Третья террористическая - Ильин Андрей - Страница 40

— Открой ротик — детка!

Чеченцы сцепляли зубы, воротя от предлагаемого кушанья носы. А бойцы тыкали им куски мяса в самые физиономии, да еще все это на видеокамеру снимали, обещая послать пленочку родителям, а копию муфтию!

И пусть после этого какая-нибудь правозащитная сволочь только вякнет, что этих «чехов» пытали! С каких это пор кормление диетическим мясом было признано мировым сообществом пыткой? Где это написано?.. Тогда половина населения России, по крайней мере, православная его часть сразу бы заделалась мазохистами, нарываясь на пытки, причем желательно систематические, по три раза в день!

Но вареная свинина была лишь холодной к предстоящему разговору «закуской».

Попинав и попугав, чеченцев разделили и растащили в разные стороны, так чтобы они не видели друг друга. И стали бить их по двое — по трое, выколачивая из них крики.

— Слышишь своего дружка? — злобно интересовались бойцы, отбивавшие об пленников кулаки… Потом их не очень-то побьешь, потом они по поводу каждого синяка будут делать официальное заявление, а сейчас полученные ими «легкие телесные повреждения» можно списать на сопротивление органам правопорядка при задержании.

— А знаешь, почему он так орет?.. Потому что ему сейчас обрезание делают. В соответствии с вашими законами. Только, видать, малость промахнулись и отрезали больше, чем надо. Вот посюда! — чиркал себя ладонью поперек горла боец. — И тебя мы тоже сейчас укоротим! Если ты не скажешь, для чего тебе ПЗРК?! Ну?!..

И тут же снова били и пинали, причем так, чтобы было очень больно, но потерять сознание было невозможно. Так, чтобы тот вразумляемый «чех» взвывал и корчился, сгибаясь в три погибели, жалея, что на этот свет родился. А ему еще по свежей болячке надавали!..

Потому что не о ворованных «макарах» речь шла, которых как грязи, не об «АКМах» и даже не о гранатометах, а о зенитных комплексах, посредством которых сбили гражданский лайнер, угробив сто с лишним ни в чем не повинных душ!

И еще потому, что на этот раз приказ сверху «развязал им руки», позволив допрашивать задержанных по законам военного времени, как взятых на той стороне «языков».

А оно что — мирное, что ли? Оно военное и есть! Самое что ни на есть военное, потому что взводы, роты и батальоны каждый день подают наверх по команде списки потерь личного состава, а писаря строчат родителям и женам «извещения»! Или, может быть, они на уборке урожая свои буйны головы сложили?..

И только не надо «ля-ля» про контртеррористическую операцию! Контртеррористической операции с применением штурмовой авиации, танков и отдельных артполков не бывает! Эскадрильи «сушек» и «МиГов» поднимают с аэродромов только для осуществления операций общевойскового масштаба. И то лишь когда мотопехота, встретив «ожесточенное сопротивление противника», своими калибрами проломить его оборону не может, на месте топчется и у армейского командования прикрытие сверху клянчит!

Как в Чечне!

А раз все это мероприятие не контртеррористическая операция, а война, то и действовать на ней нужно как на войне! То есть нужно вращать глазищами и бить туда, куда побольнее! Причем так чтобы было понятно, что готовы убить и готовы все, что только под горячую руку попадет, отрезать и обрезанный труп на скотомогильнике, завернув в свиную шкуру, захоронить… Потому что как с цепи сорвались!

— Ну, что, гад, молчишь?..

И тут же выход подсказать!

— Зачем тебе на скотомогильник? За торговлю оружием тебе пять лет дадут, больше не смогут, два по амнистии скостят, еще год — за хорошее поведение и еще столько же по липовой справке о состоянии здоровья — через год выйдешь на свободу. А если молчать будешь, мы тебя здесь зароем! Потому что мы люди подневольные, под начальством ходим, которое с нас план по раскрытию требует! Ну что, договоримся?.. Ну, не будь свиньей, ведь тебе нельзя быть свиньей!..

И тут же по почкам, по почкам!..

И кое-кто из пленников, не выдержав напора, боли и свинских перспектив, сломался и «поплыл».

— Это не нам. Это Саламбеку!

