И маятник качнулся… - Иванова Вероника Евгеньевна - Страница 90

– Как он?

– Волнуешься? – Быстрый внимательный взгляд.

– Немного, – отвожу глаза в сторону. – Но не по той причине, которая кажется тебе наиболее вероятной.

Я и сам себе не могу объяснить, почему переживаю за судьбу принца. Не потому же, что испытываю к нему нежные чувства, в самом деле!

– Все хорошо.

– Я рад.

– Он пока не знает, кому обязан выздоровлением. – Капелька злорадства.

– Кому, кому… Гизариусу, конечно!

– Ты прекрасно понял, что я имею в виду, – констатирует он.

– Надеюсь, и не узнает.

– Не хочешь получить свою порцию славы? – удивляется Рогар.

– Не хочу, чтобы принц считал себя обязанным, – сухо поясняет ваш покорный слуга.

– Ты или слишком глуп, или слишком благороден, – вслух размышляет мой хозяин.

– Слишком глуп и слишком труслив – было бы вернее! – бурчу я.

– Впрочем, это твое дело… Хотя, оказав услуги подобного толка всем королевским отпрыскам по очереди, ты мог бы рассчитывать на многое.

– Завидуешь?

– Сочувствую.

– Хочешь правду? Век бы не видел эту семейку!

– Даже так? Чем же тебя обидели Дэриен и Рианна?

– Мне было бы спокойнее жить, не подозревая об их существовании, – совершенно искренне отвечаю я.

– Все мучаешься из-за клейма? – Понимание в голосе.

– Нет, уже забыл! Представь себе: это украшение очень осложняет жизнь!

– Не кипятись, дело поправимое… Я замолвлю словечко придворному магу, и он в два счета сведет рисунок…

– Ничего ты не понял! – Срываюсь на крик, и ближайшие прохожие испуганно шарахаются в сторону.

– Поясни. – Кажется, он бесконечно готов выслушивать мои глупости.

– Я не вправе сказать всего, но… Магия мне не поможет. Не сможет помочь.

– Любопытно… Ты хочешь сказать… – Он даже замедляет шаг.

– Меня нельзя лечить чародейством. Просто не получится.

– Так вот оно что! – осеняет Рогара. – А я-то удивлялся, почему ты так легко справляешься с волшбой…

– Примерно так… – неуверенно киваю я.

– Проблемка… – Он резко мрачнеет. – Хорошо, что сказал… Если не секрет: в чем причина?

– Родовое проклятие. – Не вижу смысла лишний раз лукавить.

– Очень любопытно… – Он надолго замолкает, видимо, вспоминая, не встречал ли в каких-нибудь «Хрониках» упоминания о подобном казусе. Не вспомнил. Потому что те «Хроники», в которых можно прочитать об истоках моего «уродства», доступны далеко не каждому. Даже с САМОЙ высокой степенью посвящения.

– Придется вносить коррективы… – слышу я после паузы.

– Куда? – Фраза Мастера вызывает интерес, но – очень вялый.

– В свои планы, – отвечает Мастер. – Но все же… Несмотря на твои «прохладные» отношения с магией, вчера ты сотворил настоящее чудо.

– Это какое же? – настораживаюсь я.

– Инициировал принцессу.

– И в чем же, собственно, чудо?

– Она не подлежала Инициации.

Сердце неприятно екает.

– Не подлежала?

– Кружево, передающееся в королевской семье по женской линии, имеет какой-то изъян… Я не интересовался подробностями, но знаю, что Соединения с Источником оно бы попросту не выдержало…

– Девочка сгорела бы заживо… – шепчу я.

– Ты не допускал такой возможности? – удивляется Мастер.

– Я даже не знал, что ей угрожает…

– И вот ребенок, который и мечтать не смел об обретении Могущества, стал весьма сильным Мостом. Исключительно благодаря твоим стараниям. Как тебе это удалось?

– Мне была названа цена, и я заплатил… – отвечаю я, а в голове крутится одна и та же мысль: я расчетливо убивал беззащитное существо. Действительно чудовище – иначе не скажешь…

– Цена? – Мастеру не терпится узнать, что я имею в виду, но он чувствует: дальнейшие расспросы ни к чему не приведут, и оставляет попытки пробиться к Истине: – Ладно, все потом… О, а мы уже пришли!

