Армагеддон в юбке 2 (СИ) - Бойко Евгения Владимировна - Страница 36

— На своей.

Пробные атаки прекратились. Демоны лишились трех своих сотоварищей, мы — части магического резерва. Твари поняли, что разрозненными атаками им нас не сразить и стали наступать одновременно, рассредоточивая броски парализующих сфер и запуская огненные сущности. Не очень опасно, но неприятно: чтобы остаться целой приходиться находиться в состоянии постоянного напряжения и сосредоточения всех сил.

Сражаться плечом к плечу с Вореном было на удивление легко. Чувствовалась длительная практика и умение приспосабливаться к умениям напарника.

Практик. Не теоретик.

Умение виртуозно пользоваться "Когтями Хаоса" вызывало невольное уважение. Заклинание мощное и богатое возможностями при условии правильного использования. Интересно где это он так поднаторел в искусстве убивать? Да еще столь специфическим способом… не в дворцовых же переворотах и дуэлях он оттачивал свое мастерство! Вывод напрашивается сам собой: у него было предостаточно времени, чтобы потренироваться на «живом» материале.

Только где ж он демонов достал?

Украдкой покосившись на даже не сбившегося с дыхания мага, я встретилась с его взглядом. Будто читая мои мысли, он сказал:

— На острове Темной радуги.

— Что? — не поняла я.

— Ну, ты же наверняка заинтересовалась тем, где я, — короткий смешок, — научился пользоваться «Когтями». И там я убивал не только демонов. — Под железной хваткой его рук кости приземистого демона с бараньими рогами противно захрустели изламываясь.

— После этого заявления я должна передать тебя в руки властей как преступника?

— А ты часто убивала? — сменил тему Ворен.

Размозжив черепушку очередного мракобеса, я ответила:

— Смотря с чем сравнивать. Даже одно убийство — уже много. Думаю достаточно. Во всяком случае, я не считала. Надеюсь, виновных среди убитых было больше чем невинно осужденных.

— Ты странная.

— Я ведьма.

— Это я уже понял, — хмыкнул Ворен.

Оставшихся демонов мы добили молча, погруженные каждый в свои мысли. После того как тела благополучно истлели, я кое-как привела жреца в чувства, и договорилась с ним о церемонии. Бессовестно воспользовавшись тем, что он еще не до конца очнулся от потрясения, я получила разрешение провести репетицию свадебного обряда.

Оставив жреца самостоятельно утилизировать оставшийся от мракобесов пепел, мы с Вореном поспешили в Академию. Чутье подсказывало, что оставленные без присмотра студенты могут принести нам новые неприятности, что было, крайне нежелательно.

До Академии мы добрались относительно быстро и мирно. Полуденное солнце заставило спрятаться до вечера большую часть горожан. Разве что на базарной площади царило оживление: ни жара, ни лютые морозы не мешали торгашам сбывать товар доверчивым покупателям, а доверчивым покупателям в свою очередь приобретать то, что порой было им совершенно без надобности.

В лабораторном корпусе, где проходили практические занятия, стояла непривычная тишина, что само по себе было странно. Обыкновенно студенты не обращают внимания на погодные условия и наполняют шумом все помещения АН…

Я прильнула к двери и, не веря собственным ушам, могла наслаждаться царящей в аудитории тишиной. Подозрительной такой тишиной…

— Они точно что-то задумали, — прошептал Ворен.

— Да уж. Там подозрительно тихо… — согласилась я и только чудом успела отойти от двери прежде чем та настежь распахнулась и в коридор выбежала встрепанная и эльфийка — практикантка преподающая у наших несчастий основы левитации.

— Монстры! — взвизгнула она и, поправив сбившуюся на правый бок прическу, бросилась вон. Следом полетела малая берцовая кость…

Переглянувшись, мы с Вореном осторожно заглянули внутрь. Представшее нашим глазам зрелище без сомнения было достойно занесения в великую студенческую книгу "Самых масштабных приколов".

