Охотники Смерти или Сказка о настоящей Верности - Морган Джезебел - Страница 5

С трудом встаю. В ладони всё ещё крепко сжат стилет. Под моим взглядом его лезвие начинает плавиться и таять, уменьшаясь до первоначальных размеров. Равнодушно убираю кинжал в ножны. Интуиция подсказывает, что неприятности ещё не закончились. Что ж приятно осознавать, что хоть интуиция моя бывает права.

Кир поднимает руку и указывает на приближающихся людей. Оглядываюсь.

Около десятка гвардейцев, половина из которых – лучники. И они держат нас на прицеле. Но что хуже всего – позади них идёт человек в белой рясе и от него веет силой настолько чуждой нам, что нечего и думать о колдовстве.

Ко мне подбегает удивлённая химера, доверчиво тычется козлиным носом в ладонь. Она не понимает, что мы не можем сейчас лететь. Не удержимся, свалимся от истощения и слабости. И не думаю, что мы успеем взлететь высоко, прежде чем по нам выстрелят. Спокойно, как-то отрешённо смотрю на приближающихся людей. Кир совершенно равнодушен. Я же едва сдерживаю полыхающую льдом ярость – самодовольная улыбка мага действует на меня, как провоцирующий «Зов Крови» на нежить – хочется наброситься и голыми руками вырвать горло, почувствовать на языке металлический вкус крови, увидеть в его глазах медленное угасание жизни и насладиться этим моментом, как изысканнейшим из вин…

Кир переводит на меня страшный, немигающий взгляд. Еле шевелит губами, его шёпот я различаю с трудом.

– Дикая… не оправдывай своё имя…

Разъярённо прищуриваюсь. Ненавижу следовать чужим указаниям! Но глас разума я никогда не игнорирую – так легко встретить Старших немного раньше, чем планировала. Скрещиваю на груди руки, иронично приподнимая брови, смотрю на Сына Ночи. Я же не самоубийца, llet'lenne!

Они молча подходят, самоуверенно скалясь… но за их показушной бравадой прячется звериный, необоснованный страх. Он так сладок, им так легко воспользоваться… Если бы мы ещё не были столь ослаблены… Маг стоит поодаль и молча наблюдает за нами, внимательно вглядывается в наши опустошённые лица. Я вижу в его глазах злорадство, он упивается своей властью. Не сомневаюсь, что он прекрасно знает, кто мы. У нас были слишком громкие имена, чтобы их забыли за пять кругов. Много кто мечтал убить нас, никому это не удавалось… Презрительно кривлю губы в злой ухмылке. Всему приходит конец. Главное, встретить его достойно.

– Благородная госпожа, – с издевательским полупоклоном маг изысканно целует мне руку. Брезгливо морщусь, а в следующий момент на запястье защёлкивается тонкий браслет из зачарованного ienmell. Золотым багрянцем вспыхивают руны, блокируя мою силу. Этого и следовало ожидать. Киру скрутили руки за спиной и завязали глаза. Маг, внимательно осмотрев его и проверив крепость узлов на верёвках, которыми его опутали для надёжности, важно кивает. Насупившись, я обиженно размышляю, что меня не сочли опасной, недооценили. Вспыхивает детская обида, и самомнение шепчет «ну ничего… мы им ещё покажем серебряный свет…»

Один из воинов взваливает спеленутого Сына Ночи на плечо, другой пытается изловить грифона и химеру. Флегматично любуюсь на небольшой живой костерок. Самой темпераментным у химеры всегда была драконья голова, обидевшаяся на людей, пленивших хозяйку. Лучники теперь выцеливают две безмозглые головы моей спутницы. Тихим свистом подзываю к себе животных, даже грифон успокаивается и подходит, недоверчиво помахивая крыльями. Осторожно касаюсь его головы, взглядом прошу следовать за мной. Химера неподвижно стоит рядом.

Маг высокомерно смотрит на меня. Я приподнимаю брови, предлагая ему высказаться, но он отворачивается и очерчивает перед собой круг. Ехидно фыркаю, выражая своё сомнение в том, что его портал дотянет всех нас замка. Но ему и не нужно всех. В арку попадают только он, воин, держащий Кира, я и наши верховые животные. Ммм.. а их-то зачем?

