Тень в зеркале - Ирвин Ян - Страница 133

Наконец, после полуночи, Лиан, Таллия и Мендарк вернулись. Они окаменели в дверях, созерцая жуткую сцену, открывшуюся их глазам в темной комнате, где все было залито кровью, а на полу лежали два тела.

Лиан разразился слезами, и Мендарку даже пришлось вывести его из комнаты, пока Таллия переворачивала тело мужчины. Его искаженное, обезображенное шрамами лицо было ей незнакомо. Она сняла его с Караны и оттащила подальше в угол.

«Кто же ты такой? — размышляла она при этом. — Как ты сюда попал? Наверняка ты ждал от Зеркала совсем не этого!»

— Любимый мой! Я-то думала, мы обручены навечно, а через несколько мгновений твои объятия стали ледяными, — прозвучал голос за спиной у Таллии, которая стремительно обернулась.

Карана лежала на спине. Ее одежда была покрыта запекшейся кровью. Она, улыбаясь, к кому-то протягивала руки с закрытыми глазами.

— Где же ты, любимый мой?! Видно, ты меня не очень-то и любишь, если так скоро устал?! Не уходи! Вернись! Возьми ласковыми руками меня за нежное горло, — проговорила Карана голосом, в котором почувствовался яд. — А я воткну в тебя это лезвие! — Карана несколько раз ударила воздух перед собой ножом и затихла.

Таллия подошла поближе к ней и присмотрелась. Лицо Караны снова озарила улыбка.

— Куда ты, любимый мой! Я слышу, как ты идешь тихо-тихо, боясь меня разбудить. Неужели тебе уже наскучили мои объятия?..

Таллия решила не дожидаться продолжения и выбежала из комнаты туда, где ее поджидали Лиан с Мендарком.

— Она жива! — (Лиан тут же возбужденно подскочил.) — Но прошу вас к ней не приближаться. Она потеряла рассудок и весьма опасна.

Лиан оттолкнул Таллию и бросился в комнату, все время произнося имя Караны. Потом он пронзительно вскрикнул и выскочил из комнаты, сжимая одной рукой другую. Между пальцами у него сочилась кровь, а на лице было совершенно ошеломленное выражение. Карана стояла в комнате с искаженным лицом, выставив перед собой нож.

— Я звала тебя, но ты так и не пришел, — сказала она. — Ты же обещал!

Мендарк отодвинул Лиана с Таллией и медленно пошел к Каране, которая усмехнулась и стала играть перед собой ножом.

— Вот это уже больше мне по душе, — проговорила она. — Ведь мы с тобой уже играли в эти игры.

Мендарк остолбенел. В этот момент в дверях появилась Магрета. Она шагнула в комнату и остановилась как вкопанная, пораженная невероятным зрелищем: она увидела окровавленную Карану, с совершенно безумным видом размахивающую ножом; чей-то труп в одном углу и троих незнакомцев, жавшихся в другом. Впрочем, ей показалось, что одного из них она уже где-то встречала. Ну конечно же! Это молодой человек из Нарна! Магрета была так поражена, что совершенно растерялась… Через несколько мгновений она вымолвила срывающимся от ужаса голосом: «Карана!»

Карана повернулась на месте как юла и полоснула воздух ножом прямо перед лицом у Магреты, на которой был широкий плащ с черным бесформенным капюшоном, полностью скрывавшим ее лицо так, что находившиеся в комнате даже не поняли, кто перед ними — мужчина или женщина. Но Карана прекрасно знала, кто пришел.

— Ты же обещала вернуться, а не пришла! Ты обещала не говорить ему, где я, а он нашел меня! Это был Эммант! Я так звала тебя, умоляла прийти, но ты так и не появилась! Ну конечно же! Разве ты бросила бы ради меня расточавшего тебе свои ласки любовника!

Карана снова бросилась с ножом на Магрету, которая в смятении отскочила назад. По ее скрытому капюшоном лицу текли слезы.

— У меня нет никакого любовника, — прошептала она и закрыла лицо руками. Карана опустила нож, и у нее на лице стало постепенно появляться выражение ужаса и глубокого отвращения к самой себе. Ее лицо настолько исказилось, что у Лиана волосы встали дыбом.

— Я убила его, — сказала она. — Это оказалось совсем не трудно… Отец, помоги же мне!

— Ты пойдешь со мной? — негромко спросил Карану Мендарк.

