Книги Великой Альты - Йолен Джейн - Страница 61

Альта надела ожерелье на шею Джарету, и оно стало зеленым, как чистейшей воды изумруд.

– Ты не промолвишь ни слова, пока корона не увенчает короля и правая его рука не одержит победы. После этого люди будут чтить каждое твое слово. Но если ожерелье будет разорвано до времени, твои речи посеют раздор, и король не сядет на трон, и круг никогда не замкнется. Ибо с этим ожерельем ты обретешь дар читать в сердцах и мужчин, и женщин – но никто не захочет услышать, что они думают и что чувствуют друг к другу.

Джарет, держа руку на горле, обвел взглядом всех по очереди, и глаза его при этом то расширялись, то уменьшались, как луны. Напоследок он вперил взор в Дженну, и она потупилась, не в силах смотреть в эти всевидящие очи.

– Бедный мой Джарет, – прошептала она, протянув ему руку.

Он открыл рот, но вместо слов у него вырвались лишь сдавленные звуки. Не взяв руки Дженны, он отошел и стал плечом к плечу с двумя братьями.

– А теперь вам пора, – сказала Альта. – Я дам вам хлеба и вина на дорогу, ибо между нынешним и завтрашним днем лежит долгий путь. Если же вы станете рассказывать о том, что видели и слышали здесь, в зеленом мире, веры вам будет не больше, чем Джарету теперь. Прощайте. – Она подняла руку, и лошади, словно по зову, подошли к ней. Она взяла их поводья.

Всадники стали рассаживаться по коням – Дженна первая, за ней Катрона с обнаженным мечом в руке. Джарет, взобравшись на гнедую кобылу, помог сесть Петре. Марек и Сандор сели последними.

– Увидимся ли мы снова? – спросила Дженна Альту.

– Да, в конце твоей жизни, – улыбнулась та. – Приходи к моей двери, и она откроется перед тобой. С тобой может прийти еще один человек.

– Один? – шепотом повторила Дженна и, не получив больше ответа, повернула коня в указанную Альтой сторону, к дальнему горизонту. Остальные последовали за ней.

Поначалу они ехали медленно, словно не желая покидать луг Альты, но потом один за другим послали коней в галоп. Сначала солнце, потом звезды мелькали мимо, как снег, но это был не день и не ночь, а какие-то вечные сумерки. Весна сменилась летом, осень зимой, а они все ехали по той же дороге туда, где небо сходилось с землей.

Дженна, оглянувшись назад, увидела Альту, стоящую около своей рощи в кругу греннов. Когда она оглянулась опять, все исчезло – Альта, роща и человечки.

МИФ

И сказала Великая Альта: «Корона – для чела, дабы править мудро; браслет – для руки, чтобы придать ей ловкости; ожерелье же для языка, ибо без языка мы не люди. Как без него рассказать о том, что было, или воспеть славу? Как нам плакать или проклинать без него? Потому-то ожерелье – самый дорогой из всех даров».

Книга третья

СОРАТНИКИ

МИФ

И Великая Альта раздвинула завесу своих волос и показала им поле брани. По правую руку стояло войско света, по левую – войско ночи. Но солнце село, и взошла луна, и оба войска стали как одно.

– Они соратники, – сказала Великая Альта. – Друг для друга они как щит и меч, как тень и свет. Я велю вам познать войну, чтобы вы могли жить в мире.

И она опустила их на кровавое поле, чтобы они могли постичь эту науку.

ЛЕГЕНДА

Есть посреди Долин бесплодная пустошь, где растет только один цветок – Роза Жатвы. Трава там скудна, да и та бурая, воды мало, да и ту нельзя пить. Только пыль, щебень и Роза Жатвы.

Говорят, что когда-то на этой равнине рос лес, такой высокий, что доставал до самого неба, и дикие кошки жили там в мирном соседстве с кроликами.

Но однажды сошлись на равнине два великана, нагие, в одних только шлемах. Три дня и три ночи боролись друг с другом. Их ноги превращали плодородную землю в пыль, руки вырывали из земли деревья. Этими деревьями они молотили один другого, словно дубинами. Наконец они при последнем издыхании повалились бок о бок и сорвали с себя шлемы и оказались схожими, словно близнецы.

