Звезда Судьбы - Нейл Питер - Страница 19

— Да, это мои добрые друзья, ведьма. — Теперь Мантис говорил твердым, уверенным голосом. — Могу ли я довериться тебе? Ты не причинишь им зла?

И вновь послышался смех.

— О, ну входите же, входите, — воскликнула она, отметая все опасения Мантиса. — Входите все в дом. Я знала о том, что вы появитесь здесь. Прости меня и забудь эту глупую шутку. Одрат жив, Мантис. Ты его сын, тут не может быть никаких сомнений… Эти глаза и линия подбородка…

Внутри обстановка хижины была столь же убогой, как и ожидал атлант по внешнему виду этого жилища. Здесь имелся деревянный стол, пара табуретов, свечи, расставленные здесь и там, соломенный тюфяк на полу, какая-то грубая одежда, — вот, в общем-то и все, если не считать нескольких кухонных принадлежностей над очагом на стене. Также имелось здесь несколько книг и свитков, а в углу возвышался огромный, окованный железом сундук. Это было настоящее жилище отшельника.

По крайней мере, оно выглядело таким. Кулл ощутил еще при входе, как его пробирает дрожь, и сейчас ему не стало спокойнее. Он обшаривал комнату глазами, одновременно прислушиваясь к болтовне ведьмы, готовый увидеть ловушку в любом жесте или звуке.

Урим также явно чувствовал себя не на месте. Но в то время, как Кулл медленно начал по кругу обходить жилище, разглядывая его в подробностях и пристально изучая столь обыденные предметы, как деревянные ложки и принадлежности для письма, паренек уселся прямо на пол рядом со столом, подтянул колени к подбородку, обнял их руками, не сводя взгляда с Мантиса и Илиссы, поглощенных своей беседой.

— Твой отец — злой человек, — заявила ведьма Мантису. — Да, он еще жив, но для мира все равно что мертв. Он ни с кем не поддерживает связей. Так что, как видишь, я не вполне солгала тебе. Одрат поставил перед собой великую цель. Насколько мне известно, он пытался войти в контакт с Иномирными Сущностями. Время от времени я открывала свои зеркала и пыталась отыскать его дух. Но он так хорошо защищает себя, что я не в силах отыскать его даже с помощью своих приспособлений… Несомненно, именно этого он и желал: чтобы его оставили в покое.

— И тем не менее я обязан отыскать его.

— Наверняка ты унаследовал часть его способностей. Я в этом уверена, — промурлыкала Илисса, с улыбкой глядя на юношу. — Не так ли, Мантис?

— У меня свои причины искать его, — ответил тот, избегая взгляда ведьмы.

— Хм, да, — продолжила Илисса, словно в ответ каким-то собственным невысказанным мыслям. — Тебе бы сейчас эти способности очень пригодились, верно?

— Ты должна мне помочь найти его, — твердо заявил Мантис.

— Должна?

— Тебя можно подкупить, я это знаю. Или убедить, или заставить.

— И кто же сделает это? — поинтересовалась Илисса. Теперь в ее голосе не осталось ни следа былого добродушия. — Этот недоумок, которого вы привели с собой? Или этот тупой дикарь-атлант?

Если ведьма намеревалась вывести Кулла из себя, то ей этого не удалось. Тот давно научился держать себя в руках, и сейчас он лишь вперил в колдунью немигающий взгляд своих серых глаз. Та невольно поежилась и неожиданно улыбнулась атланту.

— Как тебя зовут, красавчик?

— Кулл, — просто ответил тот.

— Это интересное имя…

— Я и сам — интересный человек.

Усмешка Илиссы медленно стерлась с лица.

— И я тоже. Я тоже…

Внезапный образ возник в сознании атланта: он видел, как вспыхнула сталь в его руке, как покатилась с плеч снесенная голова ведьмы… Что угодно, лишь бы покончить со всем этим притворством и издевками… Но Илисса уже отвернулась, вновь обратившись к Мантису, и Кулл растерянно сжал какую-то тряпку, оказавшуюся случайно под рукой, недоумевая, что же на него нашло.

— Ты должен поведать мне, Мантис, почему тебе так важно отыскать отца. — Илисса указала на свой стол. — Прошу тебя, присядь. Не желаешь ли вина?

— Нет, благодарю.

— А ты, Кулл?

