Последнее Правило Волшебника, или Исповедница. Книга 1 - Гудкайнд Терри - Страница 83

Один из людей, стройный, одетый в простую тунику из ткани темного цвета, обменялся взглядами со своими товарищами, затем подошел чуть ближе к краю со своей стороны.

– Его превосходительство император Джегань направил меня с посланием к народу Д’Хары.

Натан оглядел остальных, стоявших позади него.

– Ну, я Лорд Рал, так что я говорю за народ Д’Хары. Что за послание?

Верна подвинулась, становясь рядом с пророком.

Посланец выглядел явно недоумевающим.

– Ты не Лорд Рал.

Натан посмотрел на человека по ту сторону рва хмурым взглядом Рала.

– Уж не хочешь ли ты, чтобы я вызвал магический ветер и смахнул тебя с этой дороги? Это решит дело к твоему удовлетворению?

Люди, стоящие по другую сторону, украдкой бросили взгляд в пропасть.

– Это всего лишь потому, что мы ожидали увидеть здесь другого человека, – заявил посланец.

– Ну, так я Лорд Рал, так что я тот, кто вам нужен. Если у вас есть что сказать, тогда скажите, в противном случае я занят и меня ждут дела. У нас сейчас банкет.

Человек наконец слегка поклонился.

– Император Джегань готов сделать великодушное предложение всем, находящимся в Народном Дворце.

– И что это за предложение?

– У его превосходительства нет никакого желания уничтожать дворец или его обитателей. Мирная сдача дворца – и вам будет позволено жить. Отказ от сдачи – и каждый во дворце умрет медленной мучительной смертью. Тела будут сброшены со стен в долину внизу, где ими будут питаться стервятники.

– Волшебный огонь, – едва слышно сказала Кара.

Натан нахмурился и спросил через плечо:

– Что?

– Твое могущество усилено этим местом. Их сила, если они обладают даром, не будет здесь достаточной, так что их щиты будут малоэффективны. Ты можешь сжечь дотла немалое их число прямо отсюда.

Натан сделал величественный жест в сторону тех, что стояли по другую сторону.

– Мы ненадолго прервемся?

Человек снисходительно наклонил голову.

Натан отвел Кару и Верну вверх по дороге, туда, где остались стоять Эди и несколько морд-ситов вместе с эскортом солдат.

– Я согласна с Карой, – заявила Верна, прежде чем пророк успел что-либо сказать. – Дай им ответ в том единственном стиле, который понимает Орден.

Густые брови Натана опустились, нависая над его голубыми глазами.

– Не думаю, что это подходящая идея.

Кара сложила руки.

– Почему нет?

– Джегань, скорее всего, наблюдает за нашей реакцией глазами этих самых людей, – сказала Верна. – Я согласна с Карой. Нам следует продемонстрировать ему нашу силу.

Натан нахмурился.

– Удивляюсь тебе, Верна. – Затем вежливо улыбнулся Каре: – Однако не удивлен твоим мнением, моя дорогая.

– Почему это ты удивлен? – спросила Верна.

– Потому что поступить так будет неправильно. Обычно ты не давала столь скверных советов.

Верна сдержала свои эмоции. Сейчас было не время пускаться в жаркие нотации и споры – особенно перед глазами Джеганя. Она припомнила очень живо и четко еще и то, как большую часть своей жизни считала, что пророк – сумасшедший. Она вовсе не уверена, что ее суждение было неверным. Еще из прошлого опыта она знала, что спорить с Натаном подобно попыткам изменить привычный ход солнца.

– Ты не можешь всерьез обсуждать сдачу дворца, – сказала она негромко, чтобы по ту сторону рва ее не могли услышать.

Натан сделал недовольное лицо.

– Разумеется, нет. Но это не означает, что мы должны убивать их за такое предложение.

– Почему нет? – Кара развернула в руке эйджил, наклоняясь в сторону пророка. – Я, например, считаю, что убивать их – вполне замечательная идея.

– Ну а я так не считаю, – в раздражении сказал Натан. – Если я сожгу их, это будет ответом Джеганю, что у нас нет намерения обсуждать его предложение.

Верна сдержала свою ярость.

