Право учить. Повторение пройденного - Иванова Вероника Евгеньевна - Страница 70

Спасибо за напоминание, драгоценная!

Оставив Мантию дуться и вздыхать, обращаюсь с вопросом к лекарке:

— По словам капитана, агент заболел некоторое время назад. Он описывал симптомы?

— М-м-м-м-м... Слабость. Вялость. Ослабление зрения и других чувств. Но всё это проявилось относительно недавно, — промурлыкала Нэния, нежась под прикосновениями моих пальцев.

— И удивительным образом совпало с установлением жары, в которую нередки все перечисленные явления... Что же заставило его отправить донесение?

— Он сообщал, что помимо ослабления реакций временами перестаёт чувствовать своё тело: тепло или холод, боль от порезов, прочие повреждения. Теряет контроль.

Перестаёт чувствовать... Занятно. Давай-ка взглянем на Кружева.

Мантия с готовностью спустила меня на второй Уровень Зрения, а точную настройку помогло сделать находящееся в непосредственном контакте с моим руками тело Нэнии, испещрённое алыми и белоснежно-золотыми узорами. Но когда я перевёл взгляд на покойника...

Фрэлл! Хотел бы я знать, что ЭТО такое.

Кружево Крови никуда не делось: присутствовало, родное, только ручейки остановили свой бег, превратившись в густой кисель, не только оставшийся в сосудах, но и пропитавший собой все ткани, через которые проходит на своём пути кровь, поэтому рисунок казался мутным и смазанным. Кружево Разума тоже выглядело расплывчатым, но совсем по другой причине. Потому что стало двойным. По первому, природному, вились ниточки наносного, повторяя его ход, но не в абсолютной точности, что и позволяло заметить присутствие лишней структуры.

Откуда оно взялось? Сформировалось само? Слишком чудесно, чтобы быть правдой. Магия? Кроме слабого фона лекарки, без сомнения, практикующей чародейские приёмы, в палатке нет ничего волшебного. Каким же образом...

— Спасибо, — Нэния потянулась и встала, неохотно убирая плечи из-под моих ладоней. — Надо завершить начатое, а то как-то нехорошо оставлять парня в непотребном виде.

Лекарка сдвинула края разреза, наскоро прихватив их через край суровой ниткой, и, во избежание нарушения достигнутой целостности, черпнула немного Силы из болтающейся на поясе «шкатулки», чтобы запечатать шов...

Икоту я подавил ещё до выхода наружу, только почувствовав удары её кулачков в груди, но от сдавленного визга Нитей свело зубы. А мгновением позже мои барабанные перепонки оказались на грани разрыва, потому что Нэния истошно закричала. Впрочем, кто бы не закричал на её месте? Даже привычный ко многому человек вряд ли сохранил бы спокойствие, когда только что разрезанный и вновь зашитый труп сел, ухватился за запястья не успевших отдёрнуться рук и что-то промычал в складки кожи, свисающей на лицо с распиленного черепа.

Правда, сего порыва хватило ненадолго, и покойник вновь рухнул на стол, потянув за собой лекарку, а я, к стыду своему, помедлил выручать испуганную женщину из лап восставшего мертвяка, потому что одновременно с началом движения последнего почувствовал ещё один всплеск очень похожей волошбы. Совсем рядом. В кувшине, из которого пила Нэния.

Трясущуюся в ознобе ужаса лекарку закутали в походное одеяло и увели в другую палатку, а капитан Хигил грозно взглянул на меня:

— Что произошло?

— Маленький сеанс практической магии. А точнее, одной из её наименее привлекательной разновидностей.

— Говорите яснее!

— Госпожа лекарь только что и весьма успешно провела поднятие мертвяка.

— Что?! Это невозможно! Нэния...

Взгляд капитана стал ещё глубже и суровее.

— Она не пострадала, если вас беспокоит её самочувствие. Или... А, вы удивляетесь, как она смогла сыграть роль некроманта, если не владеет магией на соответствующем уровне и в надлежащем объёме? Очень просто. Кто-то позаботился об удобстве. Конечно, не в расчёте на уважаемую госпожу Нэнию, а, скорее, на себя самого. Поставил, так сказать, опару, чтобы в нужный момент сразу испечь хлеб, а не смешивать муку с дрожжами.

