Вне закона - Перри Энн - Страница 82

В пути Беззаконец растолковывал мне мои обязанности писца. Я устал спорить с ним да и побаивался немного, увидев, с какой легкостью он прикончил убийцу Уэйна Скорлисса, а потому выслушивал наставления без возражений.

За квартал до отеля на меня мандраж напал.

— И что мы собираемся тут делать? — спросил я.

— Завтракать.

— Мы только что позавтракали.

— В данном случае мы должны пойти на эту жертву. Иногда приходится барахтаться в грязи с жирными котами и следовать их примеру. На-ка, надень это.

Беззаконец протянул мне очки в толстой темной оправе и парик из светлых волос.

— А это зачем?

— Ты будешь здесь инкогнито.

Я нацепил очки с париком, поскольку успел уже осознать, что в каждом шаге моего будущего работодателя есть логика. К тому же я продолжал надеяться, что из-за нелепого прикида нас просто вышвырнут из отеля.

В ресторан мы зашли примерно в десять тридцать. Никто и не думал на меня пялиться.

Когда Беззаконец представился, метрдотель проводил нас к столику в укромном уголке главного обеденного зала. Беззаконец устроился на стуле, повернувшись спиной к залу. Я сидел в нише, скрытой от посторонних глаз банкеткой.

Мы заказали мелко порубленную семгу с яйцами пашот, а еще я взял блинчики с обжаренным беконом в яблоках.

Когда завтрак подали, я заговорил:

— Знаете, я не буду с вами работать.

— Я знаю, что вы не собираетесь соглашаться на эту работу, но день еще только начался.

— Нет. Я с вами не работаю ни при каких условиях. Я ведь даже не знаю, чем мы сейчас занимаемся. Как я могу согласиться на работу, из-за которой даже представить не могу, где поутру проснусь?

— Тебе больше нравится, когда все известно от сих до сих до конца твоей жизни? — хмыкнул он.

— Конечно, нет. Только не хочется связываться с уголовниками и грязной политикой.

— Ты тот человек, Феликс, кто заявляет, что всегда платит налоги, — начал Беззаконец. — Это вводит тебя в элиту уголовного и политического класса. Если покупаешь бензин, или вязаный свитер, или хотя бы бананы, уже принадлежишь к величайшему преступному семейству на земле.

Сам не знаю, зачем я с ним спорил. Я знался с людьми вроде него с тех пор, как в колледж попал. «Обмаранное политикой дурье» — так называл их мой отец. Люди, которым грезятся заговоры в нашей экономической системе, люди, которые верят, что Америка и в самом деле настроена против идеи свободы.

Я говорил ему про Конституцию США. Он говорил мне про миллионы умерших в Африке, Камбодже, во Вьетнаме, в Нагасаки. Я ему — про свободу слова. А он в ответ — про миллионы темнокожих мужчин и женщин, которые большую часть своей жизни томятся в тюрьме. Я ему — про международный терроризм. Он же отмахивался и толковал про экономические блокады Ирака, Ирана, Кубы и Северной Кореи.

Я уже собрался ударить по нему из тяжелой артиллерии: американский народ и роль, какую он сыграл во Второй мировой войне. Но в этот момент подошел человек, лицо которого мне было знакомо, и сел к нам за столик.

— Точно в срок, Рэй, — произнес Арчибальд Беззаконец.

Наш гость был одет в темно-синий костюм и белую сорочку, рукава которой скреплялись сапфировыми запонками. «Рэймонд, — подумал я, — это, должно быть, его имя». Я же знал его под единственным титулом — капитан Дельгадо.

— Приветствую, Арчи, — сказал он. — Приветствую, Феликс. Что стряслось?

Имя мое он произнес уважительно, будто я заслужил место за столом. Как ни хотелось мне опровергнуть это, щекотание для самолюбия оказалось приятным.

— Через два столика справа от вас, — сообщил Беззаконец капитану полиции. — Мужчина и женщина ведут беседу за икрой и омлетом.

Я подался вперед и скосил глаза, пытаясь разглядеть эту пару. Сквозь прозрачную оправу маскировочных очков я узнал Валери Локс, агента по недвижимости с Мэдисон-авеню. Все это время, пока мы вели беседу, она сидела рядом с человеком, мне незнакомым.

