Лекарство от снов - Стрелковская Алина Дмитриевна - Страница 26

— Давай я куплю другую бутылку. Думаю, эльфу подсовывать подделку они не рискнут, — с обезоруживающим обаянием улыбнулся Ламьен и, получив согласие девушки, отправился в ресторан, где разжился бутылкой превосходного белого вина. Оно тоже было эльфийским, но уже не десертным, так что настроение эльфа существенно улучшилось. Правда, откупорить бутылку ему не довелось. Луиза чуть ли не с порога заявила, что на это вино у нее аллергия и отправила его обратно в ресторан.

Не обращая внимания на удивленные глаза официанта, на этот раз детектив остановил свой выбор на красном вине, уже сделанном человеческими руками, но, тем не менее, тоже качественном. Последний факт воровка бессовестно подвергла сомнению и рассказала красочную историю о том, как ее дядя месяц провел в больнице, распив с друзьями этот славный напиток. Скучно ему, правда, не было, так как друзья угодили в ту же палату и с энтузиазмом таскали у медсестер медицинский спирт. Наверное, потому их своеобразный отпуск на месяц и растянулся.

Впрочем, возвращаясь в третий раз с бутылкой абсента, Ламьен всерьез засомневался как в существовании дяди и аллергии, так и в своей симпатии к Луизе. По крайней мере, сейчас он бы ее прикончил не задумываясь.

— Ого, это уже смахивает на попойку! — рассмеялась девушка, завидев в руках эльфа нечто более интересное, чем вино.

— Ну их, эти вина, поперек горла уже стоят, — честно ответил детектив, поставил бутылку на стол и тут же замер, наполненный ужасом. В дверь стучали. Причем стучали условленным стуком, а значит это был ни кто иной, как Людвиг. Ну да, само воплощение пунктуальности. Именно в это время они и договорились встретиться, чтобы вампир мог решить вопрос с трупом. Но на практике этому препятствовал один нюанс: труп был здоров и весел и с ухмылочкой восседал в кресле, даже не думая умирать. Во временные рамки Ламьен категорически не укладывался, и с этим нужно было что-то делать. А перво-наперво — отправить лидера грязнодвиженцев погулять.

— Посмотри кто там пришел, а я пока разолью абсент по рюмкам, — Луиза сделала вид, что все еще ничего не подозревает и забрала у эльфа бутылку. Судя по его выражению лица, стучала явно не горничная и не случайный прохожий. Но поскольку она еще жива, вряд ли Ламьен пустит сообщника внутрь. Так что все очень даже кстати: она как раз успеет подсыпать остроухому горе-отравителю клофелин. А дальше все просто: покрепче привязать его к чему-нибудь и дождаться утра, когда его можно будет хорошенько расспросить. Ну а если снова появится сообщник, можно просто послать его через дверь. Не зная, что произошло, он, скорее всего, не станет рисковать и с миром уйдет до лучших времен. Мысли потихоньку выстраивались в план действий, а руки привычными движениями готовили собутыльнику подлянку. Отсутствовал он достаточно долго, так что последние сомнения в правильности предположений испарились без следа.

— Ну что, кто приходил? — спросила воровка, когда эльф вернулся. Нервничал он, судя по всему, еще больше, чем прежде, и, взглянув на две наполненные рюмки, даже растерялся. Еще бы, наливал-то не он, так что для воплощения намерений ему придется, как минимум, напоить ее до бессознательного состояния. А это далеко не факт, что получится.

— Ошиблись номером, — соврал Ламьен и вымученно улыбнулся. — Ладно, пьем за то, за что так и не выпили?

Детектив взял со стола рюмку и тут же ее осушил.

Теперь пришел черед поволноваться Луизе. Сосуды детектив безбожно перепутал, так что рюмка с клофелином осталась ей.

