Преступление по-китайски - Лондон Мэри - Страница 25

И тут вдруг она с вызывающим видом произнесла:

— Я не убивала Брайана!

Сэр Айвори встал и, не сказав ни слова, откланялся. Будь здесь Форбс, красавица китаянка сей же вечер оказалась бы за решеткой.

Тьма сгустилась. Сэр Малькольм быстрым шагом направился к пивной в конце Сэквил-стрит. Он заказал пунш и стал наблюдать за игроками в дротики. И тут его осенила мысль — одна из тех внезапных мыслей, которые обычно приходили ему в голову, когда там накапливалось достаточно сведений, чтобы истина могла вдруг предстать перед ним во всей своей простоте.

Он купил несколько жетонов, пролистал телефонный справочник и позвонил в Чилтерн-Хилс лейтенанту Джеррольду. Лейтенанта на месте не оказалось, но его помощник сообщил сэру Айвори все необходимое. Потом он позвонил по телефону, который только что узнал, и минут десять разговаривал с очередным собеседником. То, что сэр Малькольм от него узнал, похоже, удовлетворило его, поскольку, выйдя из этой пивной, он отправился в другую — «Бомбей» на Кортфилд-роуд, куда захаживал ужинать каждый раз, когда его голова освобождалась от тягостных раздумий.

Он заказал себе ягненка под йогуртовым соусом, известным у индусов под названием «ласси». Подобные ужины напоминали ему о былых странствиях, возвращая во времена давней молодости. Не то чтобы с годами его охватывала тоска по прошлому, просто, когда в Лондон приходила зима, ему нравилось предаваться воспоминаниям о знойных днях, предшествовавших муссонным ливням. Жестокая природа казалась ему намного человечнее, чем люди, привыкшие прятаться за лицемерной личиной цивилизации, хотя та же природа готова в любой миг явить всю свою силу, куда более грозную, чем любая внезапная перемена человеческого настроения.

Часов в десять вечера он вернулся в свою квартиру на Уордор-стрит и подумал о госпоже Пиквик, дожидавшейся его в просторном Фальконе: старушка, наверное, сидит там и боится, как бы он не ровён час не наткнулся на жестоких бандитов, которые убьют, глазом не моргнув. Сэр Айвори подошел к бару в «мыслительной комнате», достал бутылку «Макаллана» двенадцатилетней выдержки с легким привкусом меда и хереса и плеснул в стакан немного «Типперари», знаменитой ирландской содовой, якобы улучшающей кровообращение. Засим он взял роман Конрада и устроился поудобнее в кресле-качалке, дабы спокойно насладиться последними мгновениями вечера, проведенного с большим толком.

Однако внезапно затрещавший телефон разом вывел сэра Айвори из блаженного состояния. Звонил старший инспектор. Он кричал прямо в трубку:

— Сэр Малькольм! Наконец-то я вас нашел! В замке снова беда! Госпожа Джейн Уоллес…

— Возьмите себя в руки, Дуглас.

— На нее напали. Она ни жива ни мертва. Какой ужас!..

— Что случилось, Дуглас?

— Мелвилл обнаружил, что госпожа Уоллес лежит в постели и не дышит. И брови у нее — хотите верьте, хотите нет — выкрашены красной краской!

Глава 17

Полицейская машина ждала сэра Айвори у дверей его дома. Старший инспектор Форбс всю дорогу проклинал столь неожиданный поворот дела, который снова взбудоражит газетчиков и, главное, разозлит королевского советника. А сэр Малькольм меж тем почти все время молчал и думал о своем.

Когда они прибыли в Чилтерн-Граунд, все окна в левом крыле замка были освещены. У подъезда их встречал лейтенант Финдли. Он был сильно взволнован.

— Это Чжан!

— Что вы имеете в виду? — спросил сэр Айвори.

— Чжан напал на госпожу Уоллес, а значит, он же убил и Брайана.

— Ладно-ладно. Давайте-ка успокоимся. Приведите Джеймса Мелвилла. Допросим его в будуаре на первом этаже.

— Вы не хотите повидать госпожу Уоллес? — сильно удивившись, спросил лейтенант.

— Позже.

— Так или иначе, я оставил Чжана на веранде под надзором лейтенанта Джеррольда, — прибавил Финдли, уверенный, что поступил правильно.

Пока он быстро поднимался по белой мраморной лестнице, ведущей на верхние этажи, Форбс с сэром Айвори прошли в будуар.

— Ну, что вы обо всем этом думаете? — спросил старший инспектор.

