Рапсодия: Дитя крови - Хэйдон Элизабет - Страница 153

— А как насчет того, чтобы помочь с земледелием? И больницей? И решить вопросы с образованием?

— Все сделано.

— А как насчет того, чтобы проследить за плодами твоих трудов? Что будет с виноградниками? Приближается весна: скоро придет время сеять. Все это очень важно для людей, о которых ты заботишься.

— А как насчет того, чтобы избавить их от гнева дракона? — ответила Рапсодия. — Ты забыл, каким он бывает?

Мне кажется, тебя гораздо больше заботит мой проводник, чем возможные последствия нападения дракона. Не слишком разумное поведение для короля.

— Ой пойдет с тобой, — предложил Грунтор. Рапсодия улыбнулась великану болгу:

— Нет, ничего не получится. В некотором смысле, ты здесь нужнее, чем он.

Акмед согласно кивнул.

Рапсодия заметила, что выражение его глаз изменилось, но он промолчал. Тогда она взяла короля за руку:

— Мы столько лет дружны с тобой — неужели мы не можем говорить друг другу то, что действительно думаем? Почему бы не сказать прямо, что ты за меня беспокоишься? Что боишься гнева дракона, который может меня убить или захватить в плен? Что ты не веришь Эши, и тебе кажется, будто он не сможет защитить меня?

Акмед посмотрел ей в глаза:

— А разве я не так сказал? Рапсодия с улыбкой покачала головой.

— Ты все понимаешь, однако собираешься отправиться в путешествие? — спросил Акмед.

Рапсодия вздохнула:

— Кто-то должен отнести коготь. Я уже немало сделала здесь, и без меня работа будет продолжаться. И я в состоянии позаботиться о себе сама. Неужели ты забыл, что, прежде чем встретить вас, я долго жила одна. Я справлюсь. И с Эши, если потребуется. У меня же есть Звездный Горн! — Она почувствовала, как улыбается Грунтор, и повернулась к великану: — Скажи ему, Грунтор! Скажи, что со мной все будет в порядке.

— Ой не может, мисси. Ты знаешь, Ой никогда не лжет его величеству.

Рапсодия снова вздохнула:

— Твоя вера в меня вдохновляет. — Она снова обратилась к Акмеду: — Помнишь, что я сказала тебе на берегу озера в Элизиуме? Мне необходима цель в жизни, шанс что-то сделать для людей, которых я люблю. Сейчас у меня появился такой шанс, Акмед. Я могу помочь болгам. Совершить то, что не в силах сделать ты. Здесь мой дом. И я должна рискнуть, чтобы его обезопасить. Это важно и для меня, и для болгов.

— Тогда иди, — сказал Акмед. — Возьми с собой Джо. Как долго тебя не будет?

Рапсодия заморгала:

— Ты хочешь, чтобы я ушла? Он сердито фыркнул:

— Не будь дурой. Конечно же, я не хочу, чтобы ты уходила. Однако я понимаю, что не смогу тебя удержать. Мы слишком давно вместе, и я хорошо знаю, кто выйдет победителем из нашего спора. Ну, раз уж ты приняла решение, остается снабдить тебя всем необходимым и проверить разумность твоих планов. Давай договоримся о сроках, когда ты вернешься. После истечения указанного времени мы разделим твои вещи, займем твои покои и забудем о тебе.

Рапсодия провела рукой по волосам, пытаясь сообразить, что означает такой неожиданный поворот разговора.

— Хорошо, — смущенно сказала она. — Но я не могу взять с собой Джо.

— Она прикроет тебя. И не будет болтаться у нас под ногами.

— Мне наконец удалось найти место, где девочка оказалась в безопасности, а ты хочешь, чтобы я потащила ее за собой через весь континент в самое логово дракона? — сердито возразила Рапсодия. — Тут с я тобой не согласна! Не говоря уже том, что именно ты вечно тревожишься из-за ее длинного языка. Она может выдать наши тайны Эши или кому-нибудь другому.

— Кстати, об Эши, — серьезно проговорил Грунтор. Предупреди его, что если с тобой случится какая-нибудь гадость или ты не возвернешься, Ой найдет его, и тогда ему будет о-о-очень плохо.

Рапсодия рассмеялась:

— Я ему скажу. — Она наклонилась к Акмеду и поцеловала его в щеку.

Через пять дней они с Эши покинули Илорк и двинулись на запад. Перед уходом Рапсодия много времени проводила с Джо, которая рвалась пойти вместе с ней. Лишь Грунтору в конце концов удалось уговорить ее остаться.

