Звезда Судьбы - Нейл Питер - Страница 46

Атлант увидел, что старец преподнес ему мешочек, содержавший в себе пепел Одрата. Осторожно заглянув вниз, воин увидел, что там еще оставалось немного золы, от которой исходило тускло-голубое сияние; кроме того, в мешочке лежал голубой кристалл, подобранный Мантисом на месте гибели отца.

— Сойан-Тан, я не могу…

— Прах колдуна — мощное оружие, — заявил старец. — Душа Мантиса в опасности, но Одрат был его отцом… Желаю тебе удачи, Кулл.

— И тебе того же, Сойан-Тан.

Воитель привязал мешочек к поясу, затем они с магом стали друг напротив друга, одновременно радуясь и печалясь, вспоминая все, что случилось с ними за эти последние недели, и как много они стали значить друг для друга. Сойан-Тан протянул руки, и они с Куллом креп- ко обнялись.

— Будь счастлив, старик, — негромко произнес атлант, — Пусть Валка дарует тебе покой… И спасибо за все, что ты сделал!

— Да пребудет с тобой сила богов, сын Судьбы. Будь счастлив, Кулл. — Слегка отстранившись, Сойан-Тан заглянул атланту в глаза. — Всегда помни то, чему ты научился за эти дни. Доверяй себе, будь собой и никогда не сомневайся в своем предназначении.

— Я постараюсь, старик.

— И тогда тебя ждет успех, — уверенно продолжил маг. — Ты сам будешь поражен, сколь высоко ты вознесешься.

— Я постараюсь обрести мудрость, Сойан-Тан.

Куда бы ни привела меня дорога, я хочу обрести мудрость.

— И обретешь ее. Ты владеешь ею и сейчас, и станешь еще мудрее в будущем. — Старец вновь обнял атланта. — Да будут боги с тобою, Кулл.

— И с тобой, Сойан-Тан… Возможно, нам еще доведется повстречаться и вместе выпить вина.

— Возможно, и так, — пробормотал старик. — Если не в этой жизни, так в следующей…

С этими словами они расстались, и каждый поскакал своей дорогой.

Через два дня пути атлант вновь оказался на болотах, а еще через день упирающаяся лошадь принесла всадника на берег реки, по другую сторону которой стояла лачуга ведьмы.

Помедлив немного, Кулл снял мешочек с пояса, развязал тесемки и заглянул внутрь. Пепел Одрата едва заметно светился в полумраке, нависшем над болотом. Кристалл также источал голубоватое сияние.

— Одрат, — хмуро пробормотал атлант. — Если судьба души твоего сына хоть что-то значит для тебя, помоги мне теперь!

Он направил своего коня вперед и медленно пересек мутную реку между огромными дубами.

Затем он увидел Илиссу.

Ведьма, высокая и такая же прекрасная, как прежде, на сей раз была одета в простое белое платье и, стоя в дверях хижины, ожидала приближавшегося воина. Спешившись, тот привязал лошадь к дереву и тряхнул головой, откидывая назад длинные волосы.

— Это ты, еще жив, да? — пробормотала Илисса. — Зеленые глаза колдуньи сузились.

— Но многие погибли, — резко отозвался Кулл, оглядываясь по сторонам, словно в поисках чего-то.

— Выжил я и еще один человек.

— Хорошо. Ты выжил, — подтвердила Илисса. — Но зачем ты явился сюда?

— Сын колдуна… Мантис… Он погиб.

— Верно.

— Я знаю, что ты наложила проклятье на его душу, Илисса. — Голос Кулла звучал ровно и уверенно, и он не сводил взора с колдуньи. Я хочу знать, что это были за чары.

Илисса подняла брови и выгнулась, упираясь в бедра руками.

— Так вы и впрямь были друзьями?

— Да, и к чему эти насмешки?

— По-прежнему поражаюсь вам, смертным, — сухо проскрипела Илисса. — Дружба, любовь… Я никогда не могла понять этого безумия.

— Что это были за чары? — ровным голосом повторил Кулл.

— Его душа принадлежит мне, — пояснила Илисса. — Он сам теперь принадлежит мне. И этому болоту. Все очень просто.

— Что я должен сделать, чтобы освободить его?

Илисса презрительно усмехнулась.

— Ты изволишь шутить?

