Эльф вампиру не игрушка! (СИ) - Беседина Елена "Alexiel" - Страница 41

В обычной жизни я не свечусь, позиционируя себя как среднестатистического Древнейшего, это позволяет жить так, как хочется, не оглядываясь на всякие там предрассудки. Вампиры — вообще народ весьма свободолюбивый. Наш политический строй, на мой взгляд, можно охарактеризовать как деспотическую анархию. Все сами по себе, но при этом, не задумываясь, по первому же требованию подчиняются общепризнанным лидерам (это обусловлено еще и тем, что лидерами могут стать только сильнейшие представители вида, которые, в случае чего, и заставить себя слушать способны. Так было всегда, и так будет и дальше. Традиции у нас очень живучи). Лидеры своей властью не злоупотребляют, ибо самим есть, чем заняться, и тратить время на всякие глупости они не имеют ни малейшей склонности. У нас есть небольшой свод непреложных законов, которым беспрекословно следуют все вампиры, однако этих законов не много, и в основном каждый волен делать то, что ему хочется.

С одной стороны это может показаться очень сложным, но с другой все проще простого: "Живи сам и дай жить другим (вампирам). Иначе ты за это поплатишься". Не знаю, с чем это связано, но такая схема работает. Наверное, мы так устроены, что в безопасности ведем себя словно хаотично движущиеся частицы, но стоит лишь появиться реальной угрозе, как все сразу же объединяются в единую монолитную, четко выстроенную структуру… А потом все опять сами по себе, и всех нас это устраивает. Склонен объяснить это каким-то инстинктом, присущим всем вампирам.

Так, что-то я отвлекся. Лисенок продолжал смотреть на меня огромными глазами и слабо — читай "никак", — реагировал на то, что я, забравшись ладонями под тунику, поглаживаю его поясницу, периодически скользя пальцами под ремень джинсов. Непорядок. Усмехнувшись, чмокнул рыжика в нос, это никогда не оставляло его равнодушным. Лис тут же фыркнул и сморщился.

— Так на то и был расчет. Оно мне надо, решать чужие проблемы, меня и моей расы не касающиеся? Кому следует знать, те в курсе, а заблуждения остальных разумных — их личное дело.

Растерянно хлопая пушистыми ресницами, эльфенок переваривал новую информацию.

— А Никаресс тогда кто? — последовал вполне логичный вопрос.

— Он, можно сказать, второе лицо "государства". Визирь — моя правая рука.

— Угу. Правая, иногда левая, а в финансовых вопросах еще и голова, — пробурчал появившийся на кухне блондин. — Ничего Сулейман не знает. Слышал про Орден что-то, но очень смутно, на уровне недостоверных слухов. Хотя пару адресов, к кому стоит обратиться, если появится щекотливое дельце, подкинул. Со спецслужбами я связался. К вечеру они будут здесь. А у вас как?

Пока вампир усаживался на табурет, я вкратце рассказал ему последние неутешительные новости. Никс, поставив локти на столешницу, сцепил пальцы в замок и взялся мрачно нас разглядывать.

— Ты чего такой невеселый? — поинтересовался я.

Объективных поводов для подобного его состояния пока не было. Хотя, предположение у меня появилось. У блондина имелось одно весьма ценное качество. Не знаю уж, каким местом, но когда назревала какая-то серьезная и потенциально опасная ситуация с сомнительным исходом, он это чувствовал. И чем хуже дело, тем мрачнее Никаресс… Своего рода пророк он у меня. Это не раз выручало и самого вампира из передряг, и мне помогало. Так что я инстинктивно подобрался.

— Не нравится мне все это, — нахмурившись и поджав губы, заявил Никс. — Слишком четко работают, слишком хорошо прячутся. Если бы не случайность, мы бы так ничего и не узнали. Где гарантии, что уже не слишком поздно? Мне вот как-то не хочется участвовать в очередной межрасовой войне!

— Спокойно. Не стоит раньше времени паниковать, — прикрыв глаза, жестко посоветовал-приказал я. — Ты прекрасно знаешь, что, если возникнет необходимость, мы можем действовать очень быстро.

Поморщившись, как от зубной боли, вампир перевел тему.

— Ладно, чем сейчас займемся? Когда там у тебя сеанс связи с нашими?

— Где-то, через полтора часа, — отрапортовал я, поворачивая голову к Лисенку, которого продолжал обнимать за талию. — Чем займемся?

