Чернильный орешек - Хэррод-Иглз Синтия - Страница 74

Когда Мэри-Эстер с дочерьми возвратились домой, Анне удалось подкупить одного из молодых конюхов и поручить ему наблюдение за Йоркским гарнизоном, который должен был пройти мимо их дома к месту сбора войск.

– Как только они подойдут, сообщишь мне, но смотри, сделай это тайком, ни одна душа не должна знать, кроме тебя и меня, ты понял?

Парень все отлично понял.

– Только вот как же я подойду к вам, мисс? – спросил он. – У меня ведь нет никаких дел в доме.

– Я найду какой-нибудь способ встретиться с тобой. Может быть, я смогу помочь своей сестре восстановить ее сад, а ты ко мне можешь придти. Станешь в сторонке и тихонько позовешь меня – я и подойду. Сделаешь это, и я с тобой щедро рассчитаюсь.

Парень с сочувствием посмотрел на нее. Он частенько бывал среди слуг, помогавших на охоте, и знал о ее любовных интрижках больше, чем она могла представить.

– В этом нет нужды, мисс. Я бы в любом случае помог вам.

Но Анне не повезло: как раз когда гарнизон Йорка промаршировал мимо, вся семья находилась в доме за обедом, и только в седьмом часу ей удалось снова выскользнуть на двор. К ней тут же приблизился молодой конюх, Саймон. Приложив палец к губам, он направился в конюшни. А там он сообщил ей:

– Они ушли, мисс. Я не мог передать это вам. Они вот уже два часа как ушли.

Анна побледнела.

– Ушли?! Саймон кивнул.

– Они теперь уж там, у Марстона, мисс.

– Но я должна поговорить с ним! – закричала она. – Я должна увидеть его, пока не…

– У меня есть одна идея. Провиантские повозки должны отвезти ужин в армию. Я легко могу нагнать их верхом. Если вы напишите письмо и отдадите мне или записочку какую, где будет то, что сможет понять только он, я упрошу кого-нибудь из возниц взять это с собой.

– Только он?! – резко переспросила Анна. Саймон добродушно посмотрел на нее.

– Ну да, младший лейтенант Саймондс, мисс. Да не тревожьтесь вы так, мисс, уж я-то знаю, как держать язык за зубами. Я вот только видел, как вы с ним вместе ускакали с охоты, а когда вернулись, спины-то у лошадей были едва теплыми.

Анна прикусила губу.

– Я должна его видеть, – сказала она, решив больше не притворяться.

Саймон покачал головой.

– Записочка нужна, мисс.

– Нет! – закричала Анна. – Мне нужно его увидеть.

– Это слишком опасно, мисс. А что, если дома обнаружат, что вас нет?

– Теперь уж об этом слишком поздно беспокоиться. Если я поскачу следом за ними, может быть, я смогу поехать вместе с этими провиантскими повозками.

– Там в повозках есть женщины, – отозвался Саймон, – только совсем не такие, как вы.

Анна поняла его.

– И тем не менее, я должна поехать. Ты мне поможешь?

– Вам бы плащ нужно, чтобы платье прикрыть.

– Я не могу возвращаться в дом. Если меня увидят, то не отпустят.

– Я мог бы дать вам свой, только он не особенно чистый.

– Неважно. Сходи за ним и приготовь мне лошадь.

– Двух лошадей, – твердо сказал Саймон. – Я поеду с вами.

– Но…

Саймону такой поступок мог стоить его места, если бы дело раскрылось. Но он твердо смотрел на девушку.

– Вы ведь не можете ехать одна. Кое-кто из этих молодых людей – народ грубый.

Анна вздохнула, слегка задрожав.

– Спасибо. И да благословит тебя Господь. Саймон принес Анне свой плащ из клетчатой материи пурпурного цвета, сильно запачканный и дурно пахнущий, а потом привел двух лошадей. Затем перед ними встала новая проблема: как пробраться мимо сторожа у ворот. Это был преданный и неподкупный слуга, и проскользнуть мимо него незамеченными было просто немыслимо. Поэтому они решили, что Анне придется вести себя рискованно и дерзко. Саймон забрал у нее свой плащ, и они спешились.

– Открой ворота, – скомандовала Анна привратнику властным тоном. – Я должна немного проветриться и поупражняться в верховой езде. Я слишком долго пробыла взаперти.

