Марки королевы Виктории - Мейтланд Барри - Страница 69

– О Боже!

– Да, это довольно далеко, Кэти.

– Я в курсе.

– Желаю удачи. Она вам понадобится.

– И вам удачи, Брен. Увидимся, когда вернетесь из-за границы.

Кэти прошла в спальню, где сквозь шторы проглядывала полная луна, бросилась на узкую постель и забылась лихорадочным, беспокойным сном. В сновидениях ей являлись странные сказочные существа или уроды, словно сошедшие с полотен Иеронима Босха. Перед ее мысленным взором предстали китайский филателист, принцесса с отрезанной головой, Рафаэль и Чудовище, а также хитрый жулик и манипулятор Брок. Все эти невероятные образы кружились перед ней в жутком сюрреалистическом калейдоскопе. Одна часть ее сознания, практическая и склонная к скепсису, говорила, что эти фантастические персонажи не могут существовать в реальном мире, но другая его часть, не менее важная и деятельная, напоминала, что она видела отрезанную голову Евы собственными глазами и слышала слова Брока, прогонявшего ее, Кэти, от себя, собственными ушами.

14

Плохая игра

Кэти поднялась рано – по ее мнению, слишком рано – и сразу же отправилась на поиски Брока. Пребывая в состоянии возбуждения и нетерпения, она набросала на листке бумаги план действий, потом поджарила себе на завтрак тосты и позвонила дежурному офицеру в Центральный архив.

Получасом позже она уже стояла перед нужным ей зданием. Дом, построенный в середине тридцатых годов, казался неухоженным. Не возникало сомнений, что в течение последних десяти лет его не ремонтировали. Металлическая доска интеркома с кнопками и номерами апартаментов была вырвана из двери с мясом и валялась на нижней ступени лестницы. Главная дверь оказалась приоткрыта. Кэти вошла в подъезд, поднялась на первый этаж, нашла нужную дверь и позвонила. На звонок никто не вышел. Кэти повторила попытку – снова безуспешно. Она уже собиралась уходить, как вдруг дверь на противоположной стороне лестничной площадки отворилась и из нее вышел молодой человек в мотоциклетном шлеме яркой расцветки.

– Он дома, – пробормотал парень, проходя мимо нее. – Всего полчаса как вернулся.

Кэти кивком поблагодарила его и с удвоенной силой стала жать на кнопку звонка. Громкий звук зуммера в прихожей слышался даже сквозь закрытую дверь.

Примерно через минуту дверь распахнулась и в дверном проеме возникло рыхлое, с голыми босыми ногами существо мужского пола, облаченное в футболку и боксерские трусы.

– Кто это тут названивает, что б вас черти… – Он замолчал, не закончив фразы, моргнул и в удивлении уставился на Кэти. Выглядел он ужасно: глаза у него были красные, серое лицо поросло неопрятной щетиной, а волосы на голове торчали в разные стороны.

– Доброе утро, мистер Уилкс. Помните меня? Я сержант Колла. Занималась вместе с другими членами следственной группы расследованием дела Евы Старлинг.

– О Господи… как же, помню… Что случилось?

– Извините за беспокойство, но мне необходимо кое-что проверить. Я могу войти?

– Войти?.. – протянул Уилкс, надавливая поочередно указательным и большим пальцами правой руки на свои красные припухшие глаза. Он нетвердо стоял на ногах и, чтобы сохранить равновесие, вынужден был ухватиться левой рукой за дверной косяк. – А который, собственно, час?

– Шесть тридцать, – с готовностью сообщила Кэти.

– Утра? Вот дьявольщина! Только что уснул, а вы меня разбудили. А я, между прочим, всю ночь работал…

– Еще раз прошу меня простить. Я-то думала, что мне удастся вас перехватить перед выходом на работу… Хотите, чтобы я ушла?

– Что? Ну нет. Я ведь уже проснулся, не так ли? Заходите, коль пришли…

Он отлепился от двери и побрел в глубь квартиры. Кэти последовала за ним, прикрыв за собой дверь.

В квартире было темно, хоть глаз выколи. Он подошел к окну и раздернул шторы. Яркий солнечный свет хлынул в комнату, осветив разобранную постель, в беспорядке разбросанную по стульям одежду и обшарпанную мебель.

– Не обращайте внимания, – пробормотал он, зевая и почесываясь. – В настоящий момент я, что называется, живу на два дома.

