять, что он вовсе не считал профессора виновным. — Такое и раньше бывало, но чтоб так много и такие наглые! Вот, по прошлому вторнику кентавры с ними схлестнулись.

— И что? — выпалили друзья едва ли не хором.

— Отбились, — пожал могучими плечами Хагрид. — Да только скверно все это. Но дела Фиренца пошли в гору. Он всегда говорил, что кентаврам не удастся отсидеться, вздыхая на звезды, а теперь к нему стали прислушиваться, особо кто помоложе.

— Ужас, — вздохнула Гермиона. — И что, жертвы есть?

— Есть, как без того, — помрачнел Хагрид. — У кентавров траур. Нет, если Темный лорд сунется через лес, там его встретят!

Малфою такая перспектива не показалась утешительной. Они с Гарри, пользуясь тем, что профессор Строут, вызвавшая их на консультацию, «в рамках повторения» разрешила попрактиковаться, усердно забрасывали друг друга проклятиями.

— Нет, Серый Кардинал сделает все возможное для того, чтобы кентавры не пострадали, — заявил слизеринец. — И, насколько я знаю, для этого уже кое-что предпринято. Ступефай!

Гарри вовремя собрался и сумел отбить проклятье. Дождавшись, пока он восстановит равновесие, Малфой продолжил.

— Снейп подал им одну информацию, на которую Лорд очень рассчитывает, — сказал Драко. — Каким образом — понятия не имею, но Лорд поверил. Профессор сказал, что есть в лесу место, где кентавры не бывают. Так что, если Лорд решится наступать через Лес, то Упивающиеся смертью, как я теперь понимаю, сунутся непосредственно в логово акромантулов.

Гарри услышал, что хотел, так что Малфою пришлось срочно защищаться.

— Ну, Хагрид! — шепотом воскликнул слизеринец после того, как справился с атакой. — Что хочешь, думай, а притащить в школу гигантского паука — это возмутительно. Миртл считает…

На данном этапе Гарри сразу решил, что дуэли можно придать более интенсивный характер. Мнение Миртл он мог узнать и попозже, а что касается ловушки, расставленной Снейпом, то она была подсказана, по мнению Гарри, Дамблдором или даже самим Хагридом.

Со времени своего героического поступка Гарри не мог не думать о профессоре, и не потому, что о нем время от времени напоминал «Пророк». Пока, впрочем, не сообщалось о его подозрениях относительно «Друбблс», и Гарри, отдавая дань наблюдательности Снейпа, втайне от Невилла считал, что все же это не наиболее полезная информация из того, что он узнал за тот вечер. Ему было теперь очевидно, что Северус Снейп попросту завидовал его матери и тетке, у которых были нормальные, по его мнению, родители, и потому всячески пытался принизить их обеих. Теперь, по прошествии времени, Гарри приходила на ум масса достойных ответов Снейпу, когда тот издевательски называл Петунию «дорогой», а Лили — «старушкой». Временами внутренний диалог так надоедал парню, что он устало спрашивал себя, зачем, в самом деле, ему надо было все это выслушивать.

Слава, вызванная поимкой методично доказывающего свою невиновность профессора Снейпа, померкла довольно скоро. Гарри был скорее рад, что эта история постепенно забывается, и мало что напоминает ему о том вечере.

Разговор со Снейпом повлиял на него сильнее, чем он ждал. Мысли о Сириусе по-прежнему были согреты светлыми воспоминаниями, но теперь гриффиндорец не мог совсем забыть о том, что незнакомая ему девчонка, с которой он, если повезет, никогда не познакомится, по вине крестного осталась без матери. Иногда Гарри думал о том, какая она, и неизменно приходил к выводу о том, что, должно быть, противная, как и ее папаша. Но это абсолютно ничего не решало.