Камкурт. Хроники Тай-Шин - Коробейщиков Андрей - Страница 79

— Но есть и другие, как следствие «Великой Дилеммы». Вы считаете, что возвращение Богини может спасти людей от неминуемой гибели?

— Не совсем так, м-м — Ронин опять нахмурился, пытаясь доходчиво выразить свои мысли, — Пойми, пока мы подвержены контролю со стороны Системы, наше сознание имеет определенные ограничения. Это как предохранители в голове, которые срабатывают, стоит нам выйти за дозволенные рамки. Именно поэтому мы не можем осознать истинной картины происходящего. Я же хочу выйти за границы Великой Дилеммы, не пытаться сделать невозможное, а просто разрубить Гордиев узел. Я хочу знать. Хочу увидеть все в истинном свете. А для этого мне необходимо избавиться от ограничений, раскрепостить свое сознание. Стать…

— Оборотнем, — продолжил Аргус фразу, недосказанную Хартом, и посмотрел на него с интересом.

— Вы что, правда хотите стать оборотнем?

— Я хочу знать, — Скоков смотрел прямо перед собой, и Мальцев понял, что полковник говорит с ним искренне.

— Вы поэтому искали меня?

— Я — да.

— А «инки»? Для чего им нужен я? Хотят с моей помощью выйти на тайшинов?

Скоков рассмеялся.

— Да что ты, Влад! Ты не знаешь о тайшинах и сотой части того, что знают о них Харты. «Инкам» ты не нужен. Они хотели сделать из тебя «отмычку», пропуск в мир Тай-Шин.

— Как и вы?

— Технически — да. Но у нас разные цели. Я предлагаю тебе паритетное сотрудничество. «Инки» же в любом случае будут мстить тебе за своих людей, даже если ты станешь одним из нас — Хартом.

— Но если Харты столько знают о тайшинах, почему они до сих пор не уничтожат их?

— По нескольким причинам. Одна из них в том, что тайшины лишь наполовину являются людьми. Все они принадлежат к древнему Сумеречному Роду, что делает их подконтрольными Системе лишь частично. Поэтому многие методы Хартов просто не действуют по отношению к людям Рода Волка. Они не могут отслеживать тайшинов. Это в значительной степени затрудняет влияние Хартов на тех, кто называет себя «оборотнями».

— Это я понял, но вы очень рискуете, рассказывая мне об этом. Я так понимаю, что назад в дом мы возвращаться не собираемся? То есть, вариантов по дальнейшему развитию событий у меня не очень много? Либо согласиться на ваши предложения, либо…

Ронин кивнул.

— Аргус, ты же умный мужик. Ты все понял. Ставки слишком велики. Решение за тобой.

Он открыл дверь и вышел на морозный воздух, оставляя Мальцева в салоне автомобиля одного. Через десять минут он сел обратно в машину и кивком головы задал Владиславу немой вопрос.

— Я понял, Ронин, понял. Что от меня требуется?

— Ты знаешь, где Ковров?

— Да. Во всяком случае, я знаю, где он был несколько дней назад.

— Поехали.

— Что, прямо сейчас?

Скоков удивленно посмотрел на пассажира.

— А ты думаешь, у нас есть время на раскачку?

Мальцев задумался и тихо проговорил:

— Ронин, я должен быть уверен, что Максу ничего не будет угрожать.

Скоков слегка ударил обеими руками по рулевому колесу.

— Ему будет угрожать опасность в том случае, если первыми его найдут «инки». Уж можешь мне поверить. Поэтому, постарайся, пожалуйста, сделать все возможное, чтобы первыми с ним встретились мы. Куда ехать?

Неслышно зашелестел мотор «Хонды» и, спустя несколько секунд, необходимых Мальцеву для того, чтобы назвать адрес, автомобиль тронулся с места и, стремительно набирая скорость, помчался по шоссе в сторону Страны Золотых Гор — на Алтай.

Турбаза «Адару», район озера Ая.

Они стояли на берегу Катуни, которая уже начала давать первые трещины. На середине реки, там, где был очень тонкий лед, поднимался призрачный пар, словно река горела изнутри. Было раннее утро. Все как тогда, в том Сновидении, когда Ковров попрощался с Аргусом.

