Рапсодия: Дитя крови - Хэйдон Элизабет - Страница 88

— Ну, пора навести тут порядок, — заявил Грунтор, захлопнул за собой дверь, а потом вставил в пазы здоровенную балку — открыть дверь снаружи будет совсем непросто. — Сэр, Ой думает, что теперь мы знаем, почему ты снова начал чувствовать кровь.

— Давайте выясним, кто здесь еще есть, — ответил Акмед, оглядывая коридор.

Потом он повернулся к одной из боковых дверей и жестом показал на нее. Рапсодия встала с одной стороны, Грунтор с другой. По сигналу Акмеда великан ударил в дверь рукой. Раздался треск ломающегося дерева, и сорванная с петель дверь рухнула на пол. Акмед поднял факел над головой и увидел пустую комнату.

Точнее, это был вытянутый зал, уставленный полированной деревянной мебелью. Пол в центре покрывал большой тканый ковер, один край которого портило темное пятно. Несколько окон выходило во двор.

Акмед пересек комнату, остановился возле темного пятна, наклонился и потрогал его пальцем. Пятно давно высохло — возможно, с тех пор прошло несколько лет, — но он сразу понял, что это кровь. Здесь убили человека, и кровь еще долго вытекала из раны, прежде чем тело унесли.

Грунтор стоял возле двери, сожалея о том, что здесь мало места и он не сможет воспользоваться секирой. Пока они находятся внутри дома, великану придется орудовать Перышком. Он бросил быстрый взгляд в окно и почувствовал, как внутри у него все сжалось, хотя фирболг многое повидал на своем веку и давно научился держать свои чувства в узде.

Рапсодия подошла к следующей двери, некоторое время прислушивалась, а потом покачала головой:

— Ничего. Что дальше?

— Сюда, — сказал Акмед после коротких раздумий и остановился возле следующей двери.

Грунтор и Рапсодия заняли прежние позиции, и все повторилось снова. Они оказались в зале, который заканчивался у самой башни. Большие окна выходили во двор, а на противоположной стене висели выцветшие гобелены, оскверненные экскрементами. В дальнем конце зала находилась широкая лестница. Несколько дверей вели во двор.

Возле стены с гобеленами стоял костяной трон. Он был построен из реберных клеток, бедренных костей и позвонков и украшен семью черепами. На сиденье валялась мягкая красная подушка из бархата. А в центре зала сидели и лежали дети, прикованные друг к другу за щиколотки тяжелыми железными цепями. Они напоминали стаю загнанных волчат. Рапсодия сразу заметила, что здесь собраны представители самых разных народов и возрастов.

На лицах и телах пленников выделялись синяки и кровоподтеки, а детские глаза видели такое, что и представить себе невозможно. Они дрожали на холодном зимнем ветру, который задувал сквозь открытые окна и двери. С того момента, как в зал вошли Рапсодия и двое болгов, никто не произнес ни слова и не заплакал.

Трое друзей сразу все поняли.

Это были наварнские дети.

33

ПЕЧАЛЬ НАПОЛНЯЛА ДУШУ Рапсодии, когда она заглядывала в маленькие лица. Дети испуганно дрожали — лес человеческих листьев на жестоком ветру.

Однако никто не шевелился, за исключением старшей девочки, на вид лет шестнадцати, связанной по рукам и ногам, но продолжавшей бороться с путами. Наконец шок прошел, девочка успокоилась, заморгала и опустила глаза.

— Не бойтесь, мы пришли вам помочь, — сказал а Рапсодия и улыбнулась. — Мы заберем вас отсюда и вернем домой.

Дети молча смотрели на нее, а Грунтор и Акмед быстро двинулись к дальней двери.

Рапсодия повернулась к Акмеду:

— Ты не видел у стражников ключи?

— Сейчас на это нет времени. Нам нужно выяснить, кто тут главный.

— Их по меньшей мере девять, — сказал а девочка, связанная по рукам и ногам.

— Ты знаешь, где они находятся? — спросила Рапсодия.

— Нет, — ответила девочка. — Но приходят через эту дверь. — Она кивнула в сторону дальнего конца зала, который болги еще не успели осмотреть.

Грунтор убрал секиру и достал Перышко. Друзья приготовились взломать дверь.

— Спасибо тебе и ни о чем не беспокойся, — сказал а Рапсодия. — Мы освободим вас, когда вернемся. — И она еще раз улыбнулась детям.

