Дочь Драконов, Сын Безликих - Деренко Анастасия Сергеевна - Страница 9

Драконица вздохнула, обмотала поводья вокруг руки и двинулась по дороге, кивком приглашая Дару присоединиться.

В конце концов, утешала она себя, рано или поздно ей придется научиться контактировать с другими расами, если уж она решила не возвращаться домой, а помешать планам Севера (ну, по крайней мере, попытаться).

Они шли до самого вечера. Циркачка оказалась очень болтливым и веселым спутником. Благодаря своей профессии, она изъездила весь континент, и теперь с радостью делилась с жаждущей знаний драконицей своими приключениями. Пару раз они присаживались на траве перекусить. Во время отдыха Дара показала ей несколько фокусов и трюк с ножами. Девушка оказалась великолепным метателем кинжалов и все три воткнулись друг в друга, застряв в толще дерева. Не удалось избежать и еще одной попытки создать световой пульсар… Ну, с той прогалины (бывшей минуту назад группкой тополей) они сочли за благо скрыться побыстрей.

Когда диск солнца наполовину исчез за горизонтом, впереди показался высокий деревянный частокол, за котором виднелись крыши и дымовые трубы домов.

В вечерний час — самый хлопотный в хозяйстве — народа почти не было видно. Дара, дернув Шай-энри за руку, уверено свернула направо к постоялому двору, чья вывеска виднелась в конце улицы.

Благодаря щедрости Безликого, у драконицы оставалось еще шесть медяков, полученных ею вчера в качестве сдачи за ужин. Поэтому сейчас она с удовольствием заказала миску бульона, тушеного мяса с капустой и большой кусок пирога.

— Эх, завидую я тебе, — вздохнула Дара, когда служанка ушла выполнять заказ. — Вы эльфийки можете есть сколько угодно и не толстеть. Мне бы так.

— Толстеть? А что в этом плохого? — удивилась синеглазая.

— Как же? Если будешь толстой — на тебя никто не посмотрит и не полюбит.

— Странно это, — задумчиво протянула драконица, невольно даже для себя самой копируя ленивый тон Севера. — А что хорошего в костях? Самка должна быть упитанной, чтоб быть подстать своему партнёру — сильной и выносливой. Чтоб иметь возможность произвести на свет хорошее потомство.

— Странная ты, — рассмеялась циркачка. — Эльфийка, а говоришь будто о разведении рогатого скота.

— Ничего подобного, — обиделась та и уткнулась носом в как раз принесенную миску. Она говорила именно так, как её всегда учили в Кальвадаре. И мужчины и женщины у них были в одинаковом положении. В паре каждый поддерживал друг друга и знал, что может положиться, если что, на свою половину. Таков был обычай, и если бы не он, то драконы не выжили бы в те трудные времена.

Утолив голод, девушка встала и на вопросительно поднятые брови Дары, сказал, что пойдёт проведать Белку. Вранье, конечно. Эта нахалка хочешь, не хочешь, заставит о себе позаботится, поэтому драконица скорей сочувствовала конюхам. Самой же Шай-энри нужен был предлог, чтоб не надолго покинуть общество новой знакомой. Перед тем как въехать в деревню, она заметила, как Сабир кружил над домами, и это могло значить только одно — Север где-то рядом, тоже в Зеленых опушках.

На улице уже окончательно стемнело и дорогу освещали только небольшие лужи света, падавшие из окон домов. Когда Шай-энри вышла, с ближайшего дерева сорвался сокол и тихо проклекотав, низко полетел вдоль по улице. Девушка поспешила следом.

Она как раз пробегала мимо какого-то амбара, когда учуяла запах дыма. Драконица остановилась и прислушалась. Что-то было не так. С противоположной стороны стали слышны взволнованные голоса и крики селян и, посмотрев туда, за череду домов, она заметила разгорающееся в небе зарево.

Дверь амбара скрипнула, привлекая её внимание. Темная тень скользнула вдоль стены, и в это время в провалах окон начали взметаться красные языки.