Значит, Саламбеку…

Что же это за Саламбек такой, которому столько комплексов понадобилось? Нет среди полевых командиров никаких Саламбеков. Может, он совсем мелкий, никому не известный командир? Какой-нибудь собравший возле себя шайку односельчан пастух?..

Нет, вряд ли, мелкий командир не нашел бы полмиллиона баксов на закупку ракетных комплексов, Да и за каким бы ему сдались эти ПЗРК, с которыми он даже как обращаться не разберется, потому что инструкцию не сможет понять.

Интересно, откуда он взялся, этот Саламбек?.. Но только виду показывать, что все они об этом Саламбеке впервые в жизни слышат, нельзя. А напротив, нужно высказать хорошую свою информированность! И сказать:

— Ха!.. Не смеши нас, пожалуйста! Так мы тебе и поверили! У Саламбека кишка тонка самолеты сбивать! У него и людей-то нет!

— У Саламбека нет?! — возмутился оскорбленный в лучших своих чувствах — в чувстве превосходства над русскими «чех». — Да у него целый отряд! И денег сколько хочешь!

Очень интересно — и отряд, и деньги. Причем насчет денег не треп, деньги на ПЗРК у него действительно нашлись. Значит, возможно, и отряд есть!..

— Да врет он все! — пренебрежительно махнул рукой кто-то из бойцов, подливая масла в огонь. — Был бы этот Саламбек настоящим воином, он бы в войне участвовал. А мы о его подвигах ничего не слышали. Видно, он под юбками своих жен две войны прятался!

И то верно!.. В боях Саламбек не участвовал, а «бабки» получил, о каких другие командиры мечтать не могут! За какие такие подвиги?

— Саламбек воин и мужчина! — вскричал «чех». — Это вы — трусливые шакалы!

За «шакала» его, конечно, маленько попинали.

— А что же он не воюет, если воин?!

— Он по-другому воюет!

— Как?

— Он самолеты сбивать будет!

— Где? В Чечне? Или не только в Чечне? Ну давай, колись, раз начал!..

— Вы наших жен и детей убиваете, а теперь мы ваших будем! Теперь вы нигде не спрячетесь от гнева Аллаха! Теперь вся ваша Россия будет гореть, как Чечня!..

Вот теперь все более-менее понятно. За жен и детей пленника еще немножко побили. А за Саламбека решили поощрить. Жизнью.

— Значит, так, мы тебя отпускаем. Сделаем все так, как будто ты сбежишь. Еще и героем у себя станешь! Только перед тем как сбежать, мы тебя об одном одолжении попросим.

Насторожился «чех», понял, что федералы о хорошем не попросят.

— Каком одолжении?

— Маленьком… Приятелей своих порешить. Потому как они теперь для тебя больше, чем для нас, опасны. Возьмут и растрезвонят, что ты их и свою Ичкерию предал. А тебе такая слава ни к чему. Ты ведь у нас героем должен быть!..

К опешившему пленнику подтащили одного из «чехов», бросили ему на колени, навалив спиной на грудь, и всучили в руки штык-нож, сжав на рукояти пальцы.

— Давай, режь, как вы умеете. Как пленных режете!

И ткнули в спину «палача» другой нож. Чувствительно ткнули, так что он на полсантиметра в тело вошел. Как раз против сердца.

— Ну давай, не тяни!

Он, конечно, никого не собирался резать. Но кто бы его стал спрашивать!..

Цепко схватив за локоть и направляя его руку, штык-нож подвели к горлу жертвы и, прежде чем «палач» понял, что ему готовят, прежде чем успел отдернуть руку, сильно ударили по локтю, отчего нож вошел в горло почти наполовину.

Вот и все.

— Классно ты его зарезал! — похвалили бойцы. И развернули к «чеху» экран видеокамеры, на которую, причем одним крупным планом, чтобы не было видно окружающих «главных героев» статистов в камуфляже, снимали экзекуцию.

— На, полюбуйся.

На экране было две головы, в одну из которых, под подбородок, вошел штык-нож, отчего по нему, по лезвию, и по удерживающей его руке брызнула кровь.

— Ну что, видел? И другие тоже могут увидеть! Если мы не договоримся. А если договоримся, то ты останешься жив и получишь хорошие «бабки», за которые сможешь русских телок снимать. Ты ведь любишь русских телок?..