Вставай, Россия! Десант из будущего - Орлов Борис Львович - Страница 63

63

— Как видишь — дружба-дружбой, а тапочки врозь!

— Так и чем дело-то закончилось, с немцами этими? — заинтересовался Алексей.

— Да, продали им второй экземпляр станкача. На этот раз за две штуки фунтов! — усмехнулся я. — Только этими двумя продажами я почти полностью отбил все вложенные в конструирование пулеметов деньги!

— Ну, ты и барыга! — рассмеялся Алексей. — Ладно, шутки шутками, однако через месяц отплытие! Ты про мои последние просьбы не забудешь?

— Леша, ну как можно? Сделаем всё, что от нас зависит!

Интерлюдия[110]

Письмо Рукавишникову А.М. от инженера Костовича И.С.[111]

Милостивый государь Александр Михайлович!

Спешу обратиться к Вам, ибо мне на днях достоверно стало известно, что на Ваших нижегородских заводах налажено изготовление моторов по типу внутреннего сгорания Отто — самых выдающихся в наше время. Я имел возможность осмотреть автомобиль, изготовленный Вами для Великого Князя и Генерал-Адмирала Алексея Александровича. И я до глубины души потрясен и восхищен полученными вами результатами! Без лести должен сказать, что Вы, на мой взгляд, несомненно, самый выдающийся инженер России! И даже, что весьма вероятно, во всей Европе нет никого, кто мог бы сравниться с Вами! Менее трех фунтов веса машины на мощность в одну лошадиную силу! И при столь малых размерах всей конструкции! Это просто фантастическое достижение! Поверьте, я знаю, что говорю: в настоящее время мной спроектирован и окончен постройкой бензиновый двигатель мощностью в восемьдесят лошадиных сил, вес всех частей которого на одну лошадиную силу составляет около девяти фунтов, и до сих пор я считал, что никто во всем мире не подошел и близко к такому.[112]

Вы гений, Александр Михайлович! Гений, хотя этого пока еще никто не понимает! Я вынужден это написать, невзирая на то, что Вы превзошли меня, опередив в тех начинаниях, которым я отдал много лет своей жизни. Хотя мне и горько это писать, но это правда.

Но не только искренне восхищение Вашим талантом побудило меня прибегнуть к обращению к Вам.

Также от весьма уважаемых людей, например от г-на Менделеева, состоявшего некогда членом технической комиссии по рассмотрению моего проекта управляемого аэростата, мне с большой надежностью известно, что Вы не только непревзойденный радетель технического и научного прогресса, но также и настоящий, непоказной патриот России.

По какой причине я настоятельно прошу Вас обратить внимание на перспективы, открывающиеся перед нашей великой державой. Ни минуты не сомневаюсь, что Вы, как человек высокой технической грамотности и великолепного инженерного мышления, а также как успешный промышленник и капиталист, мгновенно оцените их. И даже, может быть, на куда большую глубину, чем я.

Но к делу.

В 1880 году мною изобретен и, к настоящему моменту закончен постройкой всех деталей, дирижабль. То есть управляемый воздухоплавательный корабль, снабженный двигателем и способный за счет него совершать полет по любому заданному курсу независимо от направления ветра. Постройка велась на Охтенской Адмиралтейской верфи с 1882 года и частью, в изготовлении деталей двигателя, на немецких заводах.

Дирижабль имеет объем в 5000 кубических метров, длину 50 метров и максимальный диаметр в 12 метров. На нем установлен бензиновый двигатель спроектированного мной типа, на восемь цилиндров мощностью в 80 лошадиных сил. Дирижабль будет способен свободно поднимать в воздух до ста пудов веса и развивать скорость хода до пятидесяти верст.

Так же мной в 1881 году начат постройкой летательный аппарат тяжелее воздуха, именуемый самолетом. К большому огорчению, работы пришлось прекратить, потому что построенный мной тогда двигатель оказался ненадежен и недостаточно мощен.

К сожалению, в настоящий момент все работы на Охтенской Адмиралтейской верфи прекращены за исчерпанием отпущенных и собранных на постройку средств. Хотя до окончания постройки остается только один шаг. Но ни промышленных возможностей моей незначительной фабрики «Арборит», ни моих скромных финансов недостаточно для завершения проекта.