Эльф, не до конца еще отошедший от предыдущего потрясения, удивленно моргнул, понимая, что резко оказался крайним. Причем Никаресс воспринял эту ситуацию как должное и так же выжидательно уставился на мальчишку.

— Вам не надо никак готовиться? Не будете ничего обсуждать? — Подозрительно поинтересовался рыжик.

Мы с помощником синхронно фыркнули.

— А зачем? — Озвучил я нашу общую точку зрения.

Этот вопрос поставил Лисенка в тупик. Не привык еще ребенок к жизненной позиции вампиров: "Не заморачивайся лишний раз", наверняка в его представлении серьезные проблемы должны решаться не так. И вряд ли мы вписывались в имеющийся у него в голове образ облеченных властью субъектов.

— Ну, — протянул эльфенок. — Можно…

В общем, уже через пять минут мы сидели в зале, каждый в своем углу и увлеченно резались в морской бой. Замечательная игра, придуманная людьми, пришлась по вкусу абсолютно всем разумным и получила довольно широкое распространение. Рыжик, нерешительно высказав свое предложение, еще долго не мог поверить, что два взрослых — если не сказать "древних", — вампира с энтузиазмом за него ухватились. Не знаю, как Никаресс, а я уже тыщу лет в это не играл, и мне было очень приятно освежить воспоминания. Особенно когда рядом такой сгусток азарта в лице увлекшегося эльфенка!

В назначенный час наша дружная троица отложила карандаши и бумагу и без лишних слов направилась в кабинет, где расположилась на уже привычных местах: Лисенок свернулся калачиком в кресле у окна, я уселся за массивный письменный стол, Никс встал за моей спиной по правую руку. Запульсировавший шар связи показал, что собеседники готовы пообщаться. Ждать дальше смысла не было, и я провел над артефактом рукой, активируя его и заодно переключая в режим конференц-связи. Полезное такое свойство. Теперь изображение транслировалось не в, а из шара. Над поверхностью стола одна за другой возникли пятнадцать небольших фигур вампиров. В порядке старшинства они склоняли головы и здоровались.

— Приветствую всех собравшихся, — не остался в долгу я. — Не буду ходить вокруг да около, перейду сразу к сути сегодняшнего собрания. У нас возникли проблемы. Человеки создали военизированную организацию, под названием Орден Чистильщиков, официальной целью которой является уничтожение нелюдей.

— И каким образом это касается нас? — подал голос один из моих подчиненных, демонстрируя закономерное удивление. Ну, создали и создали, как говорится, пусть себе, нам-то что?

— А таким, что эти товарищи, не задумываясь, взяли заказ на убийство вампира. Если конкретно, они предприняли попытку убить меня. И будь на моем месте кто-то другой, у них вполне могло получиться. Причем я ни с кем не ссорился и дорогу не переходил. — Тут я немного слукавил, но ведь открытого конфликта действительно не было, наоборот, это на мою законную собственность покусились. Если сгустить немного краски, получается, что люди вконец оборзели.

Озвученная мною информация вызвала бурю негодования. Вампиры загомонили, шумно переговариваясь и возмущаясь. Когда кто-то нападает на кого-то, это не интересно, а вот если нападению подвергается один из нас, особенно если этот кто-то древнейший… А уж если в роли нападающего выступает законная еда! (Ну… собственно, для нас почти все разумные, кроме, понятное дело, вампиров — еда… Но то не суть важно! Идею вы поняли).

— В свете этого, я считаю необходимым устроить Большую Охоту на этот самый орден, — озвучил я свою позицию по данному вопросу, когда народ более-менее успокоился.

Естественно меня поддержали. Между собой вампиры могут грызться сколько угодно, но никому постороннему делать этого настоятельно не рекомендуется (исключениями являются случаи, когда наши сами нарываются; тогда в решение вопроса никто не вмешивается). Теперь действия подавляющего большинства моих сородичей (разве что дети не будут участвовать, да и то не факт, Большая Охота — это редкое развлечение, далеко не каждое столетие может похвастаться тем, что в нем вампиры забывали свои распри и дружно объединялись ради общего дела) будут подчинены единой цели: найти всех представителей ордена и взять их под наблюдение, будучи готовыми в любой момент, по первому же моему требованию, уничтожить. Рассказав абсолютно все, что на данный момент удалось выяснить об ордене, посчитал необходимым добавить: