Вилла загадок - Хьюсон Дэвид - Страница 61

Перони взял ее в руки.

– Еще теплая. Чисто сработано.

– Они знали, что делают, – пробормотал Фальконе и вдруг остановился. Бригада из ДИА спускалась по лестнице, о чем-то споря, но женский голос велел им замолчать. Войдя в комнату со своими людьми, Ракеле д'Амато подошла к Фальконе и встала перед ним, сложив на груди руки.

– В доме нет ни одной живой души, Лео, – в бешенстве сказала она. – Что, опять утечка из полицейского участка?

– Хватит! – огрызнулся Фальконе. – Кем, черт побери, ты себя возомнила, что вот так лезешь вперед нас? И что это за шутки там, на улице? У тебя хватило наглости вызвать прессу? Это полицейское расследование, а вовсе не твое. У ДИА даже нет ордеров...

Она достала из сумки пачку бумаг:

– Хочешь почитать?

Он со злостью взглянул на документы.

– Ты же говорила...

– Я передумала. Информация, которую мы утром получили в кабинете бухгалтера, – все равно что золотой дождь. Мы можем надолго посадить этого жирного подонка и некоторых других тоже.

– Если ты его найдешь... Как ты думаешь, что из этого сделает пресса?

– Лео! – пронзительно закричала д'Амато. – Я не вызывала прессу! И никто в ДИА этого не делал. Все хранилось в тайне! И не надо так на меня смотреть.

– Ну конечно, у вас все ангелы с крылышками, – пристально глядя на нее, сказал Фальконе. – Такие все кристально чистые, правда?

– Лео...

– Нашли машину Нери, – вмешался Коста, закончив телефонный разговор с полицейским участком. – В ней только парочка его гангстеров. Они просто ехали в сторону Тестаччо. Это был отвлекающий маневр.

– Где же они, черт возьми? – воскликнул Фальконе. – Сын. Жена. Он вроде не собирался уезжать всей семьей в отпуск. Что происходит?

– Возможно, он готовится к войне, – предположила д'Амато. – Зато дом в нашем распоряжении и мы можем делать здесь все, что хотим. Хоть разнести его на куски. Это подарок.

Перони осторожно дотронулся до ее точеного плеча.

– Кажется, у нас тут конфликт интересов, синьора. Может, вы забыли, но мы ищем пропавшую девочку. В настоящий момент нас не интересуют бумаги господина Нери – они могут подождать до лучших времен.

– Нам нужен сын, – сказал Фальконе, отошел к высокому окну и выглянул на улицу. Там все постепенно стихало, репортеры начинали собирать свою технику. Их тоже обманули. Кроме провалившегося рейда в логово главаря бандитов, сообщать было не о чем. Никаких реальных действий – ничего такого, что можно поместить на первые полосы газет. Сюжет о том, как группа полицейских выламывает дверь дома на виа Джулиа, – это второразрядная новость. И устроил весь этот спектакль сам Нери, хотя Фальконе пока не мог понять, зачем ему это понадобилось.

Он повернулся к Ракеле д'Амато:

– Дом в твоем полном распоряжении. Если найдешь что-нибудь, имеющее отношение к делу Джулиус, сразу звони мне. И это не просто просьба. Если из-за тебя мы опоздаем хотя бы на секунду, я лично расскажу прессе, что нам помешало. Мы должны найти Мики Нери и эту девочку. Кого-то, с кем можно поговорить.

Она погрозила ему тонким пальцем:

– Нет, нет, Лео! Не пытайся переложить на меня ответственность. Мы занимаемся своими делами, а вовсе не твоими. Если хочешь, оставь здесь несколько человек.

– У меня нет лишних людей! – крикнул Фальконе – так громко, что стоявшие снаружи полицейские на миг замолчали. – Ты что, не понимаешь? У нас остался всего день, чтобы найти эту девочку, а может, и меньше. Мы даже не знаем, с чего начать. И не имеем представления, где ее искать. Но только не здесь. Не в твоих чертовых книгах. Нам нужен Мики Нери.

Впрочем, Лео Фальконе не был в этом уверен на сто процентов. Единственное, что он сейчас понимал, – необходимо как можно быстрее найти нужных людей и заставить их говорить.

– Лео! Лео!