— Ваш Финдли слишком торопится с выводами.

— Но кто же еще, кроме китайца, мог напасть на бедную женщину? А брови в красной краске — может, в этом есть какой-то смысл?

— Безусловно. Все тот же.

— Как это?

— Арбалет, восемь ценностей, намеки Мелвилла на Триаду и теперь вот красные брови…

— Простите, сэр, но я ничего не понимаю.

Вошел Джеймс Мелвилл. Он как всегда негодовал. Его одутловатое лицо было налито кровью.

— Какой стыд! Это вы в ответе за новое покушение! Оставить Чжана на свободе! Он же чуть не убил Джейн!

— Успокойтесь, господин Мелвилл, и прошу, расскажите, как все было, — велел Форбс тоном, не терпящим возражений.

— Чжан чуть не задушил Джейн. Она в ужасном состоянии.

— Давайте с самого начала, — попросил старший инспектор. — Где вы были, когда все случилось?

— А вам-то что?

— Отвечайте! — выйдя из себя, гаркнул Форбс.

Мелвилл угомонился и сел.

— Часов в семь вечера мы с Джейн сели обедать наедине. Она то и дело твердила о Чжане, говорила, это он убил ее сына. Я настаивал, чтобы она хоть немного поела, но она так ни к чему не притронулась.

— Вам прислуживал Чжан? — спросил сэр Айвори.

— Нет, конечно! Джейн потребовала, чтобы стол накрыла госпожа Барнетт, кухарка. Она боялась Чжана. Словно чувствовала, что может случиться.

— А после обеда?

— Я проводил Джейн в ее комнату и почти сразу же ушел. Она хотела побыть одна. Я спустился в гостиную и сел читать газеты. Они все пишут, что Брайана убил Чжан, а вы в Скотланд-Ярде…

Сэр Малькольм его прервал:

— Что произошло потом и в котором часу?

— Наверно, еще не было девяти…

— Сколько прошло времени после того, как вы оставили госпожу Уоллес одну в ее комнате?

— Около часа, думаю.

— Дальше.

— Ну так вот, стояла тишина, и тут вдруг послышался какой-то звук, прямо не знаю, как объяснить… После убийства Брайана мы все на нервах, понимаете?

— Что за звук?

— О, я только потом узнал, что это было. Чжан, когда убегал, после того как совершил новое злодеяние, должно быть, задел доспехи на лестничной площадке третьего этажа. Они зашатались и рухнули прямо на лестницу.

— А вы говорите «какой-то звук», — заметил Форбс. — Это же настоящий грохот, не так ли?

— Дверь в гостиную была закрыта. А толстые стены заглушают звуки.

— Бог с ними, со звуками, — проговорил сэр Айвори. — Что потом?

— Я пошел поглядеть, что это за шум, и тут увидел на ступеньке часть доспехов — шлем, он скатился вниз.

— Как в «Замке Тренте»… — обронил сэр Малькольм.

— Что вы сказали? — спросил Форбс.

— В начале романа Хораса Уоллеса, предка Брайана, во двор замка тоже падает шлем. Впрочем, не берите в голову. Это из литературы. А вы, Мелвилл, продолжайте.

— Так вот, поднимаюсь я, значит, на третий этаж и вдруг слышу — Джейн кричит, вернее, хрипит. Я прямо к ней — дверь в комнату открыта настежь. Джейн на кровати, постель вся скомкана. Джейн явно отбивалась, когда на нее напали. Почти в бессознательном состоянии она повторяла: «Чжан. Это Чжан». Потом она совсем лишилась чувств. Шею ей все еще стягивала веревка, которой Чжан пытался ее задушить. И тут я глянул на ее брови. Они были в ярко-красной краске. Кто-то раскрасил их словно в насмешку над моей бедной Джейн… Этого Чжана повесить мало!

— Разделяю ваши чувства, — с искренним возмущением сказал Форбс.

— А дальше? Что было дальше? — спросил сэр Айвори.

— Дальше? Сперва я развязал веревку, потом попробовал привести Джейн в чувство — спрыснул ей лицо одеколоном, но все без толку, тогда я кинулся вниз, на первый этаж, и позвонил доктору Стилу, семейному врачу, а после — в полицию.

— Дальше.

— Я побежал обратно к Джейн. Она все еще была без сознания. Потом тело у нее стало подрагивать. И тут она застонала. Это было ужасно. А через полчаса появился доктор Стил. Он и сейчас там, у ее постели.