Ключ Сары - де Росне Татьяна - Страница 53

___

Летом две тысячи второго года, узнав, что пятьдесят лет назад Сара Старжински уехала из Парижа в Нью-Йорк, я чувствовала, что меня как магнитом тянет через Атлантику. Я не находила себе места и не могла дождаться, когда же улечу отсюда. Я очень скучала по Зое, и мне не терпелось начать поиски Ричарда Дж. Рейнсферда. Я не могла дождаться, когда же окажусь на борту самолета.

Мельком я подумала, а звонил ли Бертран отцу, чтобы узнать, что именно случилось много лет назад в их квартире на рю де Сантонь. Мне он ничего не сказал. Он оставался любезным и вежливым, но каким-то отчужденным. Я чувствовала, что он с нетерпением ждет, когда же я улечу. Для чего? Чтобы спокойно обдумать то, что с нами происходило? Чтобы увидеться с Амели? Я не знала, и мне было все равно. Я сказала себе, что мне уже все равно.

За пару часов до отлета в Нью-Йорк я позвонила свекру, чтобы попрощаться. Он ни словом не обмолвился о том, разговаривал ли с Бертраном, а я не спрашивала его об этом.

— Почему Сара перестала писать Дюфэрам? — спросил меня Эдуард. — Джулия, что, по-вашему, произошло?

— Я не знаю, Эдуард, но сделаю все, что в моих силах, чтобы узнать об этом.

Эти вопросы не давали мне покоя ни днем, ни ночью. И, садясь в самолет несколько часов спустя, я все еще не могла успокоиться, задавая себе один и тот же вопрос.

Жива ли еще Сара Старжински?

___

Моя сестра. Блестящие каштановые волосы, ямочки на щеках, прекрасные голубые глаза. Крепкая, атлетическая фигура, так похожая на мамину. Les soeurs[61] Джермонд. На голову возвышающиеся над женщинами семейства Тезаков. Озадаченные, яркие улыбки. Уколы зависти. Почему вы, американки, такие высокие? Или в том, что вы едите, есть что-то необычное, какие-нибудь Гормоны и витамины? Чарла была еще выше меня ростом. И парочка беременностей не смогла добавить ни капли жира к ее стройной, крепкой фигуре.

Стоило ей увидеть мое лицо в аэропорту, как Чарла моментально догадалась, что я что-то задумала, причем это «что-то» не имело отношения ни к ребенку, которого я решилась оставить, ни к матримониальным трудностям, которые я в данный момент переживала. Пока мы ехали в город, ее телефон звонил не переставая. Ее ассистентка, ее босс, ее клиенты, ее дети, приходящая сиделка, Бен, ее бывший супруг с Лонг-Айленда, Барри, ее нынешний супруг, находящийся в командировке в Атланте, — мне казалось, что звонки не прекратятся никогда. Но я была так рада видеть ее, что ни на что не обращала внимания. Уже оттого, что она была рядом и мы касались друг друга плечами, у меня пела душа.

Как только мы оказались в городском особняке на Восточной 8-й улице, в ее чистенькой, без единого пятнышка, хромированной кухне и как только она налила себе белого вина, а мне апельсинового сока (с учетом моей беременности), я выложила ей все. Чарла мало что знала о Франции. Она неважно говорила по-французски, и испанский оставался единственным иностранным языком, которым она владела в совершенстве. Оккупированная Франция ни о чем не говорила ей. Она сидела и молча слушала меня, пока я рассказывала ей об облаве, о концентрационных лагерях, о поездах в Польшу. О Париже образца июля сорок второго года. О квартире на рю де Сантонь. О Саре. О Мишеле, ее младшем брате.

Я смотрела, как ее миловидное лицо бледнеет от ужаса. Бокал с вином остался нетронутым. Она прижала руку ко рту, покачала головой. К этому моменту повествование уже близилось к концу, и я рассказала ей о последней открытке Сары, датированной пятьдесят пятым годом, отправленной из Нью-Йорка.

Потом она прошептала:

— Боже мой, — и отпила изрядный глоток вина. — Ты приехала из-за нее, верно?

Я кивнула головой в знак согласия.

— И с чего ты собираешься начать ее поиски?

— Помнишь, я дала тебе имя? Ричард Дж. Рейнсферд. Так звали ее мужа.

— Рейнсферд? — переспросила она.

Я повторила его по буквам.