Кэти ничего не имела против беспорядка, но ее смущал запах несвежего влажного белья и неухоженной немытой плоти. Вонь была такой сильной, что Кэти первым делом направилась к окну.

– Не возражаете?..

Он пожал плечами, взял со стола початую бутылку молока и стал пить, пока она отодвигала щеколду и открывала окно. В комнату ворвались звуки уличного движения.

– Вы о Еве пришли поговорить, не так ли? – сказал Уилкс хриплым голосом. Допив молоко, он отставил бутылку и опустился на стул, заваленный смятой одеждой. – Читал об этом в газетах. Жуткое дело… Как, интересно, перенес все это старина Сэмми?

– Когда вы с ним в последний раз разговаривали?

– Неделю назад. По телефону. Когда он попросил меня разыскать Еву. Я уже вам об этом докладывал.

Потом он заметил проступившее на лице Кэти странное выражение, что-то себе уяснил и стал медленно подниматься со стула.

– С ним что-то случилось? Он сбежал, да?

Кэти согласно кивнула.

– Нам необходимо срочно с ним переговорить. Если он с вами свяжется, сразу же дайте нам знать. Вот вам номер моего телефона.

– Понятно. Сделаем… – Уилкс явно был встревожен.

– Вы должны хорошо его знать, ведь вы работали на него много лет.

– Ну, друзьями мы с ним никогда не были. Он звонил нам, когда нуждался в информации или хотел, чтобы мы сделали для него какую-то работу.

– Вы помогали ему в период его знакомства с Евой, не так ли? Насколько я знаю, вы ездили в Португалию по его поручению. Это правда?

– Это уже такая древняя история…

– Пусть. Расскажите мне об этом.

– Ох!.. – Уилкс широко зевнул. – У Сэмми имелся в Португалии какой-то бизнес, связанный с развитием территории, и ему требовалась информация о некоторых местных жителях. Вот он и послал меня в Португалию, с тем чтобы я вокруг них покопал.

– Вы говорите по-португальски?

– Нет. Но я работал на пару с одним местным парнем. Он хорошо говорил по-английски.

– И что же вы там накопали?

– Сэмми особенно интересовался одним стариканом и его дочерью, которые были клиентами его приятелей. Дело было не особенно сложное – я изыскания в сфере финансов имею в виду. Эта семья когда-то была очень богата, но разорилась и ценность представлял лишь старый дом с участком, на который, собственно, Сэмми и его партнеры и нацеливались.

– А как насчет Евы? Сэмми просил вас выяснить ее подноготную?

Уилкс хитро улыбнулся:

– Что ж, можно и так сказать. Дело в том, что за ней числились-таки кое-какие грешки. Но разузнать о них, к примеру, через Интерпол не представлялось возможным. У ее папаши имелся ушлый адвокат, которому удалось это дело замять. Кажется, оно касалось употребления наркотиков в подростковом возрасте. Должен вам заметить, Ева являлась постоянным источником беспокойства для папаши и тетушки.

– Тетушки?

– Ну да. Марианны. Она называла ее тетушкой Марианной. Эта женщина в каком-то смысле заменила ей мать. Ну так вот: они с папашей очень хотели выдать ее замуж за какого-нибудь добропорядочного парня с деньгами.

– Это понятно. Но ведь не за шестидесятилетнего мужчину, не так ли? Не было, что ли, в Альгарве богатых молодых людей? Ведь Ева была очень привлекательной девушкой.

– Несомненно. Она разбила множество мужских сердец. Но дело в том, что она выбирала не тех парней, которые могли бы понравиться ее старику. Она водила дружбу почти исключительно с плохими мальчиками, и со временем за ней закрепилась определенная репутация.

– Продолжайте. – Кэти сняла влажное полотенце со спинки стула напротив и присела.

– Короче, ее репутация не отпугнула одного только Сэмми. Так он ее хотел. Ну а она, как мне кажется, мечтала убраться из отчего дома. Возможно, идея уехать в Лондон с богатым и любящим стариком мужем казалась ей не такой уж плохой. Но даже при таком раскладе, – Уилкс продолжал рассказывать и, казалось, получал от этого все большее удовольствие, – ее папаша и слышать об этом не хотел, по крайней мере поначалу. Он, видите ли, человек принципов, джентльмен старой закалки. Он никак не мог примириться с мыслью, что его дочь выйдет замуж за такого парня, как Сэмми.