Долина Новой жизни - Ильин Федор Николаевич - Страница 89

Даже на веранде большого отеля было душно. Работали вентиляторы, но ветер, поднимаемый длинными опахалами, был такой жаркий, что не приносил облегчения немногочисленным гостям, расположившимся здесь в бамбуковых шезлонгах.

– Итак, ваша экспедиция в скором времени будет готова, – обратился молодой англичанин с красивым розовым лицом большого ребенка к своему соседу.

Тот отпил несколько глотков ледяного виски с содой, вытянул поудобнее ноги.

– Мне кажется, я преодолел, наконец, все препятствия. Ваше правительство сделало все возможное, чтобы помешать мне исследовать горные проходы в направлении Тибета.

Англичанин осторожно смахнул со своего белоснежного костюма каких-то мелких красных жучков, поправил цветной шелковый носок, видневшийся из-под брюк, и снова заговорил:

– Очень жаль, мсье Герье, что мы познакомились с вами так поздно. Если бы вы были более разговорчивым, то наше знакомство состоялось бы значительно раньше, и я помог бы вам, потому что сам собираюсь в горы.

Мсье Герье, среднего роста бледный брюнет с блестящими черными глазами и седеющей головой, приподнялся на локте и удивленно посмотрел на своего собеседника.

– Мистер Клэр, вы ничего не говорили мне о ваших намерениях.

– Я ведь член королевского общества орнитологов и занимаюсь коллекционированием птичьих блох. Моя коллекция значительно полнее, чем у Ротшильда. Но птицы Гималаев и Тибета остаются, в этом отношении, очень мало изученными.

– Птичьи блохи… – разочарованно произнес француз.

– Вас удивляет, что я этим занимаюсь? А знаете ли вы, что насчитываются тысячи видов этих паразитов? Эти блохи питаются кровью и скачут… Их надо отличать от пероедов и пухоедов.

Мсье Герье устало опустился на спинку шезлонга.

– Я вижу, вас не интересуют блохи? В таком случае, позвольте узнать, какова задача вашей экспедиции?

Француз проговорил, прикрывая рукой глаза, уставшие от яркого солнечного света:

– Я любитель-антрополог; исследую колыбель человечества и пути его распространения отсюда на запад, север и восток.

– Я полагаю, что мы могли бы соединиться для пользы дела.

Мсье Герье испытующе взглянул на говорившего. Ясные глаза Клэра смотрели на него доверчиво и ласково.

– Вы колеблетесь?

– Но я не думал об этом раньше.

– Если ваша экспедиция почти сорганизована, то моя уже окончательно готова; уверяю вас, со мной вы получите все необходимые пропуска сейчас же. А без меня… я сомневаюсь, что вам скоро удастся тронуться в путь.

Француз раздумчиво промолвил:

– Я, пожалуй, уже запоздал; лето идет к концу, осень в горах коротка, а там – зима… Путешествие зимой невозможно…

– Да, да, вы запоздали, боюсь, что вам придется отложить экспедицию до будущего года. – Англичанин засмеялся. – К тому же надо знать привычки наших властей. Они боятся иностранцев… Вместе со мной вас пустят сейчас же, в одиночку вам не выехать до зимы.

Француз колебался с минуту.

– Я очень рад вашему предложению. С вами будет легче. Да, собственно говоря, вы правы. Мне обещали тут многое, но пока не исполнили ничего…

– Итак, идет?

– Идет!

– Очень хорошо, – весело воскликнул англичанин. – Подробности мы обсудим сегодня, и в честь нашего союза, если вы позволите, разопьем бутылку шампанского. Ваша марка?

– Мне все равно.

– В таком случае, Мумм. Бой, бутылку Мумма. Вашу руку, товарищ по будущему путешествию!

Караван из двенадцати мулов, нагруженных большими тюками клади, с четырьмя погонщиками и двумя проводниками из туземных жителей, продвигался по узкой тропе. Сочная зеленая трава покрывала крутой склон горы. Внизу, на дне пропасти, извивалась река, в долине среди лесных зарослей прятались убогие селения.

Воздух был полон утренней свежести, хотя солнце стояло уже почти в зените.

Два вооруженных спутника, шедшие впереди каравана, остановились.

– Я думаю, мсье Герье, – проговорил один из них, – мы не найдем лучшего места для привала. Хорошая трава для мулов, родник впереди.

