Уставы небес, 16 глав о науке и вере - Ирхин Валентин Юрьевич - Страница 78

Впрочем, соответствующее "мистическое" ощущение понятно и нерелигиозному человеку:

Небезызвестно, твердят теологи, что, стоит Господу хоть на мгновение отвлечься и забыть о моей правой руке - я ею сейчас пишу, - и она, словно проглоченная пастью небытия, канет в пустоту. Поэтому они и говорят: сохранение нашего мира - это акт вечного творения; взаимоисключающие глаголы сохранять и творить - для Неба синонимы (Х.Л.Борхес, История вечности).

Как уже отмечалось, в православной догматике важную роль играет понятие божественных энергий (см. главы 2,13,14), которые, согласно св. Григорию Паламе, не принадлежат тварному миру. Их постоянное действие в тварном мире означает незамкнутость последнего. Формулировка, что только Богом держится мир, является, как мы видели, безусловно традиционной. Возможно, не было бы неправильным сказать на языке современной физики (по крайней мере, если понимать это как некую частную аналогию), что квантовая интерференция для всей Вселенной как целого, означающая хаос вероятностей, непрерывно разрушается Наблюдением, которое удерживает Вселенную в определенном состоянии.

Не говори: я скроюсь от Господа; неужели с высоты кто вспомнит обо мне? Во множестве народа меня не заметят; ибо что душа моя в неизмеримом (!) создании? Вот, небо и небо небес - Божие, бездна и земля колеблются от посещения Его. Равно сотрясаются от страха горы и основания земли, когда Он взирает (Сирах 16:16-19).

Как обычно, постараемся проиллюстрировать серьезное (серьезнее некуда!) утверждение также цитатой из внешне несолидного источника:

На Короле был красный ночной колпак с кисточкой и старый грязный халат. Он лежал под кустом и храпел с такой силой, что все деревья вокруг сотрясались. ...

- Ему снится сон! - сказал Траляля. - И как по-твоему, кто ему снится?

- Не знаю, - ответила Алиса.

- Ему снишься ты! - закричал Траляля и радостно захлопал в ладоши. Если б он не видел тебя во сне, где бы ты, интересно, была?

- Здесь, конечно, - сказала Алиса.

- А вот и ошибаешься! - возразил с презрением Траляля. - Тебя бы вообще не было! Ты просто снишься ему во сне!

- Если этот вот Король вдруг проснется, - подтвердил Труляля, ты сразу же - фьють! - исчезнешь, словно тебя и не было (Л.Кэрролл, Алиса в Зазеркалье - кстати, тоже описание сна).

Аналогичные до некоторой степени положения можно найти и в других религиозных системах. Однако вопрос о роли субъекта (или Субъекта) наблюдения может решаться по-разному. Абсолютное противопоставление субъекта и объекта здесь вряд ли оправдано, и особенно оно не характерно для восточной философии (впрочем, как видно из приведенной выше цитаты из Дионисия Ареопагита, аналогичные положения присутствуют и в христианстве). Как уже говорилось в гл.2, полное тождество Бога и индивидуальной души провозглашается в адвайта-веданте Шанкары, откуда и происходит ведантистское понимание Свидетеля:

Я есмь Атман, Свидетель всего(!), Я обладаю природой Чистого Сознания. Я не являюсь ни Неведением, ни даже его проявлением, Я есмь только Брахман, Вечно Чистое, Вечно Просветленное, Вечно Бдящее, Вечно Свободное Абсолютное Существование. Я есмь Абсолютное Блаженство, Единое без второго и Глубочайшее Сознание (трактат Пятиричность).

К той же школе принадлежит учение современного индийского мистика Шри Рамана Махарши:

Веданта говорит, что вселенная появляется в поле зрения одновременно с видящим... Без видящего нет объектов видения. Найдите наблюдателя, и творение окажется включенным в него... Шанкару критиковали за его взгляды на майю [иллюзию], не понимая существа вопроса. Он показал, что (1) Брахман реален (2) вселенная нереальна и (3) вселенная есть Брахман. Шанкара не останавливался специально на втором утверждении, ибо третье объясняет остальные два. Оно означает, что вселенная реальна, если воспринимается как Атман, и нереальна, если понимается отдельной от Атмана. Следовательно, майя и реальность - одно и то же (Будь тем, кто ты есть, с. 250, 251,253).

