Козырной стрелок - Ильин Андрей - Страница 85

— Каким образом?

— В ходе расследования покушения полиция установит гражданство киллера и факт связи киллера с криминальным миром России. Что позволит говорить не о случайном стрелке-одиночке и не об использовании его местной мафией, а о русском заказе. Именно поэтому мы выбрали этот дуэт из нескольких кандидатов.

— Его будет допрашивать полиция?

— Нет. Полиция будет осматривать его тело. Сразу после покушения киллер будет захвачен мафией, отвезен в загородный дом и убит при штурме его полицией. При нем найдут паспорт и авиационные билеты, по которым Интерпол сделает запрос в российскую полицию и потребует участия в расследовании. В ходе которого докажет связь между киллером и русским криминальным миром.

— С какой целью к делу привлекается европейская мафия?

— Для усиления эффекта присутствия русских в Европе. Мы подбирали данную группировку по степени ее взаимодействия с русским криминалом. Сразу после покушения мы сможем организовать судебный процесс и шумную кампанию в прессе по поводу проникновения русских преступных группировок в Европу. И тем, повлияв на общественное мнение, провести в правительствах европейских стран ряд законодательных актов, препятствующих развитию экономических отношений с Россией.

— Другие вопросы по деталям операции есть?

— Нет.

— Тогда будем считать план операции «Гамбит-2» утвержденным окончательно. Всем службам прошу приложить максимум усилий к ее осуществлению.

— Спасибо...

Глава 59

— Тебя били? — спросил генерал Трофимов майора Проскурина.

— Нет, гладили. По почкам и зубам.

— Странно. А меня не трогали.

— Вы генерал. Вас не положено.

— А личный состав?

— Тех вообще под орех разделали.

— А ты молчал?

— Нет, конечно! Говорил. Разное...

— Разное не страшно.

Генерал и майор замолчали, каждый вспоминая своих следователей и их методы ведения допросов.

— Н-да...

— И не говори...

— Интересно, почему они нас вообще отпустили?

— Я попросил.

— Ну вы как скажете, Степан Степанович!

— Я не шучу.

— А как же?..

— Я обосновал им необходимость продолжения разработки Дяди Сэма.

— Ну да, согласились бы они...

— И еще рассказал про счета в иностранных банках. Которые оберегает Иванов. И про то, что мы можем добыть номера счетов.

— А золото есть?

— Черт его знает? Может, есть, может, нет. Но нам надо исходить из того, что есть! Потому что именно так я сказал нашим новым боссам.

— Клюнули?!

— Как видишь. Впрочем, я думаю, отпустили они нас ненадолго. Как только ситуация с золотом партии прояснится, они вернут нас обратно. И уже не выпустят.

— Будем делать ноги?

— Куда делать? Если мы сбежим, нас будут искать не только эти, но уже и свои. А самое главное... В общем, они предупредили, что возьмут в заложники мою и твою семью.

Майор Проскурин рванулся к телефону.

— Я уже звонил. Никого нет дома. Ни у тебя, ни у меня. Я уверен, что наши с тобой семьи по горячей путевке уехали в дом отдыха.

— Оперативно работают!

— Потому что знают, что хотят.

— Сволочи!

— Профессионалы. Ты бы в их положении поступил точно так же. Заложники — это единственное, что гарантирует им наше послушание.

— Что будем делать?

— То, для чего нас с тобой выпустили. Разрабатывать Дядю Сэма. Но иначе, чем раньше. Смещая акценты в сторону Иванова. В новом раскладе он должен стать центральной фигурой.

— Чтобы было сподручней все валить на него?

— И отвести подозрение от нас. Все должны убедиться, что Иванов самостоятелен в своих планах и поступках. Его независимость послужит косвенным доказательством нашей непричастности к убийству Анисимова.

— Они не поверят.

— Поверят. Если будут располагать фактическим материалом. Например, того, что Иванов вышел из нашего подчинения и действует самостоятельно.

— Побег?

— В том числе и побег.

— Побег должен выглядеть убедительно. В побег без жертв никто не поверит.

— Значит, придется идти на жертвы.

— Кого... Я хотел сказать, кто будет жертвой?

