Дочь обмана - Холт Виктория - Страница 69

— Уж что-что, а с голоду нам здесь умереть не дадут, — заметила я.

Нас обслуживала полная женщина по имени Салли. Она была не прочь поболтать, что нас устраивало как нельзя лучше.

Салли обращалась ко мне с почтительным страхом.

— Вы, значит, и есть мисс Тримастон, — сказала она. — Вы, должно быть, оттуда, из Большого дома.

— До сегодняшнего дня я даже и не слышала о Большом доме. Так что на эту честь не претендую.

— В наших местах все знают Тримастонов. И мне никогда не приходилось слышать о каком-нибудь другом Тримастоне, не из этой семьи.

— Я всю жизнь прожила в Лондоне, за исключением поездки на некоторое время во Францию.

Салли посмотрела на Мари-Кристин и кивнула. Мари-Кристин спросила:

— Не знаете ли вы такого местечка под названием Менингарт?

— Менингарт, — как бы припоминая, повторила Салли. — Где бы это могло быть?

— Это где-то под Бодмином, — сказала я.

— Под Бодмином? Нет, не могу сказать, никогда не слышала.

— Вы уверены? — умоляюще глядя на нее спросила Мари-Кристин.

— Нет, не могу припомнить, мисс.

Когда она ушла, Мари-Кристин сказала:

— Странно, что эти обе мисс Тригорен ничего о нем не слышали. А теперь вот и Салли тоже…

Мы немного приуныли. Я раздумывала, как нам продолжить поиски. Их конечной целью был Эннис, фамилии которого мы не знали. А теперь, как выяснилось, никто даже не слышал о местечке, где он живет.

Мари-Кристин сказала:

— Надо подумать, что нам делать дальше. Мы должны поспрашивать у всех, кто здесь живет. Кто-нибудь обязательно слышал об этом месте.

После обеда, решив немного прогуляться, мы пересекли болото и направились к Танцующим девам.

Мари-Кристин была права — болота действительно внушали страх. Мы остановились перед странными камнями. Они были размером в человеческий рост, и, если подойти к ним поближе, можно было представить, как они вдруг оживают.

Мари-Кристин, по-видимому, испытывала такое же чувство.

— Я уверена, они бы смогли нам сказать, где находится Менингарт, — заметила она.

Мы засмеялись и, попрощавшись с камнями, пустились в обратный путь.

— Ну, что поделаешь, — сказала Мари-Кристин, — нельзя же рассчитывать, что так все сразу и получится.

На утро, когда мы встретились с женой хозяина гостиницы, нам повезло больше.

Она приветливо поздоровалась с нами, когда мы спустились вниз. Изумительный запах кофе и жареной ветчины заполнял все помещение столовой.

— Доброго вам утречка, — сказала она. — Вы будете мисс Тримастон и вы обе — приятельницы сестер Тригорен. Мы очень рады, что вы приехали в «Танцующие Девы».

— Мы познакомились с обеими мисс Тригорен в поезде. Они были очень добры к нам.

— Они очень милые дамы. По утрам я готовлю завтрак сама. Что бы вы хотели?

Мы выбрали омлет с подрумяненным беконом, который на вкус оказался таким же восхитительным, как и его аромат.

Жена хозяина была словоохотливой женщиной, и за несколько минут успела рассказать нам, что выросла ь этих стенах, так как гостиница раньше принадлежала ее отцу.

— Потом за это дело взялся Джим, мой муж, так что она и сейчас — мой дом. Я всю свою жизнь прожила в «Танцующих девах».

— Наверное, вы знаете эти места, как никто другой, — сказала Мари-Кристин. — Может быть, вы нам подскажете, где находится Менингарт?

Мы обе пристально смотрели на нее. Мое сердце екнуло, когда я заметила озадаченное выражение на ее лице. Потом она сказала:

— А-а, вы, должно быть, имеете в виду местечко, где живет мистер Мастерман. Да, скорее всего. Оно называется Гарт. Обратите внимание, когда-то оно называлось Менингарт, но уже лет десять или больше его так не называют.

Лицо Мари-Кристин при этих словах просияло.

— Значит, теперь оно просто называется Гарт! — с надеждой повторила она.

