Законы исчезновения - Иванов Борис Федорович - Страница 115

Были, однако, среди этого экзотического маскарада и личности вполне прозаически одетые — кто в купеческий камзол, кто в безликое дорожное платье, а кто и в одежды служителей той или иной веры, исповедуемой под Огненными Небесами.

Кайла в зал проводил сам Донагон Молчаливый, замещающий — ввиду всем известных прискорбных обстоятельств — председателя почтенного собрания.

— Его Величество?.. — с некоторым безразличием в голосе поинтересовался Находящий Пути.

— Отторжение от Гильдии, — коротко и так же безразлично сообщил маг. — Десять лет покаяния в Дорнской обители... Уже убыл в указанном направлении.

Кайл оставил приговор Гильдии без комментариев и даже не поинтересовался, кого прочат на место ее нового главы. Он сел за стол президиума, рядом с остальными членами Пятерки и окинул собравшихся пристальным взглядом.

Сюрпризом для него было лишь присутствие среди приглашенных представителя Правителя Юга — насупленного и всячески имитирующего неприступный вид графа Брюи. Ну что же, Тан Герхард не медлил со своим вступлением в права полномочного правителя Сумеречных Земель...

Трое Меченных Мглой расположились по правую руку от Находящего Пути. Рядом с ними сидел Лорх Коули. Посмотрел на Кайла и кивнул ему — со значением. Кайл нащупал в кармане цепочку, полученную от Парре, и легким движением порвал ее не слишком прочные звенья.

Неназываемому предоставили место на широкой каменной скамье, прямо у подножия алтаря Так'ль Така. Он с демонстративным безразличием поглядывал на то, как в зал, стараясь не привлекать к себе особого внимания, вошли шестеро представителей Касты Проводников во главе с напряженно сосредоточенным Парре. Люди Касты не стали занимать места ни в зале, ни в президиуме. Они остановились у громадной, под самые своды зала уходящей плиты с высеченными на ней письменами. Письмена эти по неписаному уговору было принято называть Письменами Предтеч. На что в свое время Павел Сухов, большой знаток древних текстов, заметил только: «Эт — вряд ли...»

Плита закрывала вход в лабиринт Портала. Портала, вокруг которого и вырос теперешний Храм. Не первый и, наверное, не последний из храмов, стоявших здесь.

Пятеро Новых Пришлых устроились на боковой скамье — не то чтобы в зале, рядом с Магами, но и далеко не во главе собрания. Последней на эту скамью села Мэри-Энн, которую привели, пытаясь поддерживать под руки, Форрест и Эйб. Мэри отрешенно, неузнающим взглядом скользнула по лицу Денджерфилда, заняла свое место и осталась сидеть с отсутствующим видом, временами потирая лоб и морщась, словно отгоняя тени каких-то неприятных воспоминаний.

Последним в зал проскользнул и незаметным комочком застыл у подножия алтаря Бога Выбора Шега. С молчаливого согласия сторон он был удостоен чести присутствовать на происходящем собрании.

Собрание это было все еще возбуждено победой над злокозненным Таном Алексисом, и Донагон Молчаливый вынужден был пару раз прочистить горло громоподобным кашлем, чтобы в зале воцарилось некое подобие спокойствия.

Поднявшись со своего места и пройдя к краю каменной ступени — подиума, — на которой высился стол президиума, он уведомил собравшихся Премудрых, а также всех других гостей Высокого Храма о том, что им предстоит потерять еще малую толику времени, так как союз Пятерых и Каста Проводников предлагают Гильдии Магов принять участие в принятии некоего решения, которое живейшим образом касается всех присутствующих...

И тут председательствующего прервали. Довольно резко и бесцеремонно. Со своего места поднялся Неназываемый.

— Вам, господа, не придется решать ничего! — выкрикнул он.

Выкрик этот был настолько неожиданным и резким, что даже пламя на алтаре Так'ль Така полыхнуло и зашлось трескучим, дымным угаром — словно в жертвенную чашу подкинули просмоленной пакли.

— Вам не стоит тратить времени на этот спектакль! — продолжил Денджерфилд, не снижая напряжения, наполнявшего его голос. — Решение принял я! Вы побоитесь тронуть меня даже пальцем, ибо тотчас оживут каменные великаны, драконы выйдут из скал и поля порастут стальными терниями! Вы можете обречь меня на заточение. Можете лишить памяти. Но все равно будете бояться меня. Поэтому я сжалюсь над вами. Я выберу меньшее из зол — и для вас, и для себя. Тропа Испытаний давно ждет меня. И я уйду по ней. Надеюсь, старый приятель Парре не откажется быть моим провожатым?