Ввиду же того, что работы по воздухоплаванию в Европе идут все убыстряющимися темпами, я страшусь, что Россия может в самом скором времени лишиться даже того незначительного преимущества в этой области, какое она имеет благодаря моим изобретениям.

А посему я призываю Вас, Александр Михайлович, принять участие в моем начинании. Как выдающегося деятеля Русского Прогресса и как патриота России. Войдите же на паях членом в организованное мной «Товарищество по постройке воздухоплавательного корабля» и, я уверен, с Вашей помощью мы сможем довести предприятие до успешного завершения! Я верю, настанет день, когда флагман Русского Воздушного флота дирижабль «Россия» поплывет над просторами нашего государства на радость братству всех славянских народов и на страх всем врагам России!

Post Scriptum: Если же по какой-то причине, глубокоуважаемый Александр Михайлович, вы не сочтете мое предложение Вам интересным, то, я со своей стороны, не теряя надежды познакомиться с Вами ближе, имею желание заказать на Вашем механическом производстве в Стальграде двигатель Вашего типа для моего дирижабля. О чем желал бы вступить с Вами в переговоры о порядке оплаты и сроках исполнения заказа.

С неизбывным к Вам уважением, искренне Ваш: Игнатий Степанович Костович.

Резолюция Рукавишникова на письме:

дать этому прожектеру 10000 рублей из моего личного фонда и чтобы я больше об этом Огнеславе не слышал! Или услышал только из газет! О беспримерном перелете русского воздушного флота во главе с дирижбомбелем[113] Россия через полюс в Америку![114]

Рассказывает Сергей Платов (Великий князь Алексей Александрович)[115]

Мы уходим на Дальний Восток. Мы — это четыре крейсера (по нынешней классификации — броненосных фрегата): «Адмирал Корнилов», «Адмирал Нахимов», «Дмитрий Донской». и «Владимир Мономах». А с ними два транспорта, везущие Лейб-гвардии Гусарский полк. Флагманом — «Нахимов».

Остальные корабли будущей Дальневосточной группировки, по одному и парами отправились на театр загодя. Таким же маневром во Владик переправлено до трех дивизий пехоты и четыре бригады артиллерии. Некоторые, перевозящие войска транспорты, даже успели смотаться туда-сюда по два раза.

Положение «ни мира, ни войны» оказалось для нас очень выгодным — ни японцы, ни их «доброжелатели» англичане, просто не имели формального повода как-то нам помещать. Именно из-за этого мы получили официальное разрешение на проход всех кораблей Суэцким каналом, что почти вдвое сократило время в пути. Да и при прохождении вблизи Японских островов нам никто не мешал. Чувствовалось, что япы пребывают в стойком недоумении. Даже весьма далекому от военного дела человеку было понятно, что русские что-то затевают. Причем затевают что-то очень крупное. Но как-либо помешать этим приготовлениям невозможно. Просто нет юридического повода. А может русские к большим маневрам готовятся? Потому и согнали на Тихий океан столько войск!

И еще нам помогает то обстоятельство, что (в кои-то веки!) мировое общественное мнение на нашей стороне! Японцы для современных европейцев — варвары почище русских! На контрасте, мы для европейцев почти свои… Поэтому, кроме периодически вспухающих в западной прессе волн интереса к дальнейшим действиям «медведей, наказывающих желтых макак», нам оказывают поддержку многие государства. Нашим кораблям беспрепятственно, по первой просьбе и на любой срок предоставляется стоянка в любом порту вдоль пути следования на Дальний Восток. Для бункеровки и отдыха экипажей создаются идеальные условия.

вернуться

110

Автор интерлюдии Александр Романов

вернуться

111

Костович Огнеслав (Игнатий) Степанович (1851–1916), изобретатель и конструктор, автор многих изобретений в различных областях техники.

вернуться

112

В 1882–1984 гг. на Охтенской судостроительной верфи Костовичем был построен первый двигатель внутреннего сгорания в России. Этот четырехтактный двигатель имел мощность 80 л.с. и весил 240 кг.

вернуться

113

так в тексте

вернуться

114

резолюция иллюстрирована собственноручным рисунком Рукавишникова: каким-то механизмом, похожим на воздушный шар с веслами

вернуться

115

В написании этой главы участвовал Сергей Плетнев