– Да, мы поднялись в шесть утра, идем почти без отдыха. Ноги чувствуют некоторую усталость… Ваши английские карты, мистер Клэр, сознаюсь, превосходны. Такой незначительный родник – и тот занесен на них.

– О да, они превосходны, но путь от селения Шеривад к большим ледникам совершенно неизвестен… Итак, привал.

Через десять минут стреноженные и освобожденные от груза мулы мирно паслись на склоне горы, а проводник и погонщики, разведя огонь на самой тропе, варили похлебку.

– Следовательно, от селения Шеривад мы пойдем, пользуясь указаниями проводников? – сказал Герье.

– Путь на север, к русской границе, помечен на моих картах, проговорил Клэр, откупоривая жестяную банку с цыпленком. – Это очень трудный путь. Он описан несколькими английскими путешественниками и одним русским, носившим итальянскую фамилию – бывшим консулом в Калькутте, если не ошибаюсь, Ревилиоти. На север от Шеривада несколько лет тому назад была направлена экспедиция с задачей пересечь плато по направлению к Тибету. Она вернулась, не достигнув цели.

– Да, я кое-что слышал об этой экспедиции.

– Вот как? Это очень интересно. Значит, вы, мсье Герье, намереваетесь повторить попытки этой экспедиции? Я очень рад, что судьба соединила нас.

– Я боялся, мистер Клэр, что нам придется расстаться в Шериваде. Намеченный мною путь не может быть интересен для орнитолога, я думаю, что на тех высотах совсем нет птиц.

– Я предполагаю, что там точно так же нет и древних захоронений для любителей антропологии. – Англичанин весело рассмеялся.

– Вы, мистер Клэр, совершенно правы, это направление интересует меня с другой точки зрения.

– Не все ли равно, что влечет нас к этим бесконечным ледникам? Мы друг другу не мешаем, наоборот, каждый из нас облегчает задачу другого. Позвольте, мсье Герье, я налью вам еще стаканчик кофе, этот напиток хорошо утоляет жажду и снимает усталость.

Мистер Клэр набил трубку и закурил.

– Мы проделали уже длинный путь, достигли альпийских лугов, и скоро начнем спускаться вниз.

– Вам не надоело путешествие? – спросил Герье, окончив завтрак.

– Нисколько. Но меня интересует, что нас ждет за Шеривадом.

– Если бы вы не встретились со мною, вы отправились бы туда одни?

– Конечно.

Мсье Герье задумался и после долгой паузы спросил:

– Много ли вы наловили блох, мистер Клэр, для своей коллекции за эти дни?

– Немного. Но самые редкие экземпляры я еще надеюсь найти.

Путешественники замолчали, сон одолел их.

Англичанин проснулся первый. Посмотрел на часы, закричал:

– Ким, седлать мулов. Надо спешить, чтобы засветло достигнуть Тоги.

Герье уже привык к тому, что молодой англичанин принял на себя командование небольшим отрядом. Его распорядительность, заботливость и находчивость нравились французу, он сам охотно подчинялся своему новому знакомому. Мистер Клэр хорошо знал местные языки, в то время как Герье должен был пользоваться услугами переводчика. Мистер Клэр был молод и силен, а Герье чувствовал себя разбитым и усталым. «Судьба улыбнулась мне, послав этого опытного и энергичного человека, – думал Рене Герье, наблюдая, как быстро складывался маленький лагерь и как уверенно работали проводники, нагружая кладь на спины отдохнувших мулов. – Что делал бы я без этого англичанина? Мне кажется, ему все равно, куда направится наша экспедиция. Если мне не удастся найти следы тропы в Долину, я обойду ее и где-нибудь найду проход. Я убежден, что мой друг не откажется сопутствовать мне и туда».

Да, Рене Герье пробирался в Долину Новой Жизни. Образ Анжелики всегда был перед ним, звал вперед. Каждый день промедления был ужасен и грозил непоправимой бедой.

Имелся ли у Герье какой-либо определенный план, когда он пустился в свое рискованное путешествие? Желание снова попасть в Долину было велико, но как осуществить его, он не знал. Попытаться перелететь туда на аэроплане значило даже в случае успеха отдать себя в руки Куинслея. Значит, надо явиться незаметно. Лучше всего – по леднику, спускавшемуся к основанию Высокого Утеса. Вот и весь план. Как сложится дело потом, Герье не думал.