Нас ждали. В тронном зале всё осталось по-прежнему, как мне запомнилось на всю свою жизнь. Даже Среброволосый Милорд ничуть не изменился за прошедшие семнадцать кругов. Кроме него в зале присутствуют около десятка охранников и его верный каудильо[8], идальго Кероанн. Закрыв арку портала, маг спешит занять своё место по правую руку гранда. Милорд внимательно выслушал, что ему сочли нужным рассказать – я не сомневалась и не сомневаюсь, что от лиц грандов давно правят маги в белых рясах. Милорд усмехается и приветливо мне кивает. Я отвечаю высокомерным взглядом.

Мужчина тихо смеётся. Я удивлённо смотрю на него, неужели его рассудок помутился? Впрочем, этого и следовало ожидать от магов… Милорд внезапно обрывает смех и нахмурившись обращается к окружающим его людям:

– Лорды, перед вами дама! Поприветствуйте её, как положено по этикету! – и уже тише, с усмешкой добавляет, – Тем более, это последнее оказанное ей почтение, на которое она может рассчитывать…

Согласно киваю. Я уже около пяти кругов вне закона. Так же как и Кир. Так же, как и выжившие представители других колдовских кланов.

Младшие лорды послушно встают и кланяются мне. Хотя, «кланяются» громко сказано. Холодные кивки, в которых нет ни крохи уважения. Я снова начинаю злиться. Если сейчас я всего лишь преступница, то в прошлом я была гораздо выше их всех в иерархии!

Надо успокоится. Ключевое слово «в прошлом». Пора научиться жить настоящим, Дикая. С тобой уже никогда не будут церемониться.

По знаку Милорда мне приносят кресло. В насмешку – старое, пыльное и с дырявой обивкой в засохших бурых пятнах. Я не брезгливая, сажусь. Чинно складываю на коленях руки, всем своим видом выражаю готовность внимательно и вежливо выслушать всё, что мне скажут, даже если это будет смертный приговор. Старательно излучаю миролюбие и спокойствие, даже мысленно стараюсь не шипеть от ноющей боли в медленно заживающей ране.

Кира бросают на пол рядом. Я старательно не смотрю в его сторону, зная, что этого от меня и ждут.

Молчание затягивается, улыбка Милорда превращается в дикий оскал околевшего волка. Я решаюсь заговорить первой.

– Чем обязаны такой чести, Мой Лорд?

Церемониальное обращение к своему сюзерену. Он довольно кивает, но глаза его остаются по-прежнему далёкими и холодными. Когда-то они завораживали меня. Снились ночами, и я была уверена, что само солнце отдало свой свет его глазам. Серебристая сталь глаз, снежный блеск волос… Было время, когда я верила, что он – воплощение верховного божества, снизошедшего на нашу негостеприимную землю. И была уверена, что божество выбрало лучшее воплощение, так на него похожее – тело прекраснейшего из смертных, разум жесточайшего из грандов. Теперь я вижу только мёртвого человека, марионетку в руках магов. Но он всё равно остаётся хищником, самым опасным для меня… ведь я никогда не смогу с ним сражаться, пусть даже за свою жизнь. Просто не захочу.

– Вы ничем не обязаны. Эта честь тебе, моя девочка.

Закрываю глаза. Серебряный свет, только не сейчас… я не должна проявлять слабостей, вспомнить можно будет и по дороге на виселицу…

Подчиняясь его властному кивку, младшие лорды покидают зал. Охранники мнутся у самых дверей, нерешительно поглядывая на мага.

– Гранд, это опасно, – властным голосом произносит маг. Милорд покорно кивает, на миг в его глазах проскальзывает тупая обречённость. Он переводит пустой взгляд на меня и сталкивается с отражением собственных глаз. Ледяное серебро солнца, горящее ярче Ночных Светлячков… Он с усилием смаргивает и упрямо качает головой. Маг настороженно приглядывается, ещё не веря в случившееся. Понимает. Очень медленно поворачивается ко мне, его лицо – застывшая маска ненависти. Но в его глазах я вижу затравленность и слабый призрак страха. Я всегда смотрю именно в глаза, не боясь увидеть в них своё отражение.

Маг покорно кивает. А что ему ещё остаётся, после того, как я разрушила тонкую стальную паутину, связывающую разум гранда? Довольно улыбаюсь и мысленно глажу себя по головке – мне даже не пришлось проводить ритуал (да я бы и не смогла, моя сила ещё блокирована), я просто воззвала к своей крови, от которой меня отрезать невозможно… и помогла моя связь с Милордом. Я так и не смогла её порвать за столько кругов…