— Ну да, так оно и есть. Я теперь вспомнила… это было во время октябрьских ветров — у нас здесь в октябре страх какие ветры дуют. Вы бы слышали, как они воют на болотах. Так свистит, будто дьявол выкликает грешников из могил. Да, так оно и было, лет десять назад. В тот год особенно сильные были ветры. У нас даже гостиницу повредило. А Менингарту еще хуже досталось, он на открытом месте. С дома сорвало крышу, вырвало ворота и отнесло их на четверть мили. Потом несколько месяцев все налаживали. Те ворота уже было не поправить. Пришлось ставить новые, а когда их поставили, на них уже не было названия Менингарт, как на старых. По ошибке, что ли, написали просто Гарт. Ну, исправлять не стали, так и пошло — Гарт, а про Менингарт забыли.

— У одних наших друзей были там знакомые, — сходу придумала Мари-Кристин.

— Значит, сам Мастерман. Он ведь живет один. Он да его собака — вот и все. Музыку любит. На скрипке играет или еще на чем-то.

— Это наверное Эннис, — начала Мари-Кристин.

— Ну да, Эннис Мастерман, он и есть.

— Мы, пожалуй, навестим его, — сказала я. — Как туда можно добраться?

— Путь туда не близкий. Добрых миль пять будет. Вы, милые леди, верхом ездить умеете?

— Да, — с готовностью подтвердили мы.

— К нам часто обращаются постояльцы, просят лошадей, так что мы держим несколько. Обычно мы даем их напрокат на день. Думаю, мы смогли бы вам в этом помочь. У нас есть пара славных кобылок, не слишком норовистых. К тому же они хорошо знают болота. Там нужно держать ухо востро.

— Вы нам сможете объяснить, как попасть в Гарт, не правда ли? — попросила я.

— Ну, разумеется. Ведь это надо же! Кто бы мог подумать, что к Эннису Мастерману приедут в гости две молодые леди из Лондона!

Закончив завтракать, мы отправились прямо в конюшню. Там мы увидели лошадей, о которых шла речь. Мы сказали, что они нам вполне подходят и, получив инструктаж у хозяйки, немедленно тронулись в путь.

— Какая удача! — воскликнула Мари-Кристин. — Когда она рассказала об этих разрушенных воротах, я готова была броситься к ней с объятиями. Теперь понятно, почему никто здесь не знал о Менингарте. Ноэль, мы на правильном пути.

Я была сдержаннее. Естественно, Мари-Кристин не могла чувствовать то же, что и я. А что, если наши предположения верны, и я встречу своего отца, которого никогда в жизни не видела? А, с другой стороны, что, если мы ошибаемся и грубо вмешиваемся в чью-то личную жизнь?

Я была в смятении.

Хозяйка гостиницы объяснила нам дорогу. Мы проехали мимо небольшой деревушки, которую она нам описала — один ряд домов, сельская лавка и церковь. Нужно было очень точно следовать инструкции. Теперь я и сама видела, как легко заблудиться в болотах.

— Если мы едем правильно, — сказала я, — Гарт должен быть вон за тем холмом.

Мы обогнули холм, и нашим взорам открылся он — длинный серый каменный дом, унылый, одинокий и заброшенный.

Мы подъехали к воротам.

— Гарт, — хором произнесли мы. — Это он.

Мы слезли с лошадей и привязали их к столбу. Потом вошли в ворота и оказались на клочке земли перед домом, который едва ли можно было назвать садом — ни цветов, ни травы, одни только разросшиеся кусты.

— Как это все интересно! — сказала Мари-Кристин, сдерживая дрожь.

На дверях был дверной молоток. Я подняла его и резко опустила. Его звук гулко отозвался в тишине. Мы ждали, затаив дыхание. Ответа не было.

Через некоторое время я постучала еще раз.

— В доме никого нет, — сказала я.

— Он просто уехал ненадолго. Он живет здесь, это совершенно ясно. Он должен рано или поздно вернуться.

— Что ж, подождем, может быть, он и вернется, — сказала я.

Мы прошли обратно по тропинке и вышли за ворота. Рядом лежал большой валун, на него мы и сели.

— Может быть, он уехал на несколько дней, на неделю, — предположила я.

— Нет, не говори так! — воскликнула Мари-Кристин. — Я этого не вынесу. Он поехал в ту деревеньку, мимо которой мы проезжали. Ему же нужно запасаться продуктами, правда? Мы найдем его. Просто мы столкнулись с небольшими трудностями, вот и все.