— Что вы хотите этим сказать?

Я почесал взмокшую под воротником рубашки шею. Совсем неподходящая для лета одежда, надо обзавестись чем-то полегче.

— Пока могу сказать только одно: при жизни лежащий перед нами человек подвергся некоему воздействию, которое после смерти обеспечило возможность поднятия трупа малыми вливаниями Силы. Проще говоря, это заготовка, о которой мечтает любой некромант. И похоже, кто-то не удовольствовался мечтами, а претворил их в жизнь. Или в смерть. Как вам больше нравится?

— Ваши шутки... — Скривил губы Хигил.

— Я не шучу. Вы даже представить не можете, капитан, насколько я сейчас серьёзен. Если мои предположения верны, у нас с вами очень большая проблема. Целый город потенциальных клиентов труповода.

— Вы... уверены? — Кажется, мрачность моих мыслей всё же передалась Егерю.

— Ещё нет, но, скажем, я в полушаге от полной уверенности.

— Что следует предпринять? Установить оцепление? Я сейчас же сниму посты с...

— Ни в коем случае! — Мой окрик заставил капитана вздрогнуть. — Возможно, это только на руку злоумышленнику, отравившему Вэлэссу, ведь для поднятия мертвяков требуется Сила, а «Слёзы Вечности» подходят не хуже всего прочего.

— Значит...

— Не ослаблять охрану больше, чем она ослаблена сейчас. Для оцепления хватит и имеющихся сил.

— Позвольте не согласиться: моих людей недостаточно, чтобы...

— Нужна всего лишь «полоса отчуждения».

— Но кто её проведёт? В моём подчинении всего два мага, и оба заняты на охране «Слёз».

— Зато маг есть у меня. В городе.

— Но он может быть заражённым.

— Нет. Мы провели в Вэлэссе не более суток, а этого времени явно недостаточно, чтобы заболеть. К тому же... И я, и он не прикасались к тому, что вызвало болезнь.

— Вы знаете, в чём причина?

— Догадываюсь, — я посмотрел на кувшин, из которого при мне пила Нэния. — Откуда вы взяли эту воду?

— Доставили из источника неподалёку от города. А в чём проблема? Вода чистая и приятная на вкус, — он всмотрелся в моё лицо и побледнел. — Не хотите ли вы сказать, что...

— Именно. Отрава находится в воде.

— Нет...

— Думаю, не стоит переживать раньше времени, капитан: необходимо всесторонне изучить имеющиеся факты и только потом делать выводы. Вы согласны?

— Да... Мастер. Но если в считанные дни вымрет весь город...

— Не вымрет. Возможно, мы найдём способ спасти людей. А пока... Вы не могли бы отправить кого-то из своих подчинённых в каменоломни?

— С целью? — Заинтересованный взгляд.

— О, не поиска решения проблемы! Просто там находятся... мои ученики и кое-кто ещё, а я хотел бы знать, что с ним всё хорошо. Бэр, Хок и Румен — местный житель. Пусть они прибудут в лагерь, хорошо?

— Как пожелаете. А чем займётесь вы?

Я улыбнулся, стараясь, чтобы выражение моего лица не показалось обидным капитану, который умеет справляться с трудностями на поле боя, но в тонкостях сосуществования жизни и смерти вынужден уступить первенство другим.

— Сооружением заградительных порядков. Но сначала скажу несколько слов госпоже Нэнии.

Он рад был бы отказать мне в таком желании, потому что, несмотря на внешнюю суровость и сдержанность, питал к лекарке тёплые (а возможно, и очень горячие) чувства и заботился о её здравии как телесном, так и душевном. Но именно эта забота и заставляла сдаться, предоставляя право целительствовать тому, кто умеет это делать лучше Егеря.

Нэния лежала, накрывшись одеялом с головой, но плотно свалянная шерсть не скрывала мелкой дрожи, пробегавшей по телу женщины.

Я присел рядом и положил руку на плечо лекарки. Та дёрнулась, пытаясь избавиться от прикосновения, взметнула одеяло вверх, увидела меня и... Беззвучно заплакала. Пришлось помочь ей сесть и позволить выплакаться, прижимаясь к моей груди. Четверть часа для этого понадобилась или целый, не знаю. Но как бы меня не торопили другие дела, первое из них шмыгало носом здесь.