Я с недоумением пялюсь на высокие ворота. Что-то они подозрительно знакомо выглядят… Да это же…

– Я сюда не пойду! – отчаянно протестует ваш покорный слуга.

– Это еще почему? – хмурится Рогар.

– Я… Да меня и не пустят!

– Вот как? Странно… Дом Гедрина славится своим гостеприимством…

– Только не для меня.

– В чем причина?

– Его малолетняя племянница уверена, что я изнасиловал Рианну, и не желает меня больше видеть. Боюсь, если я переступлю порог этого дома, меня ждут крупные неприятности…

– Когда нас пугали трудности? – весело заявляет Мастер и стучит в ворота.

Створки раздвигаются, и в образовавшемся проеме нарисовывается смуглое лицо Каролы.

– Мастер Рогар, добро пожаловать! Давненько вы у нас не гостили! – обращается она к моему спутнику, а, увидев меня, добавляет: – И Вы… заходите.

– Вот видишь, – вздыхаю я, но Мастер подмигивает мне и строго спрашивает домоправительницу Гедрина:

– И так-то встречают человека, который сделал столько добра?

Карола жалобно поджимает губы:

– Да как можно… Да мы со всем уважением… Вот только молодая хозяйка…

– А что с ней не так? – продолжает выпытывать Мастер.

– Рассержена она. Сильно, – украдкой оглядываясь, сообщает Карола. – На него вот.

– Из-за чего же?

– А то не догадываетесь… Переживает за свою гостью.

– Но я же ничего ей не сделал! – Мне хочется взвыть.

– Да я сразу поняла, что к чему, – кивает гномка. – Только Миррима не верит.

– Не верит?

– Ну, понимаете… Она-то ведь еще… Не было ни разу…

Ну разумеется! У гномика период созревания совсем иной. Конечно, еще не было.

– Так почему ты ей не… – От волнения я забываю слова.

– Да я… Это… Не знаю как… Может, вы…

– Я должен рассказывать девочке о том, что происходит во взрослеющем женском теле?! Да вы совсем оборзели… – Даже не знаю, что делать: то ли рассмеяться, то ли всплакнуть. Бредовейшая ситуация…

– А что? – веселится Мастер. – Коменданту ты все объяснил просто и доходчиво. Чем девочка хуже?

– Это просто неприлично!

– Представь, что ты – доктор… – начинает советовать Мастер, но я не успеваю ничего представить, равно как и сказать, что думаю по поводу таких «представлений», потому что со двора доносится:

– Карола, кто там?

– Мастер Рогар пришли.

– Мастер Рогар?

– Старинный приятель вашего дядюшки…

– А… Вспомнила. Но что же ты его за воротами держишь?

Домоправительница распахивает створки шире, и Миррима натыкается взглядом на меня. Видели, как лужа покрывается ледком? Что-то подобное произошло и с глазами девчонки: они просто омертвели.

– Этот человек не войдет в мой дом.

– Юная госпожа, позвольте заметить: неугодный вам человек является моим имуществом, и, не пуская его, вы отказываете и мне, – мягко замечает Мастер.

– Он… – Несколько вдохов гномика мучительно подыскивает слова. – Если он – ваше имущество, то я должна просить… обезопасить меня и моих гостей от этого… имущества.

– Как пожелаете, – кланяется Рогар и бросает мне: – Протяни руки.

Я выполняю приказ раньше, чем успеваю подумать зачем.

На запястьях защелкиваются браслеты, соединенные короткой цепью, от среднего звена которой отходит еще одна цепочка – ее конец теряется в складках плаща моего хозяина.

– Карола, проводи Мастера в свободную кладовую… Пусть оставит… свое имущество там. – Малявка гордо удаляется.

Рогар кивает мне, и мы спешим выполнить повеление грозной хозяйки.

Кладовая небольшая, но вполне уютная, о чем я и сообщаю, когда Рогар интересуется моим мнением.

– Тебя устраивает?

– Более чем. По крайней мере, меня никто не будет беспокоить.

– Наручники сильно мешают?

– Вовсе нет… – Я принимаюсь изучать свое новое «украшение». Браслеты обтянуты островками кожи, как и мой ошейник, но под мягким слоем отчетливо прощупываются… звенья? Так вот почему так удобно… Цепь коротковата, зато – тонкая и легкая. Нет, сильно досаждать не будут. Хотя выглядят, скажем так, внушительно. И движения сковывают, как им и положено.

– Надоест – снимешь, – разрешает Мастер.