Русские горки. Конец Российского государства - Калюжный Дмитрий Витальевич - Страница 104

Самый большой подарок стране к новому 2000 году сделал Ельцин. В 24 часа по московскому времени 31 декабря 1999 года он объявил о своей отставке. Но на этом «подарок» и кончился: своим преемником (исполняющим обязанности) он назначил В. Путина.

Указ № 1, который подписал и.о. президента России В. Путин, дал Б. Ельцину исключительные привилегии на всю его последующую жизнь. Возможно, это было одним из условий передачи власти; можно даже предположить, что указ сочинял сам Ельцин в окружении домочадцев, и лишь получив под ним подпись будущего «и.о.», объявил о своей отставке. Уж очень беспрецедентен этот указ, он такой, наверное, единственный во всей мировой практике — не всякий даже беспринципный человек согласился бы его подписать!

Ельцин получил пожизненные гарантии неприкосновенности. Его нельзя привлечь к уголовной или административной ответственности, задержать, арестовать, подвергнуть обыску, допросу либо личному досмотру. Причём, неприкосновенность распространяется на занимаемые им жилые и служебные помещения, используемые им транспортные средства, средства связи, принадлежащие ему документы и багаж, на его переписку.

За счёт федерального бюджета ему предоставлено право содержать аппарат помощников, а их число не определено, и нести ответственность за исполнение своих обязанностей они могут только перед бывшим президентом. Для размещения аппарата помощников он может иметь отдельное служебное помещение, оборудованное оргтехникой, с правом подключения ко всем государственным информационным системам и оснащённое правительственной связью.

Указ Путина установил обеспечение государственной охраной не только самого Ельцина, но и членов его семьи, постоянно с ним проживающих или его сопровождающих. Семья Ельцина, даже в случае его смерти, наделялась огромными льготами.

Денежное довольствие Б. Ельцина установлено на уровне 75 % от месячного денежного вознаграждения президента Российской Федерации, что гарантирует постоянную индексацию. Для примера скажем, что пенсия, установленная Горбачёву в декабре 1991 года тем же самым Ельциным, за следующий год была полностью обесценена «шоковой терапией», поскольку не была предусмотрена её индексация.

(Мы понимаем, что Горбачёв живёт вовсе не на пенсию; также ходит много слухов об источниках существования и пенсионера Ельцина, и собственно пенсия там занимает одно из последних мест.)

Отметим, что это — опять указ, а не закон. Опять идёт управление через подзаконные акты. Вспомним Оруэлловский «Скотный двор»: «Все животные равны, но есть более равные». Сколько раз «демократы» уверяли нас, что роман Оруэлла — это критика коммунистического строя. Нет, это он о них, о наших «демократах» писал. Таков дар предвиденья писателя! И кстати, его знаменитый роман «1984» тоже вовсе не об СССР, как нас уверяли, а о современных США.

…На протяжении 1990-х годов шла планомерная сдача всех геополитических интересов России, её исторических и нравственных позиций по всему миру, в том числе на Балканах. В 2003 году последний российский солдат-миротворец покинул край Косово и Метохию. После бомбёжек Югославии в 1999-м руководство НАТО решило; что дело сделано, и теперь только оно будет определять судьбу страны. Однако наши военные в трудных переговорах с американцами смогли договориться о выделении России специального сектора на севере Края, где большинство населения — сербы.

Вслед за этим на роль «главного миротворца» от России был направлен Черномырдин; Ельцин назначил его спецпредставителем по урегулированию ситуации вокруг СРЮ. Черномырдин «отлично» справился с отведённой ему ролью: разъяснил сербам, что Россия не будет ссориться с Западом ради Югославии; дал понять Америке, что Россия намерена покончить конфронтацию с Западом и не будет противостоять планам НАТО. Российских генералов, участвовавших в переговорах, он как глава делегации заставил вернуться к американскому проекту, в котором Россия не участвовала. Если бы не Черномырдин, планы американцев в Косово не осуществились бы.

Но закончилось наше присутствие на Балканах уже при Путине.