Он подошел к Плите и Парре, шагнув навстречу, положил ему руку на плечо, словно налагая арест.

— Тебя проводят двое других Проводников, — негромко сказал он. — Из тех, кто лучше знаком с твоими фокусами. На случай если ты вдруг передумаешь. Ты можешь захватить в путь что-то из твоих вещей...

— Чушь, — оборвал его Крис. — В такой путь отправляются налегке — с одним носовым платком в кармане. Командуй своим водилам...

Парре кивнул людям Касты, и двое из них приблизились к Неназываемому и стали по обе стороны от него.

— Пошли, — негромко произнес один из них и взял Криса за локоть.

Тот оттолкнул его руку и неторопливо, но решительно зашагал к обрезу Плиты. Перед тем как шагнуть за него, остановился и обернулся. С иронической усмешкой помахал рукой. Отвернулся и шагнул за каменную стену. Исчез за ней.

Двое Проводников последовали за ним.

Некоторое время в зале царило молчание. Потом Донагон снова огласил пространство своим кашлем.

— Ну что же, — провозгласил он. — Могу только сказать, что благодаря нашим согласованным действиям в Сумеречные Земли пришла новая эпоха. И от нас зависит, какова будет она. Всем нам есть о чем поразмыслить. Я думаю, что Премудрые не будут возражать против трех суток перерыва. В день Океана и в час смены стражи мы снова соберемся здесь, чтобы выбрать нового главу Гильдии. Надеюсь, нас почтят присутствием и те из Премудрых, кто по робости души или по какой-то другой уважительной причине не смог быть на нашем сегодняшнем собрании. А сейчас оставим Гостей этого мира одних. Им есть о чем поговорить без нашего назойливого присутствия, я полагаю...

— Дурацкая мысль посетила меня... — тихо, как будто себе самой сказала Марика. — В одной древней книжке я прочитала такую притчу... Точнее, рассказ... О том, как некий ученый за большие деньги отправлял богатых беглецов — бандитов, мошенников, авантюристов — в какое-то другое измерение. Или, быть может, в прошлое... Он так премудро обставлял отправление в этот путь, что ему верили самые ушлые пройдохи. Только его машина времени представляла собой всего-навсего стальную камеру. С автоматическим люком в полу. А под полом была пропасть. Очень глубокая. Только и всего.

— Не каркай! — почему-то зло оборвала ее Цинь.

Зал опустел. Маги покинули Храм, на ходу обретая достоинство и величавость поступи. Откланялись и исчезли через боковые двери трое Меченных Мглой. И люди Касты последовали за ними. Остались только Лорх и Парре. Кайл кивнул пятерым «новичкам», чтобы они поднимались на подиум и занимали места вокруг каменного стола. Те не заставили себя ждать. Шега остался на своем месте, словно греясь у пламени алтаря.

— Теперь пришла пора решать, — сухо, по-деловому начал Лорх. — Впрочем, кажется, здесь каждый сделал свой выбор. Осталось только произнести его вслух. Этот Мир ждет.

— Мы двое уже все решили, — глядя в сторону, произнес Эл. — Там в лесу, на дюнах. Вместе с тобой. Ты обещал нам тайм-аут. Покой... Это наш выбор.

— Покой? — переспросила Мэри-Энн.

— Покой, — подтвердил старик. — Покой надолго. Но не навсегда. Только на то время, которое необходимо, чтобы найти себя. Вечного покоя нет.

— Нет? — с разочарованной иронией произнесла Мэри-Энн. — Значит, только там — за гранью бытия...

— За гранью бытия нет вообще ничего, — улыбнулся Лорх. — И покоя тоже. Просто там некому покоиться. Впрочем, мы слишком увлеклись философией. Я не собираюсь никому предлагать экскурсии в загробный мир. Если вы, мисс, желаете составить компанию этим двоим, то получите достаточно много времени на то, чтобы решить, на какую тропинку свернуть с того перекрестка, на котором они собираются устроить себе привал. Вы не пропадете там. Для специалиста по магическому антиквариату там работа найдется.