— Мне все равно. Могу и пойти.

Но стоило им повернуться к двери, как в коридоре послышался топот, и в комнату ввалилась толпа стражников, за которыми вошел высокий человек с лысеющей головой, бледными глазами и бесформенным носом. Это был Тиллан, свергший Мендарка и занявший его место в качестве Магистра Верховного Совета Игадора. Карана уставилась на непрошеного гостя, стараясь угадать своим помутившимся разумом цель его прихода. Стражники сразу поняли, что происходит, и начали наступать с выставленными перед собой пиками на отчаянно махавшую ножом девушку. Один из них ударил ее в висок, и Карана рухнула на пол.

Тиллан обыскал Карану и с возгласом ликования извлек из ее потайного кармана Арканское Зеркало. Мендарк сделал было шаг вперед, но острия пик мгновенно уперлись ему в грудь, а начальник стражи бросил на нового Магистра вопросительный взгляд, однако тот лишь покачал головой.

— Я вполне могу позволить себе проявить великодушие, — сказал он. — Но берегитесь! В следующий раз я вас не пощажу! Стража, схватите ее и заберите все ее вещи!

Карану связали, заломив ей руки за спину, и потащили в сторону крепости.

Все, кто остался в комнате, несколько томительных мгновений в нерешительности смотрели друг на друга, потом Магрета вихрем вылетела из комнаты. Лиан подобрал цепочку со своим амулетом и, покачиваясь, двинулся к двери.

Наступило утро. Лиан с Мендарком сидели у камина на вилле бывшего Магистра, ожидая Таллию с новостями. Они не спали всю ночь и не проронили ни слова. Лиан онемел от ужаса и скорби.

Дверь отворилась, и на пороге появилась Таллия. Она выглядела совершенно усталой.

— Ну, что ты узнала?! — воскликнул вскочивший на ноги Лиан.

— Ее заточили в крепость, — ответила Таллия. — Вот и все, что мне удалось узнать.

— А как насчет второй? Кто это была такая?

— Понятия не имею. Это известно только Каране. Мендарк обхватил голову руками и уставился на огонь.

События последних дней совсем подкосили его, и ему даже стало казаться, что он больше не властен над своей судьбой. В этот момент снаружи послышался шорох, и дверь распахнулась. В комнату неслышными легкими шагами вошла женщина. Ее сапоги были заляпаны грязью, а синий плащ насквозь промок. Она сняла шляпу, из-под которой ей на плечи упала волна почти бесцветных волос. Она посмотрела прямо в глаза Мендарку, и у того внезапно все похолодело внутри.

— Мендарк! — сказала женщина. — Это я — Феламора. Мне нужно Зеркало!

Мендарк осторожно перевел дух.

— Я не забыл тебя, хотя мы и не виделись почти шестьсот лет.

Феламора равнодушно пожала плечами.

— Так, значит, — продолжал Мендарк, — Фечанда — это ты?

— Да, я жила под этим именем, но теперь все поняли, кто такая Фечанда.

— Тебе, конечно, ничего не стоило отвести глаза стражникам, но ты все равно опоздала. Зеркало у Тиллана, а он — Магистр. В военное время в его руках сосредоточена огромная власть. Теперь мне не видать Зеркала как своих ушей.

Лицо Феламоры окаменело.

— А что сталось с девчонкой?

— Тиллан схватил и ее, но это теперь не важно, потому что у нее полностью помутился рассудок.

Феламора немного оживилась:

— Все могло бы быть намного хуже! Расскажи мне, что произошло!

Мендарк вкратце изложил события, предшествовавшие появлению Тиллана и убийству Эмманта. Феламора стала еще оживленнее. «На самом деле все было бы просто прекрасно, если бы не вмешался Тиллан, но и это дело поправимое!»

Лиан рассматривал бесконечно молодое и бесконечно старое лицо Феламоры. Он ненавидел ее, боялся ее коварства, но не мог не испытывать к ней живейшего интереса. Феллемы встречались теперь крайне редко, и вотуже много сотен лет ни одному летописцу не приходилось видеть Феламору воочию. Стараясь запомнить ее для своего будущего сказания, он разглядывал ее золотистые кошачьи глаза и удивительную, почти прозрачную кожу.

— Так это и есть тот самый жалкий дзаинянин? — спросила Феламора, обратив на него в свою очередь внимание. — Судя по нему, дзаиняне полностью выродились.