– Так у нас и нет намерения.

Натан обратил к ней озабоченный взгляд.

– Если мы скажем им, что у нас нет намерений обсуждать их предложение, тогда все переговоры закончатся.

– Да нам и незачем вести переговоры, – сказала Верна с возрастающим раздражением.

– Но не следует говорить об этом им, – пояснил Натан с преувеличенной осторожностью.

Верна выпрямилась и, приглаживая волосы, воспользовалась моментом, чтобы сделать глубокий вдох.

– И какая же цель того, чтобы не говорить им, что мы не намерены всерьез обсуждать их предложение?

– Чтобы выиграть время, – сказал Натан. – Если я сброшу их с этой дороги, Джегань тут же получит нужный ему ответ, разве не так? Но, приняв предложение для обдумывания, мы можем затягивать переговоры.

– Не может быть никаких переговоров, – сквозь стиснутые зубы сказала Верна.

– С какой целью? – спросила Кара, не обращая внимания на Верну. – Ради чего нам может быть нужна подобная вещь?

Натан пожал плечами, будто это слишком очевидно и все они просто идиоты, не желающие видеть.

– Меньшая спешка. Они знают, какое сложное это дело – захватить дворец. С каждым футом подъема их пандуса строительство его становится все труднее. Это запросто может занять у них всю зиму, а то и дольше. Джегань не может ожидать, что такая большая армия высидит в равнинах Азрита всю зиму. Они находятся очень далеко от дома и от центров снабжения. Он может потерять всю армию либо от голода, либо от смертельных болезней, и с чем он тогда будет?

Если они думают, что целесообразно обсуждать с нами сдачу дворца, значит, допускают мысль, что им удастся захватить дворец таким способом. Добровольная сдача дворца нами способна решить их проблемы. Но если они буду уверены, что нет другого пути, как силой выгонять нас из дворца, тогда обратят все свои усилия исключительно к этому способу. Зачем подталкивать их к этому?

Верна скривила рот.

– Пожалуй, в этом есть некоторый смысл. – Когда Натан улыбнулся, отмечая небольшой триумф, она добавила: – Некоторый, очень небольшой.

– А я вовсе не уверена, что есть, – заметила Кара.

Натан развел руками.

– Зачем отказывать им? Ведь таким образом мы ничего не добьемся. Лучше поддерживать их в состоянии неопределенности, сохранять в них надежду на то, что, может быть, мы откажемся от борьбы. Ведь уже многие города сдались им, и им кажется вполне вероятной возможностью, что и мы можем поступить так же. Если они будут думать, что есть шанс, что мы можем сдать дворец, эта мысль будет удерживать их от того, чтобы полностью посвятить себя идее строительства их пандуса и штурма дворца.

– Должна признать, – сказала Кара, – есть определенная польза в том, чтобы водить людей за нос, с тем чтобы они теряли время в ожидании ответа, который действительно хотят услышать.

Наконец и Верна согласно кивнула ему.

– Полагаю, что сейчас не вредно позволить им питать надежду.

Покончив с проблемой разногласий, Натан потер руки.

– Я скажу им, что мы вынесем их предложение на общее обсуждение.

Верна раздумывала над тем, нет ли у Натана другой причины для заявления, что полученное предложение будет рассмотрено? Ей было интересно, не мог ли он действительно рассматривать возможность сдачи дворца? В то время как у Верны не было никаких иллюзий относительно того, что Джегань вовсе не сдержит свое слово не трогать тех, кто находится во дворце, если они решаться сдать его, ее не оставляла мысль, не задумал ли Натан тайную подготовку собственной сделки-капитуляции. Сделки, которая оставит его в качестве Лорда Рала побежденного народа Д’Хары под властью Имперского Ордена.

В конце концов, когда война закончится, Джеганю будет нужно, чтобы кто-то управлял обширными завоеванными землями.

Она думала о том, способен ли Натан на подобное предательство?

Она думала о том, насколько могло разрастись его чувство обиды за почти пожизненное заключение во Дворце Пророков, причем не за преступление, а всего лишь за то, на что, по мнению сестер Света, он был способен. Мог ли он задумать месть? – вот что не давало ей покоя.