Хрустальный лабиринт - Алферова Марианна Владимировна - Страница 65

Всему есть предел – и способности к самонасилию – тоже. Я поняла, что далее так жить больше не могу.

Кстати, я говорила о море… я могла лишь любоваться его игрой на рассвете и закате, следить за его буйными волнами – и только. Купание в море для меня оказалось запретно – ведь кто-то может заметить, что я человек. Я в море, в родной стихии эгей-цев – существо чуждое, уязвимое. Плесканъе в бассейне – это, пожалуйста. Море – нет. Лишь несколько раз Крто возил меня на глайдере к удаленным островам, и там, уверенная, что скрыта от посторонних глаз, я могла позволить себе погрузиться в волны Океана. Самое чудесное, самое восхитительное на Эгеиде – Океан – и тот оказался мне недоступен.

Однако совершенно неожиданно я обнаружила, что Эгеида не так отвратительна для людей, как казалось мне поначалу.

Сколько лет прошло к тому моменту? Да это и неважно. Помню точно: Крто уже стал архонтом. А я как страж осматривала гостиницу. Залетела на кресле в холл и вижу: на циновках вокруг бассейна лежат пять женщин. Настоящие… неэгейские… все голые, истомленные…

– Откуда? – только и выдохнула я.

Молодая женщина, дебелая, лет девятнадцати, с плоским румяным лицом и пшеничными волосами до талии неспешно поднялась и направилась ко мне. Я глядела на нее во все глаза… У нее были налитые груди, заметный животик и рыжие волосы на лобке. Как эти женщины попали сюда?.. Женщина протянула мне сотню кредитов.

– За всех, – сказала она. – Мы здесь на период гона. Вчера самцы уже приходили. Сегодня – опять придут.

– Ваше пребывание незаконно… – пробормотала я.

– Ну, конечно! А сотня кредитов за что?

– И опасно…

– Через три дня придешь – еще сотню кредитов получишь…

– Я уже во второй раз на Эгеиде, – сообщила худенькая брюнетка. – В первый раз была на Южном архипелаге. Гон… – проговорила она мечтательно и тронула язычком ярко накрашенные губы. – Нигде такого нет… Чтоб мне провалиться в черную дыру – нигде!

Я смотрела на голых красоток. Они прибыли в отпуск – развлечься. И сейчас лежали на циновках, ломали плитки шоколада, грызли морские орешки, о чем-то переговаривались, хихикая, ждали своих кавалеров…

– А назад? Как вы полетите назад?

– Нас по списку заберет стюард. Ему – главная плата.

Брюнетка поднялась и помочилась в бассейн: выйти в туалет ей было лень.

Что если заплатить стюарду? В последний день… узнать, когда у них последний день… И… вместе с ними бежать с планеты.

Я выбралась из гостиницы, поглощенная этими мыслями. А вокруг на креслах уже кружило пять или шесть эгейцев-подростков, отпрыски островных стражей. Известие, что в гостинице открылся бесплатный бордель, распространилось по архипелагу мгновенно. Глаза у молодняка горели, по подбородкам текли струйки слюны. Наиболее нетерпеливые заглядывали в двери. В дешевых драных перчатках у каждого – по дешевой шоколадке, купленной тут же, в ларьке гостиницы… Как только я вылетела на улицу, изнутри, видимо, последовал какой-то знак, и молодняк рванулся внутрь.

Я решила, что явлюсь в последний день гона, прихватив с собой все полученные от красоток кредиты, и покину вместе с ними планету. Но ничего не вышло… Через три дня, явившись за очередной мздой, я обнаружила гостиницу опустевшей. У бассейна в кресле сидел Крто и следил за работой насоса, откачивающего воду. Бассейн был почти пуст.

– А где женщины? Они обещали мне платить… – спросила я делово.

– Вот как? Тебе? А почему я ничего об их прибытии не знаю? Кажется, я еще архонт архипелага.

– Я думала… раз они платят… – я попыталась прикинуться дурочкой.

– Они платят! А что дальше? У них поддельные пропуска. Считай, что этим шлюшкам безумно повезло, если их выпустят с планеты.

– А если не выпустят?

– Это дело стюарда, который составлял список.

– Зачем ты откачал воду?

– Когда в гостинице останавливаются люди, они всегда мочатся в бассейн. Не знаю – почему, но это всегда так.