В то же время, с уходом Ельцина чеченская кампания, ранее весьма непопулярная и у народа, и у газетчиков, вдруг получила массовую поддержку, а никому не известный третьестепенный чиновник внезапно превратился в сверхпопулярного лидера! Обе перемены, естественно, были довольно тщательно подготовлены на аппаратном и политрекламном уровне; отсюда можно сделать вывод о триумфе политических технологий над общественным мнением. Иначе говоря, специальными манипуляциями мнение народа можно поворачивать куда угодно: демократия становится полностью управляемой, люди превращаются в винтики политтехнологической машины.

Провалы президента Путина

Фамилию нового лидера до сентября 1999 года в стране почти никто не знал, но его роль уже была достаточно хорошо «прописана» в общественном мнении — роль человека, который пообещает стабильность и порядок, благополучие гражданам и престиж стране. И это кажется удивительным, поскольку у В. Путина не было никакой политической биографии, но были скандалы в прошлой деятельности, когда он был чиновником в Санкт-Петербурге.

2000 год стал годом ожидаемой президентской победы Путина. А ведь он честно говорил перед выборами, что у него нет никакой программы. И действительно, он предлагал одни лишь лозунги: «наведение порядка», «равная отдалённость олигархов от власти», «диктатура закона» и т. д. Но давайте вспомним, что говорили первые реформаторы, так лет за десять до него: «стабилизация», «правовое государство» — в чём разница между ними и Путиным?

…Наша книга — не учебник истории, а если учебник, то необычный. Мы здесь показываем на примерах, каков он, путь нашей страны во времени — «русские горки». Пытаясь жить, как прочие страны, Россия отстаёт от них, поскольку в силу природных условий проживание на нашей территории существенно затратнее, чем, например, в Западной Европе. Постепенно оформляется желание соседей помыкать ею. Когда близкое геополитическое поражение, с потерей своего статуса, становится очевидным, через единение народа и власти, огромными трудами совершается могучий рывок.

Всегда, когда такое происходило в нашем прошлом, высшему руководителю приходилось «прижимать» элиту. Без элиты никак нельзя, но она у нас имеет такую особенность: без твёрдой руки над собою в первую очередь думает о своём кармане, а во вторую (если не в десятую) — об интересах страны и народа. В период мобилизационной подготовки к рывку и во время его свершения значение «царя» в том, что он формулирует, пусть и не явным образом, цель движения и заставляет всех работать на достижение цели.

И в этом — причина неизбывного доверия народа первому лицу государства. Элита может с ним цапаться сколько угодно — народ поддерживает «царя». Правда, до тех пор, пока он не проявляет свою слабость по отношению к элите. Горбачёв явственно поддался элите, и через пять лет не набрал на выборах даже 1 % голосов. А Ельцин — виновник нашего поражения, развала Великой России (СССР) — валял дурака, пьянствовал, позорился за границей, но в отношении элиты показывал себя жёстким руководителем.

Это была ложь, он был жёстким ради себя, а не страны, но для очень многих этого оказалось достаточным, чтобы в 2000-м году проголосовать за названное им лицо, Путина.

Общественное мнение достаточно инерционно, что, собственно, и позволяет манипулировать им. Избранный фаворит в подаче СМИ наделяется непогрешимостью, и если это долго повторять, то ему ещё дольше прощают многие ошибки и промахи. Так было с Ельциным в начале его общероссийской карьеры (1989–1991 гг.), сейчас так с В. Путиным. И это притом, что он не решает никаких проблем страны, а просто говорит «правильные», но пустые речи, и много путешествует по миру и стране. В этом он напоминает Горбачёва.

Кстати, интересно, что во весь прошедший от Горбачёва до Путина период наш консервативный и терпеливый народ нёс лишения без всякой пользы стране (в отличие от первых пятилеток и Великой Отечественной войны). Не устраивал погромов, восстаний и прочей вооружённой борьбы с режимом. Это лишнее подтверждение тому, что если бы не инициатива элиты, он и в 1918 году вполне мог обойтись без навязанной ему Гражданской войны.