Однако судьба все еще была благосклонна к девушке и с садистским удовольствием пинала под зад Ламьена. Тот, как и многие его соотечественники, совершил непозволительную ошибку, забыв о том, что чистокровным эльфам, как существам чрезвычайно нежным, крепкие напитки просто-таки противопоказаны. Остроухие этот факт, конечно же, не признавали, высокомерно заявляя, что уж им-то, перворожденным, в отличие от людей, позволено все. Ошибочность данного утверждения Луиза наблюдала своими глазами: абсент и людей-то иногда заставлял видеть розовых бегемотов уже после первой рюмки, об эльфах и говорить было нечего. Ламьен исключением не был и уже через минуту забыл и о своем задании, и о том где находится, и о том, кто он вообще такой. За первой рюмкой последовала вторая, за ней — третья… По прошествии часа, детектив мирно дрых на диване, повернувшись лицом к спинке и крепко обнимая подушку, а Луиза недвижимо сидела в кресле и смотрела в одну точку. Пораженная, воровка не решалась сдвинуться с места в опасении, что ее чудесное везение ей пригрезилось, а на самом деле Ламьен вовсе не спит, забыв обо всем, а все еще сидит с ее рюмкой в руках и размышляет, как бы ее попрактичнее прикончить.

Однако любое везение когда-нибудь заканчивается, и наступил момент, когда в дверь снова требовательно постучали. Причем создавалось явное ощущение того, что шутить стоящий за дверями не настроен. Наверное, именно поэтому Луиза не нашла в себе сил как-то отреагировать и вообще вступать в контакт с еще одним своим недоброжелателем. Гость терпеливо стучал еще минут пять, потом все затихло, и, совершенно неожиданно для себя, Луиза обнаружила на пороге комнаты Людвига Вэрбе.

— э-э… добрый вечер, — ляпнула девушка, не найдя ничего более умного. — А как вы вошли?

— Дверь была открыта, — невозмутимо ответил вампир, критически осмотрел комнату и прошествовал к креслу.

— Устроил тут сарай, заходи — не хочу! — машинально проворчала Чертовка, пронзая взглядом спину бессознательного эльфа, забывшего закрыть дверь.

— Кстати, что это с ним? — поинтересовался в свою очередь Людвиг.

Луиза помолчала пару секунд, соображая что ответить. Судя по всему, смерти ей желал именно ее бывший наниматель, так что неплохо бы просчитать его возможное поведение и действовать в соответствии с этим. Но тут существовала проблема: просчитать Людвига было далеко не так просто как Ламьена, и она даже представить не могла, что он собирается делать с ней дальше. Убьет самолично? Что ж, тогда шансов у нее никаких. Он вампир, она — обыкновенный человек, какими он только и закусывает. Или предложит очередное шаткое предприятие, грозящее еще большими неприятностями? Тогда еще есть надежда легко отделаться. Что думать девушка не знала, равно как и что сказать. В конце концов, мысли сошлись на двусмысленной правде, истинный смысл которой вампир точно не воспримет.

— Перепутал рюмки, — лаконично ответила воровка, ожидая реакции собеседника. Та не замедлила появиться. Вампир удивленно посмотрел на две, стоящие на столе, рюмки, одну пустую и одну нетронутую, и уточнил:

— То есть я, надо полагать, лишился полезного осведомителя?

— Хм. Вы совершенно правильно полагаете, — хмыкнула Чертовка и, чисто из любопытства посмотреть что будет, цинично добавила: — Угощайтесь, если хотите. Во второй яда точно нет, Ламьен послужит вам доказательством.

— Очень убедительное доказательство, — сардонически усмехнулся Людвиг, кинул еще один взгляд на лежащего бревном эльфа, взял со стола рюмку с абсентом и на глазах оторопевшей воровки до дна осушил ее.

«Господи, я тоже тебя очень люблю! И спасибо тебе за то, что создаешь таких кретинов!» — мысленно возвестила небеса о своем счастье Луиза. Через некоторое время комнату украшали уже два трупоподобных тела. Яда во второй рюмке действительно не было, зато имелся клофелин, что помог-таки ей провернуть очередную аферу.

Не тратя времени даром, воровка собрала свои немногочисленные пожитки и второпях покинула номер, ухмыляясь при мысли о том, какие физиономии будут у ее недругов, когда они проснутся поутру и начнут вспоминать вчерашнее. Жаль, у нее не будет возможности это увидеть. Впрочем, вместо этого она может подкинуть им еще один сюрприз. От кого-то она недавно слышала, что в Лохбург прислали нового и клинически неподкупного прокурора… Почему бы не последовать примеру той забавной ведьмы из борделя и не накропать красочный доносик о готовящейся революции? Уж ее-то, матерую леди криминального мира, внезапный приступ жалости точно не проймет, а проблемы, глядишь, рассосутся.