По дороге в легенду - Кругликов Лев Александрович - Страница 87

Отпустив ладонь д’эссайна, я взвалила дочку на плечо, разок шутливо подбросила, отчего радостный девчачий визг на секунду заглушил даже густой бас Троля, и пошла с ней в направлении дома.

По правде говоря, уложить эту непоседу спать удалось далеко не сразу, но я все же справилась и, закрывая дверь комнаты, в которой уже тихо посапывало мое драгоценное чудо, увидела стоящего в тени сеней Джерайна.

– Что, решил прогуляться на ночь глядя? – Я задумчиво крутила в руках венок из ромашек, который достался мне после одного из танцев – уж и не вспомнить, кто из детворы успел одарить меня этой «короной»,– не зная, куда его деть. Потом все же надела венок на голову и горделиво задрала подбородок.– Ну как я выгляжу?

– Сногсшибательно.– Несмотря на задорную улыбку, глаза д’эссайна были убийственно серьезны.– И я не столь гулял, сколь ждал само очарование.

– О да. Если позабыть про мою профессию, то я вполне могу сойти за милую селянку. Правда, к цвету кожи тоже не стоит особенно приглядываться.– Я сделала шутливый реверанс, размахивая коротким подолом льняного платья, как знаменем, и склонила голову. Венок моментально соскользнул по гладким волосам и упал в траву. Ну вот, довыпендривалась.

Джерайн опустился передо мной на колено и поднял венок, после чего протянул его мне.

– Ты достойна того, чтобы к тебе не только приглядываться, но не отрывать от тебя взгляда вовсе,– произнес он, глядя мне в глаза.

Это то, о чем я думаю?

«Если мы думаем об одном и том же, а это я могу утверждать наверняка,– то да. Похоже, ты ему не просто нравишься».

И часто у него такие увлечения случаются?

Фэй помолчал, а потом признался:

«Не знаю точно, на моей памяти такого не было, а данных о том, что было в его личной жизни до моего создания, у меня нет».

Ну совсем замечательно...

– Джерайн, не заставляй меня беспокоиться о твоем душевном здоровье, мало мне Тира с его проблемами,– вздохнула я, забирая венок, вот-вот грозивший развалиться пополам.– Поднимайся.

Он поднялся, но при этом воспользовался своей близостью ко мне – и поднял на руки, подхватив под бедра.

– Лесс... А тебя давно носили на руках?

– Случаи, когда я была ранена и не могла самостоятельно передвигаться, считаем? – поинтересовалась я, сложив руки на груди и беззаботно болтая босыми ногами в воздухе.

– Не-а,– улыбнулся Джер.– Только те, в которых тобой искренне восхищались – и хотели сделать таким образом приятное. Или же просто радовались!

Я задумалась. Надолго. Хотя бы потому, что самой стало интересно. К сожалению, ни один подобный случай не вспоминался: ну не приходило в голову моим прежним любовникам брать на руки Танцующую хотя бы потому, что они разом ставили себя в весьма невыгодное положение – занимали свои руки в то время, когда у меня они были свободны. Последней мыслью я поделилась с д’эссайном, и, как я могла судить по слегка округлившимся рубиновым глазам, о такой причине не брать девушку на руки он слышит впервые.

– Право слово, если ты любишь женщину и хочешь быть с ней, то... Даже такая «небезопасность» для себя стоит того, чтобы держать ее на руках и чувствовать своими руками тепло ее кожи, обонять столь вблизи ее запах... Глупо думать иначе...

– А кто говорил про любовь? – Я пожала плечами. Сразу стало как-то неуютно – ушло ощущение беззаботной легкости, испарилось так быстро, как будто бы его и не было вовсе.– Всем известно, что Танцующие права на такое чувство, как любовь, не имеют. И любить Танцующую – невозможно. Много чего мешает – страх, что ей в любой момент могут отдать приказ на убийство – и она выполнит его без сомнений. Страх оказаться рядом с ней без возможности защищаться... Все же слава о нас ходит дурная, почти такая же, какая раньше ходила о д’эссайнах.– Я глубоко вздохнула, сжимая венок похолодевшими пальцами.– Поставь меня на землю, пожалуйста.