— Ты хочешь, чтобы Ой лишился герцогини и маленькой мисси? Сразу? Неужели у тебя нет сердца, Джо? Ой будет скучать. Ой свернется в уголке и помрет.

Женщины не выдержали и рассмеялись.

— Как ты можешь не пойти навстречу таким мольбам? — спросила Рапсодия, обнимая сестру. Она крепко прижала ее к себе и прошептала так, чтобы ее могла слышать только Джо: — И присмотри за другим: он нуждается в этом еще больше.

Джо молча помотала головой.

Последний день Рапсодия провела с Акмедом. Они обсуждали планы на будущее или просто сидели рядом и молчали.

— Ты хочешь, чтобы я что-нибудь от него скрыла? — спросила Рапсодия у Акмеда во время тихого обеда в покоях.

Акмед внимательно посмотрел на нее.

— Говори все, что захочешь. — На его лице появилась улыбка.

Рапсодия удивилась:

— Ты уверен?

— Полагаю, ты не скажешь больше того, что необходимо.

— Да, конечно. И постараюсь выяснить побольше о странных набегах.

— Только не подвергай себя лишней опасности, — не стал спорить Акмед. — И еще: проследи, нет ли связи между набегами и Эши. Я уже давно подозреваю, что такой вариант не исключен.

Рапсодия удивилась:

— Что ты имеешь в виду?

— Горные Глаза напали на нас, как только он появился здесь. Последние два набега, о которых нам известно, произошли возле Бет-Корбэра, перед тем как мы встретили Эши в городе, и вскоре после этого. Возможно, какая-то связь все-таки существует. Она вздрогнула:

— Надеюсь, ты ошибаешься.

— Я тоже. Еще не поздно изменить планы. Рапсодия задумалась.

— Лучше рискнуть сейчас и попытаться повлиять на результат, чем прятаться и ждать, когда небо обрушится нам на голову, — просто сказала она.

Трое друзей вышли попрощаться с Рапсодией и Эши перед рассветом пятого дня. Певица обнялась и расцеловалась с каждым из них, не проронив ни одной слезинки и заверяя всех, что непременно вернется живой и здоровой.

А потом они ушли.

— Рапс никогда не вернется, да? — со слезами на глазах спросила Джо, когда две тени исчезли за далекими очертаниями гор. Девушка была слишком расстроена, чтобы делать вид, что ей на все наплевать.

— Нет, маленькая мисси, не надо так думать, — ответил Грунтор, положив могучую руку на ее хрупкие плечи. — Герцогиня совсем не такая беспомощная, какой представляется на первый взгляд. Наверное, ты уже знаешь.

Джо сердито вытерла глаза:

— Она помрет, а я навсегда останусь тут с вами. Замечательно!

Акмед едва заметно улыбнулся:

— Ну, твое положение среди болгов улучшится. Ты станешь Первой Женщиной, новой герцогиней Элизиума, а при дворе будешь играть роль Таинственной Блондинки, если не придумаешь чего-нибудь получше. Тогда мы сможем устраивать аудиенции.

— Ну и мерзавец же ты! — И Джо с мрачным видом ушла прочь.

Грунтор прикрыл глаза от косых лучей встающего солнца.

— А если она и правда погибнет, сэр? Как мы узнаем? Акмед пожал плечами, его охотничьи глаза искали тень Рапсодии на западном горизонте и не находили.

— Мы не узнаем, но ветер принесет нам ее последнюю песню: Дающие Имя из расы лиринов обладают связью с музыкой и смертью. — Он почти беззвучно вздохнул. — Или услышим последнее биение ее сердца…

Ритмичный успокаивающий звук, который оказывал такое благотворное влияние на его чувствительную кожу, стихнет, исчезнув, словно погасшее пламя свечи…

Акмед отбросил мрачные мысли.

— Постараемся пока обойтись без нее. Ты заметил — когда она сказала, что с ней все будет в порядке, ее голос прозвучал не как у Дающей Имя?

Грунтор кивнул:

— Она его использует, только когда уверена, что говорит правду.

Когда они с Эши взобрались на вершину последнего утеса предгорий, Рапсодия повернулась и посмотрела на восток, где только что появилось утреннее солнце. Она прикрыла ладонью глаза, размышляя о том, действительно ли внизу протянулись длинные тени трех людей, которых она любила больше всего на свете, или перед ней лишь отражения скал, угрюмо вздымающихся к небу.