Бог гномов - Иванов Борис Федорович - Страница 94

— Тонкие синие линии? — заинтересованно спросил его господин Кирш. — Вроде паутины?

— Да, именно вроде паутины, — подтвердил Ким. — У них есть характерная особенность — они будут видны только вам одному. Никто другой не сможет различить их на вас. Впрочем, что я вам рассказываю эту побасенку магов? Вы ведь наверняка много раз слышали истории про «отложенную казнь» и все такое в этом роде.

— «Отложенная казнь»? — глухим голосом переспросил его Кирш. — Заклятие магов?

— Да, — подтвердил Агент. — Ну, согласно легендам, маги, когда хотят казнить кого-то, могут повесить где-нибудь у него на пути свою такую паутину. Магическую. Призрачную. И когда приговоренный… ими, магами, конечно, приговоренный, пройдет через эту паутину, то она его разрежет на множество мелких кусочков… Только он, приговоренный, не сразу на эти кусочки развалится и погибнет. Не сразу, а только тогда, когда пройдет через какую-нибудь условную дверь, на которую магами наложено заклятие. Или когда услышит волшебную музыку магов. Или когда маг рядом с ним хлопнет в ладоши… Ну или от какой-нибудь другой ерунды. А до той поры он, приговоренный, сможет видеть эти линии, по которым его рассекла волшебная паутина, на себе. Но — только он сам. И — никто другой.

Он отворил дверь, намереваясь покинуть не слишком гостеприимного хозяина. Тот стоял, уставившись на Агента недобрым взглядом.

— Конечно, я не верю в эти сказки, — добродушно улыбнулся Ким, — но мне как-то тревожно. Маги наговорили мне всякого. Например, что приговорили и вас самого. Из-за этой вчерашней истории. Конечно, это — чушь… А вот — на всякий случай… — Он протянул Джакомо свою визитную карточку. — Если у вас появится, что сказать мне, то вот мой номер канала связи…

В «Зарослях» Кима ожидали трое из наскоро сформированной команды: маг постарше (с совершенно непроизносимым именем), маг помладше (просто Тим, для пущей простоты знакомства) и унылый, словно осенний дождик, Тоби Каннинг. Третий из магов остался караулить «черный ход» обиталища Джакомо Кирша.

— Как вы думаете, его это зацепило? — осведомился молоденький маг, забирая у Кима камешек, покрытый синей паутиной.

— Он внимательно рассматривал эту штуку, — пожал плечами Агент. — И внимательно выслушал ту байку, которую я с вашей подачи рассказал ему. Кстати, надеюсь, с ним ничего не случится на самом деле?

— Это действительно всего лишь байка, — успокоил его маг постарше. — Фокусы вроде «отсроченной казни» могут проделывать только такие корифеи, что входят в число старейшин, вроде Тургона. Ну, может быть, Роман или кто-нибудь из такого высокого рода… А это — только пугалка. Конечно — магия, но пустяковая. Это — «паучье яичко». Тому, кто на него заглядится, может начать и впрямь синяя паутина по всему телу мерещиться. Но, как говорится, не более того. Шутить мы такими вещами шутим, но… Если всерьез что-то учиним, то и за нас самих всерьез возьмутся. Сейчас немного подождать нужно. Может, этот тип сейчас как раз и кинулся «синюю паутину» на себе искать…

— Внимание! — торжественно произнес Полек. — Кажется, началось!

То, что началось, было видно и без его возгласа: просто из изображения на экране монитора. Видеокамера, замаскированная на невзрачной легковушке, припаркованной в точке хорошего обзора владений Хозяина боев, показывала, как из ворот ограды, окружающей складские дворы не спеша выбирается «кадиллак» вполне министерских размеров. Этот «лайнер на колесах» чувствовал себя в убогом антураже улицы, петляющей между задними дворами торговых заведений явно как денди, случайно забредший в захудалую забегаловку. Но он уверенно брал курс на центр Старого Форта.

— По коням! — скомандовал Ван-Аахен. — Час пробил, труба зовет!

Роше замешкался на секунду-другую, пытаясь обнаружить на вешалке свою шляпу, но, конечно, не преуспел в этом занятии. Его уникальный головной убор пребывал именно там, где комиссар его и забыл в очередной раз — в номере гостиницы «Факир», арендованном «Домом Гимли» для Агента на Контракте Кима Яснова.