На ней был красный ансамбль от Шанель и оранжевый шарф. Ее спутника я раньше не видел. Он очень походил на свинью и тем не менее был красив. Движения его были уверенными до небрежности.

— Вы ведь недавно узнали о краже бриллиантов, не так ли, капитан Дельгадо?

— Вы меня посвящаете или у меня выпытываете? — поинтересовался коп.

— Красные бриллианты, — ответил Беззаконец. — Миллионы стоят. Синдикат, представляемый Лайонелом Стрэнгманом, известил о краже свою страховую компанию.

— Я весь внимание.

— Феликса все еще разыскивают в связи с убийством Генри Лансмана?

— И будут, пока не отыщем другого кандидата.

— Погодите, — встрял я. — Почему вообще на меня подумали?

Дельгадо пожал плечами, но ничего не ответил.

— У мальчика есть право знать, почему его разыскивают, — веско произнес Арчибальд.

— Драгоценности, — отозвался капитан полиции, словно это было совершенно очевидно. — Специальная группа стала расследовать все связи Ламарра, как только поступило сообщение о краже. Лансмана, Брейеля, Корнелла и мисс Локс взяли под колпак. Ее телефон прослушивался. Когда она позвонила Корнеллу, мы услышали ваше имя. Потом, когда вас сфотографировали на месте убийства Лансмана, вы стали подозреваемым.

— А почему не Сакорлисс? — спросил я.

— До него не добраться, — пояснил Дельгадо. — Работает на ФБР — осведомителем.

— И невзирая на это, — буркнул Беззаконец, — Сакорлисс — вот кто ваш убийца.

— А на кого он работает? — спросил Дельгадо.

— Как вы указали, — выговорил Беззаконец не без драматизма в голосе, — на тех самых людей, на кого работаете вы. Он же убил Бенни Ламарра и Кеннета Корнелла. Если вы станете искать материалы по этим убийствам, то обнаружите, что они исчезли. Отправились в Аризону, как я слышал.

— Вот остолопы, мать их!.. — пробормотал Дельгадо.

— Согласен, — кивнул Беззаконец. — Впрочем, у вас есть еще одна головная боль.

— Что?

— Человек, сидящий с мисс Локс, это Рудольф Бикелл, один из самых богатых людей в Канаде. Бриллианты она передает ему. Возможно, уже успела передать.

— Вы хотите, чтобы я арестовал богатейшего канадца на основе вашего устного доноса?

— Тут как в орлянке, мой друг. Резко бросите — и, возможно, все потеряете. Вообще не бросите — упустите шанс, какой раз в жизни бывает.

Беззаконец знаком попросил официанта принести счет, а потом обратился к Дельгадо:

— Вам по карману оплатить наш завтрак, господин полицейский? Поскольку даже простой арест Уэйна Сакорлисса поставит вас в выгодное положение в глазах вашего начальства. Пошли, Феликс.

Он покинул ресторан, как всегда не оплатив счета.

20

Сообщение об аресте миллиардера Рудольфа Бикелла появилось даже в «Уолл-стрит джорнал». Там же выяснялось, каким образом таинственный предприниматель сумел добиться отпуска под залог и покинуть страну уже через три часа после того, как был арестован при выходе из отеля «Полуостров» в Нью-Йорк-Сити. Девица, отвечающая у Бикелла за связь с прессой, поведала журналистам, будто промышленник понятия не имел, что покупаемые им бриллианты краденые и что ни один закон не запрещает приобретать драгоценные камни у официального представителя продавца алмазов. Валери Локс, угодившая в тюрьму, работала на человека по имени Бенни Ламарр, который погиб в автокатастрофе, не имевшей к делу никакого отношения.

В «Джорнал» не сообщалось об убийстве торговца оптическими материалами Уэйна Сакорлисса. Мне пришлось читать об этом в разделе городских новостей «Нью-Йорк таймс». С мотивами преступления полиция так и не разобралась, но не исключала ограбления. Поступали сведения, что Сакорлисс имел при себе крупные суммы наличными, о чем знали многие.

Никому не пришло в голову связать Сакорлисса с Ламарром. И полиция больше не дежурила у дверей моего дома.

На следующее утро в пять пятьдесят я уже стоял возле стойки в здании «Тесла» и мутным от усталости взглядом разглядывал праведную Жанну д'Арк.