Синеглазая оцепенела. Суть происходящего только начала доходить до сознания, как амбар в одно мгновения (не иначе как пропитанный магией) вспыхнул, как сухой трут, озаряя темное небо алой вспышкой. Девушка прикрыла глаза рукой и отступила, опаленная сухой волной жара. Когда же она снова могла видеть, то на секунду в свете пламени рассмотрела тень, и тут же задохнулась.

Это действительно была именно Тень — простой человеческий силуэт с каменной маской вместо лица. И лишь живые глаза, на мгновение встретившиеся с её, заставили поверить в возможность существования подобного.

Её папа говорил, что она редко пользуется мозгами.

Папа был прав.

Потому что тому, что она сделала в следующее мгновение разумного оправдания найти нельзя.

Она ударила магией.

Мощный пульсар, потрескивающий электричеством, сорвался с тонких ладошек и с жадностью устремился к противнику. Однако тот и не собирался вступать в бой, а сорвался с места с невероятной скоростью, исчезая во мраке между домов.

А драконица, осознавая, что делает вторую ошибку, вновь обратилась к Силе. Она вызвала дождь, попутно с удовольствием отмечая, как мгновенно откликнулась её стихия и беспрекословно выполнила приказ. Шай-энри ринулась, было, вслед за преследователем, но уже на второй улочке поняла всю бесполезность этой затеи. Девушка была почему-то абсолютно уверена, что тени в деревне уже нет.

Отдышавшись, она повернула назад. Для того, чтобы вернуться в таверну, где она оставила Дару, придется вновь пройти мимо амбара. Когда она повернула за угол, то увидела, что около кострища собралось уже много народа. Одни просто стояли и смотрели, а другие пытались носить ведра и тушить пожар. Хотя это как раз таки было бесполезно. Вызванный ею ливень — тут она даже споткнулась, так как он лил только над сараем — уже всё почти сделал сам.

Драконица тяжко вздохнула — вот тебе и конспирация. Если Север узнает…

Ой!

Ну, вот зачем она упоминала Безликого всуе?

Среди гомонящей толпы она увидела двигающегося в её сторону мужчину. Отсветы всё еще не потухшего огня вспыхивали багровыми искрами на его красных волосах.

— Мама, — запал и храбрость как-то сразу покинули её и она заозиралась, надеясь найти укрытие. Не придумав ничего лучше, она тоже нырнула в толпу и стала продираться в ней в другую сторону, надеясь, что Север не успел её заметить, и она сможет избежать встречи.

Девушка уже почти выбралась из людской мешанины по другую сторону улицы, когда чья-то сильная рука обвилась вокруг её талии и прижала к крепкой мужской груди.

— И почему меня не удивляет твоё присутствие здесь? — вздохнув, прошептал ей на ухо Север.

Он уехал из Картара не так быстро, как ему хотелось. Когда Север покинул таверну, то вновь отправился в тот переулок, где совсем недавно спас одну нерадивую девчонку.

Он не привык оставлять следы.

Безликий почему-то обрадовался, что Шай-энри не обратила внимания, дышать ли нападавшие. А он врагов в живых не оставлял никогда.

Темная улица встретила его тишиной, смрадом и тремя трупами. Он безразлично окинул взглядом покореженные тела. Одно движение руки, описывающий полукруг, и нападавшие превратились в пепел, который тут же развеял по углам ветер. На мгновение лицо Севера утратило все человеческое, глаза вспыхнули багровым пламенем, а за спиной развернулись призрачные черно-красные крылья…

Но это было всего лишь мгновение, и через секунду, в сторону трактира «Три кобылы», направился уже обычный и неприметный мужчина.

Но, даже справившись с делами, он не уехал. Ночь для него ничем не отличалась от дня, а Торан мог скакать без устали не одни сутки, но он всё равно остался, снял номер, проверил его, и уже тогда, скинув плащ и сапоги, завалился на постель.

Надо ехать.

«Ну, так езжай — вновь отозвался его внутренний собеседник, — всё готово. Чем раньше мы будем у эльфов, тем быстрей сможем отправиться к драконам и выполнить заказ. И тем быстрее ты успокоишься и отомстишь».

Это было резонно, но он не пошевелился.

«Мне она тоже понравилась» — довольно заурчал монстр в сознании. «И то, что ты беспокоишься о малышке, говорит о том, что в тебе еще осталось нечто человеческое».