– Что ж, госпожа… – с сомнением в голосе отозвался привратник. – Я вот только не знаю, стоит ли вам… это небезопасно.

– Чепуха, – резко ответила Анна. – Вот со мной и конюх. Кроме того, далеко я не поеду. Объеду разок вокруг стен – больше мне ничего и не нужно.

– Но уже темнеет, госпожа.

– Я вернусь задолго до темноты, болван, – прикрикнула Анна, а потом, как бы осененная вдохновением, добавила. – Ты разве не видишь, что у меня даже плаща с собой нет? Как я могу куда-нибудь уехать без плаща? Ну давай, отпирай ворота, чтобы я успела объехать вокруг стен. Да поторопись же ты, или у меня совсем не останется времени, сейчас вот еще и дождь пойдет…

Это, похоже, развеяло его сомнения, и с тягостной медлительностью он оставил свой пост в сторожевой будочке и открыл ворота. Анна заставила себя спокойно усесться в седло, но она ждала, что в любой момент у нее за спиной может раздаться чей-то протестующий окрик – голос Лии или Клемента, а то и ее родителей. Но вот, наконец, они оказались за стеной, и на этот случай, если привратник наблюдал за ними, поскакали вокруг нее, пока не скрылись из виду. И тогда они помчались прямо по полям, пустив лошадей мелким галопом. Удалившись порядочно от Морлэнда, они остановились, и Саймон передал ей плащ, который был засунут в его седельную сумку, после чего они вновь понеслись дальше стремительным галопом.

Да, при повозках с провизией были женщины, главным образом крепенькие, стойкие, низкорослые существа – солдатки, но хватало и шлюх: одни из них были постоянные «попутчицы» армии, другие – проститутки из Йорка и соседних мест, которые направлялись к Морстонской пустоши в надежде подзаработать накануне битвы. При появлении среди них Анны последовало немало скабрезных замечаний, поскольку, несмотря на грязный плащ, вид у нее был весьма приметный, не говоря уже о прекрасных лошадях.

– Какого из офицеров желаешь, дорогуша? – окликнула одна из них, когда Анна, качнувшись на лошади, слегка ударилась о задок одной повозки.

– А твой отец-то знает, что ты сбежала из дома? – выкрикнула другая.

Третья, искренне желая утешить девушку, подошла слишком близко к истине, дружелюбно сказав:

– Если он до сих пор не женился на вас, госпожа, то никогда и не женится, так что без толку везти с собой священника.

Щеки Анны пылали, она ехала молча чуть позади, а Саймон держался рядом, сбоку от нее. Когда они добрались до развернутых в ряды войск, возникла проблема – как же им отыскать прапорщика Саймондса. Самой Анне негоже было скакать туда-сюда среди солдат, но и Саймон не мог отправиться на поиски, бросив ее одну. Вот они и кружили близ повозок с провизией, беспомощно озираясь вокруг, пока Анна случайно не узнала одного солдата среди тех, кто пришел забрать ужин для своих отрядов. Во время одной из охот он сопровождал офицеров, был конюхом при них, и на щеке у него был бросающийся в глаза шрам. Анна, разумеется, не привыкла обращать внимание на слуг, и в других обстоятельствах не узнала бы его. Она указала на него Саймону, и он спросил у солдата, где может быть прапорщик.

– Да его здесь нет, он в самом центре, – с удивлением ответил тот. – Где еще-то ему быть, как не со своими солдатами?

Анна и Саймон переглянулись. Скакать в самую гущу войск было немыслимо. Анна порылась в своем кошельке. Там оказалось немного, но, как она надеялась, вполне достаточно, чтобы подкупить какого-то простолюдина.

– Ты понесешь ему ужин? – поинтересовалась она.

Солдат кивнул, стараясь не смотреть на нее. Он был крайне смущен присутствием Анны там, где ей быть совсем не полагалось. Дамам не подобает путаться с этими шлюхами-«попутчицами».

– Вот, добрый человек, возьми это за свои хлопоты и передай прапорщику Саймондсу, что я здесь, и что мне необходимо немедленно поговорить с ним по крайне срочному делу.

Солдат с сомнением посмотрел на нее, однако, протянул руку за кошельком, а почувствовав его вес, грубовато спросил:

– И какое же имя мне назвать?

Анна с Саймоном снова быстро переглянулись. Имя Морлэндов лучше было бы не пускать тут по кругу.