– Не поставлю.– Руки Джера казались обжигающе-горячими.– По крайней мере не так быстро. Потому что тебе все-таки нравится, когда я держу тебя на руках – и ты можешь беспечно болтать ногами, как ребенок. Потому что мне плевать, если я действительно не сумею защититься. И потому что я тебя совершенно не боюсь.

– Насколько я знаю, д’эссайнам слово «страх» вообще неведомо. По-моему, ты в принципе никого и ничего не боишься.– Я улыбнулась, коснувшись кончиками пальцев его щеки.– Но минус такого положения в том, что ты никак не можешь воспользоваться руками...

«Мне кажется, или ты с ним все же заигрываешь?» – хихикнул Фэй у меня в голове.

Я мысленно послала его подальше к крайну. Только его комментариев не хватало...

Браслет глубокомысленно заткнулся, напоследок пообещав мне высказать все позже. Ну и ладно, главное, чтобы сейчас момент не портил.

– Ты уверена? – Д’эссайн подхватил меня одной рукой под ягодицы, кончиками же пальцев второй коснулся моего лица.– Или ты хочешь, чтобы я был более свободен... в своих действиях?..

– Я пока в раздумьях по этому поводу,– призналась я, ногтями почесывая Джерайна за ухом, как большого кота.– А то Фэй столько наговорил про то, как мы с тобой вчера днем у реки «пообщались», что мне, право слово, интересно стало. И чуточку обидно, что сам процесс не запомнился.

В ответ на эту ласку он тихо застонал.

– Знаешь, если бы я ничего не запомнил, мне бы тоже было обидно,– отметил он, аккуратно ставя меня на землю.– Ибо оно стоило не просто тщательного, но и детального запоминания.– Последнюю фразу он произнес, почти касаясь своими губами моих губ.

– Я просто размышляю на тему, стоит ли все повторить... для наилучшего закрепления в памяти?

Мои пальцы скользнули в густую гриву его волос, перехваченных кожаным ремешком в хвост, коснулись затылка. Приятное ощущение. У него волосы не то чтобы шелковистые – скорее чуть режущие, как струны. Кажется, что если резко дернешь рукой, то порежешь пальцы до крови...

– На твоем месте я бы столь долго и упорно не сомневался,– проговорил он, превращая свои слова в затяжной поцелуй, в то время как руки его обвили меня, крепко обнимая... И превращая эти объятия в ласку, когда пальцы легонько касались чувствительных точек на моей коже, чуть массируя, но так, что никакой боли от этих сильных прикосновений не было. Еще секунда поцелуя – и руки его переместились мне на талию, нежно касаясь ее через тонкую ткань платья.

– У меня ощущение, будто о твои волосы можно порезаться...– Я аккуратно развязала кожаный шнур, так что стянутые в хвост кроваво-красные пряди с еле слышным шелестом рассыпались по плечам Джерайна.– Касаться тебя – это словно жонглировать бритвенно-острым кинжалом. Одно неверное движение, и по ладони потечет кровь...

Он почти победно ухмыльнулся:

– Ты немного утрируешь, Танцующая, но в общем – верно. Ну что, рискнешь пройтись по лезвию и оказаться со мной в одной постели? Или считаешь, что я для этого слишком опасен?..

Я приняла вызов.

В дом пришлось залезать через окно, чтобы не разбудить Эрин или Крупеничку. Впрочем, стены были толстые, и вряд ли мы им помешаем. Одежда полетела на пол, а я оказалась на животе, прижатая худощавым телом д’эссайна к перине, смотревшего на меня слишком пристально, словно впервые увидев. Легкие, но при том остро-жесткие движения – Джер целовал меня так, что создавалось ощущение, будто он пробует меня.

– А ты вкусная.– Тихий смешок.– Мне нравится.

На этот раз в действие вступили руки – он принялся разминать мои плечи всеми своими пальцами, вынуждая меня балансировать на грани боли и наслаждения.

– Только не говори, что ты меня съесть хочешь, я буду сопротивляться,– наполовину в шутку, наполовину всерьез пробормотала я, чуть сжимаясь под его прикосновениями. Никак не привыкну, когда у меня кто-то за спиной находится. Нервирует, и все тут.

– Съесть? Такую красивую девушку? Просто так? Нет уж. Я тебя люблю отнюдь не как блюдо.

И снова серия поцелуев-укусов в основание шеи, перерыв – и острые ногти аккуратно скользят по затылку. Нет, я так долго не выдержу.