Футбольная горячка - Хорнби Ник - Страница 49

49

Что же мне до конца жизни прятаться за «Арсенал»? Неужели любимый клуб вечно будет служить извинением моего курения, моего нежелания соглашаться на работу, которая совпадает с расписанием домашних игр, и постоянных отказов от приглашений на выходные? Мне кажется, игра с «Ливерпулем» продемонстрировала, что вовсе не «Арсенал», а я сам контролирую свои поступки; и хотя я точно помню, что в тот раз удержался, не выскочил на поле и не стал самым глупым образом пожимать игрокам руки, перед следующими матчами все это было забыто, зато я понял, что теперь не время сражаться с курением. Я уже говорил, что год за годом Носил «Арсенал», словно горб, – и это казалось настоящим природным увечьем. Но я носил свой горб с радостью и заботливо лелеял его, ибо взамен получал то, что другим способом никогда не получишь.

Семь забитых голов и потасовка

«Арсенал» против «Норвича» 04.11.89

Чтобы матч по-настоящему, как следует, запомнился, чтобы болельщик возвращался домой удовлетворенный и счастливый, требуется соблюдение определенных условий:

1) Голы: чем больше, тем лучше. Кое-кто возражает, утверждая, что легкость победы снижает ее ценность, но сам я никогда не видел в этом проблемы (и наслаждался седьмым забитым мячом во встрече с «Шеффилд Уэнсди» так же, как и первым). Если голы забивают и в те и в другие ворота, лучше, когда твоя команда выступает в роли догоняющей: мне особенно нравится результат 3:2 на нашем поле, и чтобы все решилось на последней минуте, а в начале игры был счет 0:2.

2) Немыслимо ужасные судейские решения: я предпочитаю, чтобы от них страдал «Арсенал», а не противник, но так, чтобы судейские ошибки не повлияли на исход матча. Возмущение – основная составляющая полноценного футбола, поэтому не могу согласиться с комментаторами, когда те заявляют, что судейство было хорошим, если судью вообще не замечали (хотя постоянные остановки в игре мне, естественно, тоже не нравятся). Удовольствие получаешь, когда судья не мешает игре, но заметен и ты можешь орать на него и чувствовать, что он тебя обманывает.

3) Шумные зрители: опыт подсказывает, что зрители шумят сильнее всего, когда их команда проигрывает, но играет хорошо, и именно поэтому результат 3:2 мой самый любимый.

4) Дождь, скользкое поле и тому подобное: футбол в августе на хорошем скользком зеленом поле – зрелище эстетически привлекательное, хотя мне нравится небольшая заваруха в слякоти у ворот. Еще немного грязи – и футболисты вообще не смогут играть, однако ничто не сравнится со зрелищем, когда игрок тянется за мячом или пытается перехватить передачу, но падает и прокатывается десять-пятнадцать ярдов. И то, как мы всматриваемся сквозь дождь, тоже добавляет остроту ощущениям.

5) Противник не реализует пенальти: вратарь «Арсенала» Джон Лукич – король по части одиннадцатиметровых, поэтому таких случаев я видел много. Ужас Брайана Макклера на последней минуте в пятом туре игры в розыгрыше Кубка Футбольной ассоциации 1988 года – такой дикий, что чуть не разбежалась вся северная сторона, – остается моим любимым моментом. Но я сохраняю остатки нежности к тщетным усилиям Найджела Клофа во время матча Лиги 1990 года: он пробил и промахнулся, судья назначил повторный удар, но он снова промахнулся.

6) Игрок противника получает красную карточку: «Неожиданная реакция зрителей», – заметил Барри Дейвис во время четвертьфинального матча на Кубок Футбольной ассоциации между «Портсмутом» и «Форестом», когда игрок «Фореста» Брайан Лоз был отправлен с поля, а пришли в неистовство болельщики «Портсмута»; но разве он ожидал чего-нибудь другого? Для фанатов красная карточка – магический момент, хотя очень важно, чтобы удаление не произошло слишком рано. Если это случается в первом тайме, то ведет к скучнейшей победе команды, играющей в полном составе (вспомните встречу «Фореста» с «Вест Хэмом» в полуфинале розыгрыша Кубка Футбольной ассоциации 1991 года), или к такой реорганизации защиты, которая убивает игру. Зато удаления во втором тайме, да еще в напряженных ситуациях, чрезвычайно драматичны. Если бы мне предложили взять с собой на необитаемый остров одного из удаленных, я бы, не задумываясь, выбрал Джона Хейзела из «волков», которого в 1978 году отправили с поля на последней минуте матча четвертого тура розыгрыша Кубка при счете 1:1. Насколько помню, он с размаху врезал Риксу, когда тот пытался забрать у него мяч, чтобы мы поскорее пробили угловой. После вышеупомянутого корнера Макдональд сбросил с себя апатию и, не обремененный ее грузом, вывел нас вперед – к победе. Еще я помню бесконечный персональный дебош Тони Котона в 1986 году на «Хайбери» – поистине есть нечто особенное в таком поведении вратарей, а потом убийственный наскок Мэссинга на Каниджу во время розыгрыша Кубка мира в 1990 году.