Атлант выпустил из рук лоскут ткани и уверенно взглянул ведьме в глаза.

— Нет.

Все же он подошел к столу и уселся рядом с Мантисом напротив Илиссы. Урим, застывший рядом с очагом, пристально наблюдал за ними и с таким интересом прислушивался к разговору, словно понимал его смысл.

Илисса развела руками, упираясь в столешницу и несколько мгновений барабанила по ней пальцами, с интересом разглядывая свои длинные ногти, а затем взглянула Мантису в лицо.

— Так расскажи же мне, зачем ты хочешь отыскать отца.

В душе Мантис, вероятно, понимал, что, хотя и не следует полностью доверять этой женщине, но отчасти он вынужден сказать правду, — поведать ей о своих замыслах, о том, что известно ему самому. В этот миг меч казался ему очень слабым оружием, и не могла его защитить даже гордыня и чувство самодостаточности.

Вот почему он коротко поведал колдунье о битве, что идет к востоку от болота, о жителях деревни, которые вот уже десять лет воюют с колдунами, обитающими в зиккурате на склоне горы.

Он рассказал ей о Тха-Бнаре, загадочном жреце, который был магистром ордена Алого Солнца, и о его силе, рожденной звездой, упавшей с небес, и о том, как появление этой звезды привело к войне между селянами и колдунами, порождая ненависть, и смерть, и разорение, распространявшиеся по всей степи. Он вкратце поведал и о собственных годах бродяжничества, и о том, как случайно встретился с Куллом, и они стали друзьями и сражались бок о бок… Как ради того, чтобы подзаработать деньжат они решили наняться в войско, осаждающее пирамиду… И как отчаяние воюющих передалось и им, заставив Мантиса искать какой-то способ прекратить бессмысленную бойню… Он поведал и о том, как решился, наконец, сделать то, о чем думал уже многие годы: попробовать отыскать своего отца-колдуна.

Покуда Мантис продолжал свое повествование, Кулл пристально наблюдал за Илиссой, которая ни разу не подала голос и не перебила юношу. Атлант заметил, что по мере того, как Мантис вел свой рассказ, черты лица Илиссы незаметно изменялись. Казалось, ведьма сбросила маску капризной красотки и теперь слушала Мантиса с полным вниманием и, кажется, лучше него самого понимала, о чем он ведет речь. Когда Мантис, наконец, закончил, и отзвуки его голоса затихли в комнате, Илисса промолвила тихим свистящим шепотом, в котором ощущались нотки страха и даже обреченности:

— Да, ну конечно! Разумеется, ты оказался связан с этой звездой! Почему же еще ты стал искать своего отца, если бы не из-за этой звезды, что сводит весь мир с ума? Кулл наклонился вперед.

— О чем ты говоришь, ведьма?

Похоже, колдунью ничуть не задел оскорбительный тон атланта, однако, обращалась она по-прежнему лишь к Мантису:

— Когда десять лет назад звезда упала на землю, то многие из нас, адепты тайных искусств, восприняли это как важный знак. С помощью магии мы пытались установить с ней контакт, понять, по какой причине она появилась здесь и какое послание несет с собой. Мы узнали, что небесный камень попал в руки Тха-Бнара. Вот почему магистр ордена и его приспешники до сих пор не смогли разделаться с простыми смертными, что осаждают их пирамиду: все это время они вели куда более суровую и яростную битву с другими… Колдунами, магами, ведьмами, что самыми разными способами пытались украсть эту загадочную силу у Тха-Бнара или вызнать секрет его звезды. Однако, и это не все. Тха-Бнар большую часть энергии небесного посланца отдал на какую-то совсем иную цель, познать которую мы оказались не в состоянии. Небесный посланец, кем бы он ни был на самом деле и с какой бы целью ни явился сюда, дал знать о себе всем нам, кто способен ощутить его присутствие… Но сейчас он понемногу похищает жизнь и разум у всех окрестных существ. С помощью своих магических способностей мы, адепты, в состоянии так-же понять, что эта звезда творит с самим Тха-Бнаром. Прежде он был человеком ученым и наделенным немалыми талантами, хотя и вступил на темный путь. Однако, с тех пор, как он завладел этой проклятой звездой, он сделался совершенно безумен.

— Мы должны уничтожить его! — с горячностью воскликнул Мантис. — И его, и эту звезду!