— Ведьма, я никогда не славился терпением, а с тобой у меня и вовсе его надолго не хватит. Что я должен сделать, чтобы вызволить душу

Мантиса? Выкупить ее у тебя? Я могу достать золото. Отслужить тебе? Я готов даже на это, будь ты проклята. Если тебе нужен наемник…

Издевательский хохот Илиссы разжег гнев Кулла, и тот едва сдержался, чтобы не броситься вперед и не сразить ведьму на месте. Но тогда он уже не смог бы спасти Мантиса… Кулл прекрасно знал, какие опасности таит в себе колдовство.

— Нет, воистину, мужчины ради дружбы готовы на любое безумство! — Илисса продолжала смеяться. — Ради друга они даже готовы пожертвовать собой…

Кулл вздохнул поглубже, чтобы взять себя в руки.

— Какова твоя цена? — спросил он вновь. — Ты взяла в плен душу Мантиса, поместила ее в одну из своих болотных тварей. Я хочу, чтобы ты освободила его.

Несколько мгновений Илисса делала вид, будто размышляет над этим, но затем промолвила:

— Ничто из того, что ты мне предлагаешь, не доставит такого удовольствия, как держать в своей власти душу Одратова сына. Он очень силен… Это один из Первозданных Духов… И поскольку он пожертвовал собой по собственной воле, то для меня его мощь воистину бесценна.

— Тогда взгляни на это! — воскликнул Кулл.

Обнажив свой клинок, он показал его Илиссе. Испуганная, та вскинула руки, готовясь защититься от нападения, но тут же успокоилась, обнаружив, что Кулл не намерен нападать на нее.

— Этот меч, — напряженным голосом пояснил атлант, — принадлежал еще моему отцу. Отцовский меч, ведьма! Он сам выковал его и сражался с ним в бою. Когда он был убит, я взял этот клинок с его тела. Теперь в нем двойная сила! Этим мечом я убивал демонов и колдунов. Он пил кровь сотен обезумевших в битве воинов… Он набрал такую силу, что и сам стал мощным магическим оружием.

— Вероятно, ты прав, — слегка нахмурившись, признала Илисса.

— Я… я готов отдать его тебе, — промолвил Кулл. — Или сам приду к тебе на службу, но ты должна освободить Мантиса от своего проклятия.

Илисса опустила веки. Неужто она и впрямь всерьез раздумывала над предложением атланта. Тот придвинулся на шаг, в правой руке протягивая меч, а левую прижимая к боку.

— Мы с этим клинком — одно, — произнес он уверенно, затем голос атланта понизился до заговорщицкого шепота. — Это не просто оружие. Коснись его!

С этими словами атлант протянул клинок, чтобы Илисса могла дотронуться до него. Ведьма с опаской отступила на шаг, сделав быстрый замысловатый жест рукой, после чего всю ее фигуру окружило желтоватое сияние.

— Не пытайся меня обмануть, — заявила она. — Сквозь этот магический покров не проникнет никакая сталь.

— Мой клинок принадлежит тебе. С его помощью ты станешь непобедима. Ощути его силу!

Ведьма по-прежнему взирала на меч. Наконец, она протянула вперед руку и двумя пальцами коснулась острия.

— И впрямь, в нем таится великая сила. Возможно, я даже…

Она подняла голову.

Подняла голову и уперлась взглядом в сверкающие яростью серые глаза атланта…

Левая рука Кулла метнулась вперед, пальцы разжались, и он швырнул пепел Одрата прямо в лицо Илиссе. В тот же миг пепел обратился мириадами искр, прожигающих щеки, губы и зеленые глаза колдуньи.

Илисса закричала. Желтое сияние вокруг нее начало меркнуть.

Тогда Кулл взмахнул мечом, которого ведьма по-прежнему касалась пальцами. Вся его яростная сила ушла в этот удар. Облеченная колдовской силой, ведьма могла бы выстоять перед любым нападающим, но пепел Одрата лишил ее всей магии. Острый, точно бритва, клинок, отрезал кончики пальцев и устремился прямо к горлу колдуньи, пронзая шею насквозь. Даже кости не смогли остановить стремительный бросок клинка. Кровь хлынула фонтаном, когда голова ведьмы откатилась прочь. Руки ее безвольно обвисли, а ноги подкосились. Голова еще катилась по траве, а тело уже рухнуло наземь, заливая кровью все вокруг.

Отскочив назад, Кулл замер в неподвижности, наблюдая за гибелью колдуньи.

Теперь она менялась у него на глазах, превращаясь в глубокую старуху. Затем начались еще более чудовищные перемены: длинные белые руки сперва сделались волосатыми, а потом покрылись чешуей; изумрудные глаза стали похожими на змеиные, а затем и вовсе черты ее лица расплылись. Плоть и кости сделались пылью, которую унес первый же порыв ветра.