Скоков стоял, засунув руки в карманы и, прищурившись, с явным наслаждением смотрел на утренний пейзаж. Мальцев же сидел перед давно потухшим костровищем, присыпанным ночным снежком. Вот именно здесь он сидел во сне. Так что тогда это было все-таки, сон или явь? Он поискал палку, которой ворошил костер, но не нашел ее. Тогда он наклонился и, выбрав из огарков небольшой кусок угля, провел им по лицу, оставляя на нем черные следы. Ронин улыбнулся, разглядывая его.

— Ты прямо коммандос натуральный. Что, здесь вы встречались последний раз?

Мальцев кивнул. Ощущение нереальности происходящего не позволяло собраться с мыслями и хоть более-менее связно соображать. Он почувствовал вдруг острую тоску и еще что-то, напоминающее ностальгию и какую-то светлую грусть. Закрыв глаза, он тихо процитировал:

— «Этим и кончилась битва: оба Рыцаря ударились о землю головами и полежали немного рядышком. Потом они поднялись и пожали друг другу руки. Черный Рыцарь уселся в седло и ускакал.

— Блестящая победа, правда? — спросил, подъезжая к Алисе, Белый Рыцарь и перевел дыхание».

Скоков, удивленно вздернув брови, посмотрел на Владислава, а потом, опять улыбнулся:

— «Алиса в Зазеркалье»? Что Аргус, чувствуешь себя попавшим в Зазеркалье?

Мальцев бросил обратно в костровище уголек, встал, поднял руки вверх и, запрокинув голову, глубоко втянул морозный утренний воздух.

— Я до настоящего момента не мог поверить окончательно, что такое возможно.

— Что? Сохранять во сне осознание?

— Посещать во сне реальные места.

Скоков присвистнул.

— Кто бы говорил… После твоего визита в офис «ИНИСА», я думал подобный скепсис отпадет даже у видавших виды «инков». Или ты думал, что это тоже лишь иллюзия?

Мальцев засмеялся.

— Да, я тогда оторвался на славу. Еле, правда, ноги оттуда унес. Это ведь вы тогда мне помогли? Я долго очухаться не мог. Думал, что это один из «Больших Снов», так называют шаманы сновидения, в которых духи показывают им Знаки. А потом уже понял, что каким-то образом я на самом деле там был. Но ведь это, во-первых, под Корчуном было. А, во-вторых, в теле Зверя. Это совсем другие ощущения. Когда, проснувшись, снова становишься человеком, воспоминания об этих путешествиях тают, словно это и вправду был просто сон.

Они постояли какое-то время молча, наслаждаясь туманной дымкой на реке. Пар стелился над заснеженной Катунью неслышно, словно боясь побеспокоить окружающую тишину. Наконец Ронин нарушил беззвучие утра.

— Ну что, где теперь его будем искать?

Мальцев пожал плечами.

— Не знаю.

— Вспомни, что он тебе говорил.

Аргус прищурился.

— «Поймать оборотня невозможно, потому что для этого самому нужно быть оборотнем».

Ронин подошел к тому месту, где стоял Владислав и, наклонившись к месту недавнего костровища, подцепил кончиками пальцев один из угольков. Повертел его в руке и, бросив обратно, провел испачканными пальцами по лицу, подмигнув напарнику:

— Ну, значит будем обучаться искусству оборотничества в экстремальных условиях. Пойдем в бар, попросим по чашке горячего кофе. Заодно и расспросим. Может, всплывет что-нибудь интересное.

Пока Скоков беседовал в баре с представителями местной администрации, Мальцев бродил по базе, рассматривая окрестные пейзажи. Он был здесь с Максимом один раз проездом, остановившись ночевать во время одной из экспедиций в алтайские горы. Но все, что он запомнил об этой поездке, это их ночной костер на речном берегу. Именно поэтому он сразу узнал это место. Теперь, при свете дня, он хотел поближе познакомиться с окружающим ландшафтом. Высоких гор здесь не было, но покрытые березами холмы и чистейший воздух компенсировали это обстоятельство сполна.

Вдруг Аргус насторожился. Ему послышалось? Нет, точно… Странный звук повторился. Аргус почувствовал, как холодная волна ужаса прошла по телу, сковывая мышцы и дух ледяным холодом.

Не может быть! Этого просто не может быть!

Ватная рука машинально нащупала в кармане маленький швейцарский нож «Victorinox». Но в данной ситуации, это был весьма ненадежный инструмент. Аргус ощутил головокружение — мир вокруг пошатнулся и стремительно двинулся по часовой стрелке.