— Только не рассказывайте им, кто их выдал, если вас схватят, — ледяным тоном произнесла девочка.

Рапсодия кивнула в сторону двух болгов:

— Можешь за них не беспокоиться. Как тебя зовут, милая?

— Мы готовы, — позвал Акмед, вставший у двери.

— Ну, во всяком случае, не МИЛАЯ, — сверкнув глазами, заявила девочка.

— Ее зовут Джо! — сообщила хорошенькая девчушка лет шести. — Она сказал а им, когда они начали ломать ей пальцы. А я — Лизет.

Джо неодобрительно глянула на девчушку, но та этого не заметила. Она смотрела на Рапсодию, не в силах оторвать взгляда от Певицы.

— Ты закончила? — нетерпеливо спросил Акмед.

— Мы вернемся, — еще раз обещала детям Рапсодия.

Она обратилась к ним как Дающая Имя, используя мелодию истины. И спустя мгновение увидела, как в глазах детей появилась вера. Певица отправила им воздушный поцелуй и подошла к фирболгам. Старшая девочка что-то пробормотала, но Рапсодия не расслышала ее слов.

Из соседней комнаты донеслись крики и звук шагов. Рапсодия быстро заняла свое место возле двери, которая почти тотчас распахнулась. Двое стражников, вооруженных копьями, вбежали в зал и оказались как раз напротив Акмеда и его квеллана.

Рапсодия услышала хорошо знакомый шипящий звук и краем глаза увидела, как серебристая полоска из тонких дисков пронеслась мимо стражников в открытую дверь.

«Он стреляет в людей в соседней комнате», — с отстраненным восторгом подумала Певица: быстрота и точность движений, с которыми Акмед перезаряжал свое оружие, до сих пор поражали ее.

Она сделала выпад пылающим мечом, и Звездный Горн вошел в бок стражника, пытавшегося атаковать Акмеда. Противник упал, и меч легко выскользнул из раны. Взмах пятифутового клинка Грунтора — и голова второго стражника покатилась по полу. Ужас происходящего заставил реальность отступить, словно девушка наблюдала за схваткой со стороны.

Акмед указал на распахнутую дверь.

— Вперед, — прошептал он.

Они с Грунтором едва не столкнулись, но Рапсодия успела проскользнуть первой. Великан бросился вслед за ней.

Прошло всего несколько коротких мгновений — и на полу распростерлись шесть тел.

Посреди комнаты стояла одетая в белое женщина, отчаянно отдающая приказы горстке мужчин, сбегавших вниз по широкой лестнице. Вдоль каменных стен тянулись ряды полок, на которых лежали книги и манускрипты. Кроме того, Рапсодия успела заметить несколько удобных кресел и больших столов. Судя по всему, здесь когда-то была библиотека.

Рапсодия и Грунтор бросились вперед, стараясь не попадать на линию огня: Акмед продолжал стрелять. Ревущему во всю мощь луженой глотки Грунтору потребовалось пять шагов, чтобы добраться до середины комнаты. При виде такого чудовищного противника солдаты в ужасе застыли.

Рапсодия подскочила к женщине в белом. Горящие ненавистью глаза женщины уставились на Рапсодию.

Потом женщина вытащила единственное оружие, которое у нее имелось, — длинный обсидиановый кинжал. Рапсодия почему-то сразу поняла, что именно этим оружием приносили в жертву детей. В ее глазах зажглась ответная ненависть, когда ей стало ясно: незнакомка в белом — она, она! — убивала ребятишек.

Певица вложила в удар меча всю ярость, которая накопилась в ней, — Грунтор мог бы гордиться своей ученицей. Однако женщина отступила и сделала выпад кинжалом.

Рапсодия потеряла равновесие, и острая боль пронзила левое плечо. Она поморщилась, сделала вдох и бросилась в новую атаку. Женщина в белом даже не успела вскрикнуть, когда Звездный Горн вонзился в ее сердце. И вновь воздух наполнился едким запахом горящей плоти, но ни капли крови не пролилось на пол. Тело женщины еще не успело упасть, а огненный клинок уже прижег рану.

Новые диски просвистели совсем близко от головы Рапсодии. Она не удостоила упавшую противницу взглядом, а принялась оглядываться по сторонам. Живых врагов здесь больше не осталось.