Под потолком летал рой летучих мышей, у доски кружились реторты, методические пособия и скальпели всех форм и размеров. На столе под музыкальное сопровождение в виде импровизированного барабанного боя (стука ложек об парту) нервно дергал костяшками скелет. Иногда он отрывал очередную кость и бросал ее в массы.

На последних рядах, будто диковинные змеи извивались макаронины.

Стены аудитории выглядели так, будто на них опробовали не менее трех сотен окрашивающих заклинаний, а на полу у доски кто-то разлил ведро крови.

— При первой встрече они не казались мне такими извергами, — заметила я, щелкая пальцами. Летающие предметы брякнулись на пол и объединились в живописные кучки. — Ну и кто это придумал? — грозно спросила я притихших УСОтов. — И что самое главное — кто осуществил?

Мне и в самом деле было интересно. У кого прорезались такие потрясающие способности к телекинезу?

Студенты молчали, скромно потупив очи. В аудитории стало так тихо, что было слышно, как клацает зубами скелет, забившийся в самый дальний угол. Вот буквально один день не появилась на занятиях и эти бессовестные студиозы вконец обнаглели!

— Знаешь, разница между адептами и демонами теперь кажется мне несущественной, — тихо сказал Ворен.

— Мне тоже. И, кажется, я знаю, как их наказать! Не нам же самим в хранилище пыль шуровать…

Глава 8

"— Следи за вещами, Золушка.

— Это почему, добрая Фея?

— Твой кучер — крыса!"

NN

Дворцовое хранилище вместилище тайн, загадок и свалка малоценных (и не только!) техномагических вещей в одном флаконе находилось прямо за дворцом. Окруженное клумбами с экзотическими цветами построенное из серого камня здание утопало в зелени акаций и кленов. Увитые плющом колонны поддерживали нависающий над ступеньками козырек с таким обилием лепнины, что казалось, он вот-вот рухнет и погребет под собой бренные тела тех, кто хотел войти внутрь.

У массивных дубовых дверей неподвижно замерли два стража. Их тела, будто покрытые живой ртутью влажно поблескивали, а глаза без белка пристально рассматривали редких посетителей.

— Ты здесь уже бывала? — спросил Ворен, когда мы и испуганно жмущиеся друг к другу студенты вошли в темный холл.

— Нет. Один фиг вынести ничего не получилось бы, — отмахнулась я и повернулась к УСОтам. — На право не соваться! Потом догонять и упокаивать не буду.

— Кого? — не преминула спросить людоедка.

— Кого, кого. Вас. Упырястенькие мои… Значит так: берем метлы, швабры и тряпки в зубы и рассредоточиваемся по Хранилищу. И настоятельно советую ничего не трогать, если жизнь дорога. Вопросы есть?

— А можно инвентарь не в зубы, а в руки? — с невинным лицом поинтересовался полудракон.

— Можно. А теперь — брысь!

— Думаешь, послушаются? — недоверчиво протянул маг.

— В смысле?

— В том смысле, — пояснил Ворен, — что они ничего не тронут?

— Конечно, нет. Это я для проформы сказала. Но это даже к лучшему: мы сможем поговорить, не боясь быть услышанными.

— Как знать. В Ридегоне уши есть не только у стен.

— Да ладно тебе! — фыркнула я и посторонилась, позволяя полудракону верхом на метле беспрепятственно пролететь между мной и стеллажом. — Ну, кто расскажет первым?

— Слово даме, — Ворен шутливо поклонился.

— Как пожелаешь. В общем, лет двадцать назад была предпринята дерзкая попытка ограбить Хранилище после которого осталось тридцать трупов и оброненная одним из нападавших пряжка плаща с неизвестным на материке гербом. Доподлинно неизвестно что именно хотели заиметь злоумышленники и удалось ли это им, поскольку достоверных описей хранящегося здесь барахла нет. Кое-кто из магов предполагает, что целью были чертежи меча Агава. Он кстати где-то здесь хранится…

— А не проще ли было взять непосредственно меч? И вообще чем он так ценен?

— В нынешнем состоянии он ничего не стоит. Во-первых, меч настроен только на одного владельца — остальным просто не поддастся, а во-вторых, нет источника сил к нему.