Ее голос преследовал их до самого выхода. Затем она вернулась к своей бригаде, чтобы вновь приняться за работу. Свою работу. Вот этого Фальконе не понимал. Ракеле д'Амато добилась, чего хотела. Нери пустился в бега. Она получила карт-бланш на расследование всех дел и делишек его империи. Неужели нельзя хотя бы частично вернуть долг? Неужели их вендетта с Нери важнее жизни пропавшей девочки?

Выйдя на улицу, они прошли мимо телевизионного фургона, все еще стоявшего напротив разбитой двери. Почти все репортеры уже разъехались, остались только полицейские, в форме и без, которые, став невольными свидетелями ссоры, чувствовали себя неловко.

– Можете идти, – отпустил их Фальконе. – В настоящий момент этим делом занимается ДИА. Возвращайтесь в полицейский участок. Посмотрим, как там со звонками.

Все согласно кивнули, охваченные общими переживаниями.

– Глупость, глупость, глупость! – повторял Фальконе, пока они шли к машине.

– Просто у них свои приоритеты, Лео, – заметил Перони и получил в ответ холодный, суровый взгляд. – Простите, синьор! Больше этого не повторится. Мы с мальчишкой можем вернуться и немного понаблюдать.

– Не стоит, – сказал Фальконе. – Она даст нам знать, если что-нибудь найдет. Иначе как это будет выглядеть? Кроме того... – Следовало признать собственное поражение. – Здесь нет ничего для нас полезного. Нери спланировал все до последней детали. Он над нами посмеялся. Надеялся, что мы останемся здесь и перевернем все вверх дном.

– Да, – согласился Перони. – Это точно. Извини, но мне все еще трудно рассуждать, как вы, ребята. Тут такое коварство!

У Косты зазвонил телефон, и он замедлил шаг, слушая звучащий на другом конце беспокойный голос.

– Зачем Нери все это устроил? – гадал Фальконе. – Как-то это чересчур мелко. Ну, привел он полицию в некоторое замешательство – и что с того? Как только журналюги поняли, что не будет никакого ареста и старого жирного бандюгу не выведут из дома в наручниках и не посадят перед телекамерами в машину, они тут же испарились.

Все, кроме автофургона.

– Шеф! – взволнованно сказал Коста. – Кажется, у нас кое-что есть. Только что поступил анонимный звонок. Не больше получаса назад видели девушку, похожую на Сюзи.

– Где? – спросил Фальконе, все еще занятый мыслями о провалившейся операции.

– Где-то в районе Черки. Точное место не назвали.

– Не слабо, – присвистнул Перони. – Там можно искать всю ночь.

Черки пересекала "Циркус Максимус", ныне пустое, незастроенное поле, имеющее форму стадиона и расположенное за Палатинским холмом, куда выходили руины дворца Августа.

Коста вспомнил слова Терезы.

– Кирк и Мики могли использовать старые археологические раскопки. Мы можем поговорить с его начальницей в университете. У нее должен быть список всех мест, где он работал.

– Отправляйся к ней. Давай, Ник. Давай прямо туда. Здесь делать нечего, – велел Фальконе.

Подойдя к машине, он взялся за ручку дверцы и оглянулся. Они припарковались в добрых пятидесяти метрах от входа в дом Нери. Телевизионщиков нигде не было видно, но фургон оставался на месте, въехав задними колесами на тротуар.

– Видишь машину возле входной двери? – спросил Фальконе. – Ты не заметил – ею кто-нибудь пользовался? Хоть один из этих уродов с телевидения?

– Я – нет, – ответил удивленный Перони.

Фальконе взглянул на Косту, погруженного в собственные размышления.

– Я тоже, – ответил тот. – Вы думаете...

Он не закончил. Земля вздрогнула у них под ногами, булыжники заходили ходуном, словно при землетрясении. Из задней части фургона вырвался язык пламени, машину подбросило, словно какая-то невидимая сила устремила ее к небесам. На один короткий миг мир оставался неподвижным, затем их накрыла какофония яростных звуков, за которой последовал мощный взрыв.

Когда все закончилось, Коста оказался на земле, прижимая руки к ушам, ошеломленный и задыхающийся. Прислонившись к машине, Перони, видимо контуженный, судорожно хватал ртом воздух. А Фальконе изо всех сил бежал обратно к дому Нери, где вырвавшаяся из фургона огненная буря жадно лизала остатки здания.