— Там посмотрим.

— Когда?

— Сразу после выполнения заказа Дяди Сэма...

На следующий день Иванов вышел на контакт с Дядей Сэмом.

— Я согласен, — согласился он. Первой фразой сценария.

— Мы очень рады, — обрадовался очередной референт. Искренне.

— Где и кого?

— Очень скоро. Об остальном вы узнаете на месте.

— Не, так не пойдет. Я не играю втемную.

— Но мы не можем...

— Тогда справляйтесь сами. У меня и в России работы хватает.

— В России вы в розыске. А в нашей стране уже почти, уважаемый гражданин, — напомнил референт. И снова показал паспорт. И выписку из счета, открытого в нью-йоркское банке. — Если вы согласитесь, мы переведем на ваш пятьдесят тысяч. И еще пятьдесят после выполнения работы.

— Сколько, сколько?

— В сумме сто тысяч.

— Долларов? — искренне удивился Иван Иванович.

— Конечно... Впрочем, мы можем в любой валюте. Фунтах, марках, франках, рублях...

— Не надо в рублях!

— Я понимаю. Рубль плохие деньги для граждан Америки.

— А вот эти деньги... Которые на счет. Могу получить только я?

— Только вы.

— А если кто-нибудь другой?

— Но. Нет. Другой не может.

— Совсем никто?

— Совсем.

— А вдруг?

— В американском банке не может быть вдруг.

— Тогда я согласен! Переводите... Вернее, нет... Ну, то есть — да, но мне надо знать хотя бы страну. Где... Куда меня... Мне надо обязательно знать страну. Если вы скажете страну, то я сразу соглашусь.

— Это Западная Европа.

— Тогда мне обязательно в долларах...

— Дурак! — зло сказал генерал Трофимов, выключая магнитофон. — Работает на грани фола!

— Он вообще не работает. За него другие работают. За него мы работаем.

— Ну, значит, и дальше будем работать. Готовь для выезда группу. Самых-самых готовь.

— Паспорта будем оформлять через МИД? Или сопредельные страны?

— Через турфирмы.

— Что? Через какие... фирмы?

— Туристические. Которые выдают путевки для граждан, желающих выехать за рубеж. Лучше через самые солидные. Чтобы вместо визы не получить липу. И чтобы гарантированно получить загранпаспорта. Так что торопись.

— Загранпаспорта?..

— Загранпаспорта! Или ты собираешься по военному билету ехать?

— Но... — «Но спецы не ездят через турфирмы! Потому что не ездят по своим паспортам. Чтобы не светить свои настоящие фамилии», — хотел сказать майор Проскурин, сказав «но».

— Я знаю, что ты хочешь возразить. Только, если мы хотим доказать самостоятельность Иванова, иного выхода у нас нет. Официальным порядком поедем только мы. Остальные — как рядовые граждане. Как шопные туристы. Мы с тобой будем всегда держаться на глазах людей и подальше от Иванова. «Туристы» — делать дело. А если оформлять документы привычным порядком, то наше участие в судьбе Иванова вычислят. Ведь, в отличие от нас, они не знают, что для того, чтобы Иванов попал в цель, его должен сопровождать батальон статистов. Они считают, что Иванову помощники не нужны!

— Верно. Я как-то...

— Просто ты привык ездить за казенный счет, по казенным каналам. По обычным каналам. А теперь придется по необычным! Через районный УВИР.

— А командировочные?

— И командировочные по нетрадиционным каналам. Командировочные по карманам шарить придется.

— По каким карманам?

— По твоим, моим и личного состава. Потому что других источников финансирования у нас нет! Я тут подсчитал исходя из цен за номер в четырехзвездочной гостинице, билетов, проката машин и суточных. Получилось...

— Сколько?! — переспросил майор. — Может, лучше в двухзвездочной?

— А до места ехать зайцами в электричках, питаться тушенкой из сухпая и для экономии ходить по Женеве в бэушой полевой форме и кирзовых сапогах? Чтобы привлечь к себе всеобщее внимание? Или лучше быть как все? То есть одеваться, передвигаться и питаться, как среднестатистический европеец. Пусть даже за свой счет.