7) Непристойный инцидент (то ли глупость, то ли тупость, то ли хамство): здесь мы вступаем в сомнительную с моральной точки зрения область – абсолютно ясно, что игроки не имеют права разжигать и без того взрывчатую массу зрителей. Свара между «Ковентри» и «Уимблдоном» дождливым ноябрьским днем перед оторопевшими десятью тысячами зрителей – это одно дело, и совершенно иное – драка между «Селтиком» и «Рейнджере», если вспомнить, какое едва сдерживаемое противостояние царит на террасах. Но с сожалением и не без любительской грусти приходится заключить, что ничто так не оживляет скучную игру, как хорошая потасовка. Побочные эффекты тоже небесполезны: происходит единение игроков и болельщиков, интрига обостряется, пульс учащается, и до тех пор, пока игра не превращается в соревнование стенка на стенку, я приветствую потасовки. Будь я спортивным журналистом или комментатором, мне пришлось бы надуть губы, неодобрительно крякнуть и потребовать, чтобы зачинщиков призвали к ответу: если бы зуботычины и легкие наркотики поощрялись властями, то моментально бы потеряли свою привлекательность. К счастью, я лицо не ответственное – я болельщик и не обязан ходить по ленточке моральных обязательств.

Во встрече «Арсенал» – «Норвич» в конце 1989 года было забито семь мячей: сначала наши проигрывали 0:2, затем вышли вперед 3:2 и победили со счетом 4:3. Во время матча было назначено два пенальти; один – на последней минуте при счете 3:3 (оба невообразимых решения на совести судьи), но вратарь соперников Ганн защитил ворота, затем мяч отскочил к Диксону, который мягко переправил его в сетку. А потом разверзся ад: почти все, разве что кроме нашего голкипера, принялись размахивать кулаками – казалось, что свалка продолжалась целую вечность, хотя, скорее всего, длилась считанные секунды. С поля никого не выгнали, но не беда: разве можно не наслаждаться такой игрой?

Обе команды жестоко наказали, и это справедливо. В подобной ситуации никто не ждет, что Футбольная ассоциация объявит игрокам благодарности за то, что болельщики смогли насладиться незабываемым зрелищем. А учитывая недавние повсеместно обсуждаемые проблемы «Арсенала», драка, если взглянуть на нее из наших дней, теряет некоторый лоск. Однако главное вот в чем: мы расходились по домам, сознавая, что видели собственными глазами самое важное спортивное событие дня, событие, о котором будут говорить неделями и месяцами, которое станет гвоздем новостей и о котором будут судачить в понедельник на работе. Так что, оказывается, нам повезло: мы видели, как взрослые мужики валяли дурака на глазах тридцати пяти тысяч зрителей – ни за что бы не отказался от подобного зрелища!

Саддам Хусейн и Уоррен Бартон

«Арсенал» против «Эвертона» 19.01.91

Вот вам малоизвестный факт: футбольные болельщики раньше других узнали, что война в Персидском заливе уже началась. Незадолго до полуночи мы сидели перед телевизором и ждали, когда покажут записи фрагментов кубкового матча между «Челси» и «Тоттенхэмом», как вдруг Ник Оуэн, глядя на бегущую строку, объявил новость и выразил надежду, что в недалеком будущем мы все же побываем на «Стэмфорд Бридж» (учитывая обстоятельства, отчет об этой игре в утренней «Дейли миррор», скажем прямо, смотрелся странновато: «Нападающие „Челси“ волна за волной накатывали на „Тоттенхэм“, так что ему приходилось совсем не сладко», и тому подобное). Ай-ти-ви опередило Би-би-си на несколько минут.