Чарла вскочила с места и схватила радиотелефон.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась я.

Она подняла руку, жестом приказывая мне замолчать.

— Здравствуйте, оператор, мне нужен Рейнсферд, Ричард Дж. Рейнсферд. Штат Нью-Йорк. Все правильно, Р-Е-Й-Н-С-Ф-Е-Р-Д. У вас нет никого с такой фамилией? Хорошо, не могли бы вы посмотреть в Нью-Джерси? Никого? А в Коннектикуте? Отлично, отлично! Да, спасибо вам. Одну минуточку.

Чарла записала что-то на клочке бумаги. А потом с сияющей улыбкой протянула его мне.

— Мы нашли ее, — с торжеством заявила она.

Не веря своим глазам, я прочла номер телефона и адрес: «Мистер и миссис Р. Дж. Рейнсферд. Номер 2299, улица Шепоуг Драйв. Роксбери. Коннектикут».

— Это не могут быть они, — прошептала я. — Не может быть, чтобы все было так просто.

— Роксбери, — протянула Чарла. — По-моему, это где-то в округе Личфилд. Кажется, у меня был кавалер оттуда. Уже после того как ты уехала. Грег Таннер. Настоящий красавчик. Его отец был доктором. Славное местечко этот Роксбери. Примерно сто миль от Манхеттена.

В полном изумлении я молча сидела на высоком стуле. У меня не укладывалось в голове, что я смогу так просто и безо всяких хлопот найти Сару Старжински. Я только что сошла с самолета и едва успела ступить на твердую землю. И вот я уже знаю, где живет Сара. Оказывается, она жива. Это казалось невозможным.

— Послушай, — сказала я, — как мы можем быть уверены, что это именно она?

Чарла уже сидела за столом, включая свой портативный компьютер. Она порылась в сумочке в поисках очков и нацепила их на нос.

— А вот прямо сейчас мы все и узнаем.

Ее пальцы забегали по клавиатуре. Я подошла и встала рядом.

— Что ты делаешь? — заинтригованная, поинтересовалась я.

— Спокойно, не мешай мне, — откликнулась она. Я заметила, что она уже вошла в Интернет.

На мониторе появилась надпись: «Добро пожаловать в Роксбери, Коннектикут. События, общественная жизнь, люди, недвижимость».

— Прекрасно! Как раз то, что нам нужно, — с удовлетворением заключила Чарла, всматриваясь в экран. Потом выхватила у меня из рук клочок бумаги с адресом, снова взяла телефонную трубку и набрала номер, записанный на бумаге.

События развивались слишком быстро. Я не поспевала за ними.

— Чарла! Подожди! Черт побери, что ты ей скажешь, ради всего святого?

Она прикрыла микрофон ладонью. В голубых глазах, устремленных на меня, читалось раздражение.

— Доверься мне, ладно?

Она заговорила своим «адвокатским» голосом. Голосом властного, уверенного в себе человека, держащего все под контролем. Я могла только кивнуть в ответ. Меня охватила паника, я ощущала полнейшую беспомощность. Я вскочила со стула и принялась расхаживать по кухне, бесцельно трогая разнообразные приспособления и водя пальцем по гладким поверхностям.

Когда я набралась смелости, чтобы взглянуть на Чарлу, она широко улыбнулась мне.

— Может быть, тебе все-таки следует немного выпить. И не беспокойся об определителе номера. Мой, как и все, что начинаются с 212, не идентифицируется. — Внезапно она подняла вверх палец, потом ткнула им в сторону телефона. — Да, здравствуйте, простите, я говорю с миссис Рейнсферд?

Я не могла не улыбнуться, слушая, как она заговорила с сильным носовым акцентом. Чарла всегда мастерски меняла голос, когда это было нужно.

— О, простите… Ее нет дома?

Миссис Рейнсферд не было дома. Итак, она действительно существовала, эта самая миссис Рейнсферд. Я слушала, не веря своим ушам.

— Да, э-э, вас беспокоит Шарон Бурстолл из библиотеки «Майнор Мемориал» на улице Саут-стрит. Я всего лишь хотела знать, не согласитесь ли вы принять участие в нашем первом летнем сборе, который должен состояться второго августа… О, я понимаю. Конечно, прошу прощения, мадам. М-м, да. Прошу простить за беспокойство. Благодарю вас, до свидания.

61

Сестры.