Исходные священные тексты индуистской традиции содержат богатую символику и имеют более широкий смысл:

Тот, кто находясь в земле (далее: воде, огне, воздушном пространстве, ветре, небе, солнце, странах света, луне и звездах, пространстве, темноты, свете, существах, дыхании, речи, глазе, ухе, разуме, коже, познании, семени), отличен от земли (...), кого земля не знает, чье тело - земля (...), кто изнутри правит землей (...), - это твой Атман, внутренний правитель, бессмертный (Брихадараньяка упанишада).

Две птицы, соединенные вместе друзья, льнут к одному и тому же дереву одна из них поедает сладкую ягоду, другая смотрит [на это], не поедая. На том же дереве - человек, погруженный [в горести мира], ослепленный скорбит о [своем] бессилии. Когда же он зрит другого - возлюбленного Владыку и его величие, то освобождается от скорби (Шветашватара упанишада).

22 Наблюдающий, Поддерживающий, Всепринимающий великий Ишвара, а также Божественный Атман - так именуется в этом теле Высочайший Дух. 26 Знай, что все существующее - неподвижное и движущееся - происходит от взаимодействия "поля" и "Знающего поле". 28 Кто действительно видит Ишвару равно пребывающим всюду, тот уже не может сойти с истинного пути. 29 Тот, кто видит, что все действия исполняются лишь в пракрити (природе, материи), Атман же остается бездействующим, - тот, воистину, видит. 32 Как вездесущая пустота не смешивается ни с чем по причине своей тонкости, так и Атман, пребывающий в телах, не смешивается ни с чем. 33 Но подобно тому, как Солнце освещает землю, так и Владыка "поля" озаряет все "поле", о Бхарата. 34 Кто очами мудрости видит эту разницу между "полем" и "Знающим поле" и познал процесс освобождения чувств от пракрити - тот приближается к высшей цели (Бхагавадгита 13, перевод В.В.Антонова).

Мистики, в том числе христианские, часто оказываются "между" религиозными и философскими концепциями:

Око, которым я взираю на Бога, есть око, которым Бог взирает на меня. Мое око и око Божье едины в видении, и в ведении, и в любви (Мейстер Экхарт).

Я знаю, что без меня Бог не сможет прожить и мгновение. Уйди я в небытие, и Он перестанет существовать (Ангелус Силезиус).

Глубокое осмысление вопроса о реальности и наблюдателе предлагает буддийский подход (который, как обсуждалось в гл. 4, тесно связан с психологией - и этот психологизм ставился ему в упрек Шанкарой). В махаяне часто говорится, что единственная реальность - это наш ум (напомним также известный дзенский ответ на вопрос о Будде: "это сознание и есть Будда"). Школа йогачаров вводит понятие единого источника (сокровищницы) сознания алая-виджняны. Однако и эта концепция опровергается школой мадхьямика, созданной Нагарджуной:

Нагарджуна оспаривает положение йогачаринов "один лишь ум" и фактически подвергает полному сомнению даже само существование этого ума. Он говорит, что любой взгляд можно опровергнуть и что не следует останавливаться на каком-то одном ответе или описании реальности, крайнем или умеренном (опять вспоминается принцип дополнительности! - В.И., М.К.)... Для того, чтобы утверждать, что все существующее - это лишь игра ума, должен существовать также и кто-то, наблюдающий этот ум, познающий этот ум, удостоверяющий его существование. ... Но согласно собственной философии йогачаринов, согласно философии "самосветящегося познания", субъективные мысли о каком-то объекте ведут к заблуждению, поскольку не существует ни объекта, ни субъекта, а имеется только один ум, частью которого будет и наблюдатель. Поэтому утверждать, что этот единый ум существует, невозможно... Поскольку нет никого, кто воспринял бы ум, или реальность, само понятие существования в виде "вещей" или "формы" ошибочно; нет реальности, нет того, кто бы воспринял ум или реальность, нет мыслей, проистекающих из восприятия реальности. И если мы устранили это предварительное мнение о существовании ума и реальности, тогда ситуации возникают во всей ясности, как они есть. Нет никого, кто должен наблюдать, никого, кто должен что-то познавать. Реальность просто есть, и как раз это подразумевает термин "шуньята". Благодаря такому прозрению устранен наблюдатель, который отделяет нас от мира (Чогьям Трунгпа, Преодоление духовного материализма, с.176,177).