Уставы небес, 16 глав о науке и вере - Ирхин Валентин Юрьевич - Страница 114

114

Как все же относиться к тому факту, что реально необратимое поведение макрообъектов является следствием обратимости законов, действующих на микроуровне? Бельгийский физико-химик И. Пригожин, много занимавшийся вопросами обоснования второго начала термодинамики, в конце концов пришел к выводу о фундаментальной роли необратимых процессов:

Необратимые процессы столь же реальны, как и обратимые, и не соответствуют дополнительным ограничениям, которые нам приходится налагать на законы, обратимые во времени (И. Пригожин, От существующего к возникающему, с.11,12).

Итак, мы приходим к выводу, что нарушенная временная симметрия является существенным элементом нашего понимания природы... Стрела времени не противопоставляет человека природе. Наоборот, она свидетельствует о том, что человек является неотъемлемой составной частью эволюционирующей Вселенной (там же, с.252).

Пригожин фактически дополняет фундаментальные законы природы требованием, чтобы процессы, противоречащие второму началу термодинамики, были строго запрещены. Тогда, как он показывает, для систем с неустойчивым движением (подобным биллиардам Синая), можно ввести "внутреннее время", описывающее необратимые изменения состояния таких систем. Отметим, что аналогичные идеи в рамках классической механики ранее высказывал астроном Н. Козырев.

Вольноотпущенник Времени возмущает его рабов. Лауреат Госпремии тех, довоенных годов ввел формулу Тяжести Времени. Мир к этому не готов. (А.Вознесенский, Астрофизик)

Пригожин обращает внимание на связь своей концепции с линейным временем Ветхого и Нового Завета, не раскрывая, впрочем, детально характер этой связи. В то же время, следует иметь в виду, что библейская концепция времени, как обсуждалось выше, существенно сложнее. Пригожин считает существенным недостатком современного естествознания как раз непонимание фундаментальной роли необратимости, особенно обращая внимание на "атемпоральную" позицию Эйнштейна:

Отрицание времени было искушением и для Эйнштейна, ученого, и для Борхеса, поэта. Оно отвечало глубокой экзистенциальной потребности... Физика, для того, чтобы иметь в глазах Эйнштейна какую-то ценность, должна была удовлетворять его потребности в избавлении от трагедии человеческого существования (И. Пригожин, И. Стенгерс, Время, хаос, квант, с. 260).

Стремление Пригожина привести физическую картину мира в большее соответствие с повседневным опытом человеческой жизни, в котором различие между прошлым и будущим в самом деле играет решающую роль, по-видимому, все-таки приводит не к обогащению, а к обеднению картины мира. Вероятно, в действительности обратимость микроскопических законов движения является неким намеком на более глубокий уровень реальности, на котором нет столь привычного для нас различия между прошлым и будущим, в соответствии с "искушением" Эйнштейна, о котором говорится в приведенной выше цитате.

Ты не видишь в творении Милосердного никакой несоразмерности. Обрати свой взор: увидишь ли ты расстройство? Потом обрати свой взор дважды: вернется к тебе взор с унижением и утомленный (Коран 67:3-4).

В то же время, указание Пригожиным на связь времени с трагедией человеческого существования кажется очень глубоким и имеет аналогии во многих религиозных и опирающихся на традицию философских системах (см., например, подробное обсуждение в беседах Д. Бома с Дж. Кришнамурти).

Река времен в своем стремленьи уносит все дела людей И топит в пропасти забвенья народы, царства и царей. А если что и остается чрез звуки лиры и трубы, То вечности жерлом пожрется и общей не уйдет судьбы. (Г.Р. Державин, написано за два дня перед смертью)

Греческий бог времени Кронос (Сатурн) пожирает собственных детей. В индуизме божество времени Кала (либо его женская ипостась - богиня Кали, олицетворяющая божественную энергию - шакти) ассоциируются со смертью и разрушением.

- Как воды рек стремительно и шумно несутся в великий океан, так устремляются те могучие воины, цари Земли, в Твои отверзтые, палящие уста..., чтобы, исчезнув в них, найти там смерть. Все поглощая впереди и позади и со всех сторон, пламя бессчетных Твоих языков испепеляет всех... Что сокрыто в Тебе - я стремлюсь познать. Но Твой нынешний образ ужасает меня.

- Я - Время, что несет отчаяние в мир, что истребляет всех людей, являя свой закон на Землю. Никто из воинов, которые, готовясь к битве, строятся в ряды, не ускользнет от смерти. Ты один (личный смысл!) не перестанешь жить (диалог Арджуны и Кришны, Бхагавадгита 11:29-32).

Приведем также пассаж, принадлежащий христианскому автору.

- Вы обещаете не... ничего не делать, если я подойду?- спросила Джил.

- Я не даю обещаний,- ответил лев.

Джил так хотелось пить, что, сама того не замечая, она подошла на шаг ближе.

- Вы едите девочек?- спросил она.

- Я проглотил много девочек и мальчиков, мужчин и женщин, королей и императоров, городов и царств,- ответил лев. Он сказал это без хвастовста, сожаления или гнева. Просто сказал.

- Я боюсь подойти,- сказала Джил.

- Тогда ты умрешь от жажды,- заметил лев.

- Вот ужас! - сказала Джил, делая еще один шаг вперед. - Лучше я пойду поищу другой ручей.

- Другого ручья нет, - сказал лев (К. Льюис, Серебряное кресло).

Здесь используется библейский образ льва, символизирующий Бога (см, напр., Осия 5:14, Иов 10:16). В следующем анекдоте при желании можно увидеть буддийские (или кастанедовские - с заменой льва на орла) мотивы.

Идет лев по лесу, встречает волка и говорит ему:

- Завтра в девять часов приходи на завтрак, я тебя съем. Вопросы есть?

Волк заплакал и пошел прочь. Далее навстречу льву идет медведь.

- Завтра в двенадцать часов приходи на обед, я тебя съем. Вопросы есть?

Медведь заплакал и пошел прочь. Затем лев встречает зайца.

- Завтра в девять часов вечера приходи на ужин, я тебя съем. Вопросы есть?

- А можно не приходить?

- Можно, вычеркиваю.

В традиционных религиях ограничение человека пространством и временем связывается грехопадением.

Он сказал: "Низвергнись! Одни из вас враги для других. Для вас на земле местопребывание и пользование на время" (Коран 7:23(24)).

Особенно остро и конкретно, как уже говорилось в разделе 15.1, ставится проблема освобождения от времени в буддизме (приведем еще слова Догэна: "Добро и зло суть время, а время не хорошо и не дурно"). Предельно трагическое отношение ко времени характерно для гностицизма, где говорится о заброшенности и изгнании душ в пространство (эоны) и время.

Они (власти) породили Судьбу и через меры, периоды и времена сковали богов на небесах, ангелов, демонов и людей, так что все попали под ее узы (Апокриф Иоанна).

Я (Спаситель) скитался по мирам и поколениям... В этом мире я пребываю тысячи мириадов лет и никто не узнал, что я был там (мандейский текст).

Не менее обостренно и тонко воспринималась тема зависимости от времени в западной традиции, в частности, российской интеллигенцией (вспомним знаменитую строку Пастернака "у времени в плену"). Не последнюю роль здесь сыграли трагические события ХХ века.

Георгий Иванович [Гурджиев] любил повторять: "Знатоки времени знают свое время и оттого не зависят от времени вообще" (А.М. Пятигорский, Философия одного переулка).

В книге "Страх и трепет" С. Кьеркегор связывает понятие веры с движением (скачком) за пределы временности, конечности. О возможности преодоления времени писал философ О. Вейнингер.