Кровь, пролитая ими в бою, впиталась в изрытую землю, и из каждой капли расцвела Роза Жатвы. На каждом из ее кроваво-красных лепестков видно белое лицо, и все эти лица одинаковы.

ПОВЕСТЬ

Когда они миновали последнюю из рощ необъятного луга, над головой светила полная луна.

– Луна? – удивилась Дженна. – Когда мы уходили, еще не настало новолуние.

– С тех пор минула не одна луна, сестра, – шепнул ей кто-то на ухо. Дженна повернула голову и увидела сидящую позади себя Скаду. Та сильно похудела и казалась много старше.

– Сколько же их прошло? – Дженна оглянулась на своих спутников. В шапке коротких волос Катроны появилась заметная проседь, как и у Катри. Джарет, в своем тугом зеленом ошейнике, как-то осунулся. У Марека появились усы, у Сандора пробивалась бородка. Но больше всех изменилась Петра – из девочки она превратилась в молодую женщину с округлой грудью под камзолом.

Дженна коснулась собственного лица, ища перемен, но пальцы ни о чем ей не сказали.

– Подумать только! – басовито воскликнул Марек.

– Я… – начал Сандор и умолк, словно смутившись от густоты своего голоса.

Джарет не смог произнести ни звука и затряс головой, в досаде колотя себя кулаком по бедру.

– Легенды не лгут, – сказала за всех Петра. – Гренны сказали, что живут в конце времени – но не сказали, сколько времени мы…

Дженна слезла с коня вместе со Скадой и спросила ее:

– Сколько лун прошло, Скада?

– Не знаю. Много. Я потеряла им счет.

– Но мы в пути не ели и не спали, – сказала Катрона. – Мы не видели, что время идет. Как это возможно?

– Это все Альта, – сказала Петра.

– Да. И гренны.

– Все дело в Анне, – хором сказали Марек и Сандор. Все спешились, и юношей наскоро представили Катри и Скаде.

Но тайна появления темных сестер померкла перед лицом еще большей тайны. Всех занимало, сколько же времени прошло.

– Быть может, год, а может… – произнесла Катрона.

– …сотни лет, – закончила за нее Катри.

– Сотни? – удивился Марек. – Ну нет. Что же стало тогда с нашей матушкой?

– И с батюшкой?

– А наши сестры? Должны мы предупреждать их или нет? – спросила Петра.

Дженна повернула на мизинце кольцо жрицы. Судьба сестер заботила и ее – но сначала нужно узнать, в каком месте и времени они оказались. Глядя на Джарета, она прошептала:

– Они не вспомнили о твоей Май. – И о Пинте, и об Аме, и обо всех сестрах Селденского хейма, сказала она про себя. Что толку вспоминать, когда они так далеко? А о Каруме она и думать не хотела, боялась представить себе его лицо. Но Скада, знавшая все, тихо тронула ее за руку.

Они не устали, но все же решили остановиться на ночлег. Днем они поищут дорогу, найдут, быть может, знакомые приметы. Кроме того, лошадям будет легче ехать без темных сестер, а люди получат время, чтобы подумать.

– Чтобы сосредоточиться, – сказала Катрона точно так же, как когда-то в Селденском хейме, когда учила девочек жизни в лесу.

Для начала они, усевшись в кружок у костра, показали мужчинам, как дышат в лад. Катрона так нуждалась в свете, что развела огонь вопреки опасности. Она рассказала юношам сказку о пяти зверях, которые поспорили, что в жизни главнее, и оказалось, что дыхание. Дженна вспомнила, как монотонно рассказывала эту историю Мать Альта – у Катроны получалось куда веселее. Мальчики смеялись от души, и Джарет тоже, только беззвучно.

Марек и Сандор в свою очередь вспомнили стихи, которым научил их отец, – о том, как тянуть паром через реку. Катрона сказала, что эти стихи говорятся неспроста, а для науки.

– Для каждого ремесла есть такие. И для пекарей, и для пастухов, и для мельников.

Джарет, тронув Катрону за руку, показал на себя.

– Он ведь тоже мельник, – подсказала Катри.

Все, смутившись, умолкли, но тут Петра запела колыбельную, и все принялись тереть глаза.