Я была уверена, что Крто выдворил этих женщин из-за меня – чтобы я не могла убежать вместе с ними. Не знаю, удалось ли им покинуть Эгеиду или нет. Но на Северном архипелаге они больше не появлялись.

Но к кому обратиться за помощью, если Крто не на моей стороне? И поняла, что вся надежда на Брегена. Если мне удастся связаться с ним, он поможет мне бежать с Эгеиды. Ведь он – человек! Я стала искать встречи. Какой-то местный праздник (я до сих пор в них путаюсь, ибо праздников множество, и все они скучные) проходил на Северном архипелаге, и я уговорила Крто послать Брегену приглашение. Тайком от Крто умудрилась приписать строчку: «Мне нужна ваша помощь. Речь о жизни и смерти». Я хотела написать, кто я, но потом передумала. Побоялась. Думала – и так он должен явиться. Но Бреген не пришел. Видимо, жизнь и смерть архонта и его женщины – для него такая малость! Как я ждала того вечера… просто места себе не находила. В каждом вновь прибывшем ожидала увидеть главу филиала. И когда поняла, что он уже не явится – удалилась в наш дом и разразилась слезами. Кстати, я даже не могла плакать на Эгеи-де при всех – только тайком в своей комнатке. Ведь эгейцы никогда не плачут.

Потом на Северный архипелаг прибыл Слокс. И уж на его приглашение Бреген, разумеется, откликнулся. Глава филиала был мил, очарователен, доброжелателен. Само обаяние… Я, рискуя каждую секунду быть раскрытой, пробралась к нему и шепнула:

– Я – человек…

Он не услышал. Он говорил в эту минуту с кем-то из высокопоставленных эгейцев. А вокруг сновали работники компании «Гибрид» – и все они были – люди. Но на меня никто не обращал внимания. Может, поговорить с кем-нибудь из них? Нет, нельзя. Защитить меня сможет только Бреген.

– Я – человек… – повторила, когда мы остались с ним на мгновение наедине. Неужели мне повезло? Он смотрел мимо меня и мило улыбался.

– Я – человек…

Бреген кивнул и отошел. Пропустил мои слова мимо ушей? Или не понял? Или просто не желал слышать? Решил – нелепая шуточка. Разве мог он допустить, что этот парик, перчатки, хвост и кресло – часть маскарада и под маской есть что-то настоящее… Я вдруг усомнилась. А что если… да, что если я уже не имею права называться человеком? Что если по статусу я – существо Эгеиды? Ведь я – женщина Крто…

– Я человек, – прошептала, теряя всякую надежду.

Но нельзя же было кричать об этом в присутствии Слокса. Он тут же уничтожит и меня, и Крто. А Бреген не слышал. Его окружили милые девицы. Одна краси вее дугой. Люди. Настоящие. А я с этим клоунским хвостом, похожая на русалку из дешевого представления по телеголографу… Как я могла тягаться с ними?! Как намекнуть ему, что я знаю тайну «Елены Прекрасной»?

После этого я еще несколько раз видела Брегена. Но его всякий раз окружали эгейцы и люди. Слишком много ушей. Слишком много внимательных глаз. Пыталась с ним заговорить. Но он меня не слышал. Не в прямом смысле – конечно. Я была уверена, что даже среди людей Брегена есть кто-то, работающий на Слокса. Бреген вежливо улыбался, вежливо кивал мне, даже кидал несколько ничего не значащих фраз. Но зачем мне его милые улыбки? Я ждала спасения… Он был всемогущим, а не сделал ничего.

Я представляла, как на этой планете появился Бреген. Увидел это море, зеленые архипелаги. Белые птицы и белая пена на гребнях волн. Белые кучевые облака, ровными стадами плывущие к горизонту. О чем в первую очередь он должен был подумать? Что попал в рай. А что он сделал? Отравил шельф. Были миллионы различных животных, а осталось триста тысяч видов. Только и всего.

А потом появился Корман…

В этот момент внутри инфоголографа что-то захрипело, изображение пропало и больше не появлялось. Однако голос звучал.

Итак, Корман. Этот был полной противоположностью Брегену. Он казался милым, доступным. Заговорить с ним ничего не стоило. И мне казалось, он понимает каждое слово. Он постоянно шутил. Он очаровал меня – буквально. Я лишь ждала удобной минуты, чтобы рассказать ему о себе и попросить помощи. Он без труда свяжется с управлением флота и передаст мой рассказ. А уж Лига Миров меня спасет.