Бросив свое бесполезное занятие, Роше поспешил вслед за рыжим капитаном к стоянке, на которой «объединенную группу» ждал невинного вида «субару», оборудованный если не по последнему слову технологии слежения, то по предпоследнему такому слову.

— Уверен, — произнес капитан и всем своим видом продемонстрировал эту свою уверенность, — что это последний ход той партии, которую разыгрывают наши «клиенты». Всем нам надо, что называется, быть начеку… Какая жалость, что я занял Левона делами вашего приятеля, комиссар.

«Субару» осторожно отчалил от стоянки, стараясь не привлекать к своим маневрам особого внимания.

Телефон в кармане у Тоби срочно потребовал к себе внимания. Тоби поднес трубку к уху и тут же протянул ее Агенту.

— Это ты, сыскарь? — осведомился с той стороны линии роман. — Еще не нарыл ничего хорошего? Так вот, — торопливо продолжил он, — тот, кого хотел видеть ты, срочно хочет видеть тебя. Ты меня понял?

— Понял, — без особой радости в голосе отозвался Ким. — Но мне лучше побыть здесь, возле свидетеля…

— Возле свидетеля теперь побудет Тоби, — отрывисто прервал его Роман. — Теперь мы сами с ним разберемся. Если тебя требует «к ноге» сам Страж Бога, то значит, ты — куда большая шишка, чем я думал. Дуй сюда немедленно. Здесь от тебя может быть куда больше толку, чем там, где ты торчишь.

— Куда — «сюда»? — озадаченно спросил Ким. Роман торопливо и не слишком разборчиво продиктовал адрес какого-то отеля, расположенного, судя по всему, в старом центре Форта. Киму он ровным счетом ничего не говорил, но уточнять детали предстоящей встречи было лучше уже прямо на месте действия.

Отель «На перекрестке», в котором Кима поджидал Роман, с большим успехом носил бы, пожалуй, титул постоялого двора и представлял собой огороженное пространство, на котором теснились самые разнообразные средства передвижения — от фешенебельного «дункана-дьяболо» до прескромнейшей развалюхи «риальти-мини». Были здесь и флаеры, и велосипеды, и совсем непонятные механизмы. Не хватало разве что унылого пони, запряженного в тележку. По периметру все это великолепие окружала цепочка одноэтажных домиков-кабинок для постояльцев. В одном из таких домиков и ходил из угла в угол Цыган — относительно трезвый, но пребывавший на грани бешенства. Слава богу, Он еще не перешел эту грань.

— Ну, выкладывай! — бросил он Агенту, усаживаясь на неприбранную кровать и кивая тому на довольно шаткий стул напротив, у откидного столика. — Я-то свое обещание считай выполнил. Досрочно. А ты, как я понимаю, еще Не докопался до того, где шакалы сховали Мири?

Ким коротко выложил итоги проделанной работы.

— Думаю, что сейчас Тоби удастся дожать ситуацию — закончил он. — И лучше бы мне побыстрее быть там…

— Сейчас ты сначала поговоришь с тем чертом, с которым хотел, — перебил его Цыган. — Разнюхаешь, что там тебе надо, и сразу же дунешь назад, вызволять Мири, я бы и сам хотел, чтобы ты сначала это сделал. Но у Тварюги — свои планы. Торопится она куда-то…

— Тварюга? — переспросил Ким. — Это — … ?

— Это — твой Страж и есть! — коротко отрубил Цыган. — Мы так его называли, пока он при нас обретался. Пошли!

— Он жил с вами? — спросил, поспешно вскакивая с места, Агент. — Прямо в вашем поселении?

— В Таборе! — коротко поправил его Роман, резко отворяя дверь кабинки. — При моем роде. При Тикмарах. Фамильный подопечный, можно сказать. Всю плешь нам проел — мне и деду моему, пока тот жив был. А второго дня на волю попросился… Я его и сбагрил двум чудакам, что под Обухом шестерками ходят. Уж думал, попрощались вконец. Но сам видишь — не привел Господь расстаться.

Они пересекли заставленный автотехникой двор и без лишних разговоров втиснулись в приютившийся в тени под навесом «мини-вэн». Перед тем как впустить Агента в салон, Роман предупредил его: