Оседлай молнию! - Калашников Максим - Страница 59

Тогда Евгений Адамов говорил нам о том, что Киргизия становится форпостом нашей безопасности, и мы, безусловно, заинтересованы в том, чтобы укрепить его.

— Поэтому вполне логичным шагом России будет помощь тем, кто отражает нападения нового агрессора. В принципе это сфера компетенции отнюдь не Минатома. Но именно мы способны помочь Бишкеку укрепить свою границу так, чтобы экономические интересы России не пострадали. Так, чтобы то не был старый партийный способ, когда мы всем помогали оружием, но ничего не получали взамен…

Сейчас, когда мы не можем, подобно СССР, направлять на подмогу союзникам миллиарды долларов, потоки оружия и тысячи военных советников, выход был найден. 21 июля 2000 года Россия подписала с Киргизией соглашение о поставке последней специальных радарных станций для охраны ее крайне сложной границы — типа «Витим», «Фара» и «Гардина». Эти радары делают на предприятиях Минатома РФ. Поэтому с нашей стороны именно он стал главным партнером Киргизии, тогда как его партнером в республике выступает тамошнее Минобороны. Помощь, таким образом, идет не за счет российского бюджета, а из кармана государственной ядерной корпорации. И это — символ нового времени.

Но одновременно Минатом предложил поставить все на деловую, самоокупаемую основу: задействовать в своем бизнесе предприятия атомной промышленности СССР, оставшиеся в Киргизии, создав трехстороннее совместное предприятие (из России, Киргизии и Казахстана) по добыче и переработке казахстанского урана. А в перспективе речь идет о появлении уже целой транснациональной финансово-промышленной группы, к которой может присоединиться и Таджикистан. Оживление промышленности Киргизии, достигнутое таким путем, укрепит ее экономику, а значит, и обороноспособность. 21 ноября 2000 года российское правительство дало «добро» Минатому на проведение переговоров по этому поводу с Минобороны Киргизии. Именно оно, а не какое-либо промышленное ведомство, сейчас курирует и продвигает этот проект.

Планировалось, что русские атомщики, помогая киргизам отбивать натиск врагов, получат возможность добывать здесь не только ценный уран, но и золото. Только завод в Кара-Балте, взятый вновь в русские руки, давал бы нам 20 тонн золота ежегодно.

Таким образом, тогда мы впервые пытались сыграть по своим правилам, вопреки канонам «классической дипломатии». Даже нельзя точно сказать, что пытался сделать Адамов. Это дипломатия? Да. Но одновременно — и бизнес, и оборона. Единое, системное действие, которое мы в «Третьем проекте» назвали метадействием.

И это предприятие могло увенчаться успехом. Но, увы, уже путинская власть этот план пустила коту под хвост, вскоре убрав Адамова с поста главы Минатома. А жаль…

Расскажем мы и третью притчу о необычной политике, но теперь уже устами выдающегося русского психотехнолога Игоря Викторовича Смирнова, известного вам по книге «Третий проект». Того самого Смирнова, который работал над психотехнологиями с 1979 года, по секретному постановлению ЦК КПСС и Совета Министров СССР.

Оказывается, даже слабая Россия в ее нынешнем виде способна творить чудеса, если прибегнет к приемам информационной войны.

«К сожалению, Илья Муромец пока спит на печке и слезать оттуда не собирается. Россия не ведет информационной войны. Причина этой странности — добровольной сдачи оружия — заключается в ранее достигнутом успехе супостата. Всех нас, и „князей“ и „население“, напугали жупелом идеологии и пропаганды. Дескать, это ущемляет права и свободы личности. Русские поверили, что надо два раза в день чистить зубы и права человека, совсем сложили неплохое идеологическое оружие (идеи Родины, коммунизма, своей прогрессивности) и остались на бобах, без царя в голове. Опять спят.

Для выработки стратегии информационной войны кратко рассмотрим условного противника — Индию.

Естественно, что в рамках информационной войны использование силовых методов физического воздействия (забрасывание великого индийского народа шапками или атомными бомбами) неэффективно и бессмысленно. Следовательно, с генералами разговаривать не будем.

Как нам присоединить Индию?

1. Найдем и разовьем талантливого профессионала Немо из любой точной-неточной области науки — медицины, физики, химии. Только не из «истэблишмента». Люди из «элиты» уже испорчены и ничего продуцировать не могут. Лучше ставить на молодого.

2. Возьмем его из его самой что ни на есть, рутинной, профессиональной и малооплачиваемой среды. Создадим ему предельный уровень нагрузок в максимально широкой области его профессиональных прерогатив, постепенно их расширяя на другие науки, да так, чтобы все решаемые задачи были до предела связаны с творческим подходом, а нравственные компоненты решений — предельно ответственны и драматичны («из огня да в полымя», «пойди туда, не знаю куда, сделай то, не знаю что», разработай новый способ чтения мыслей, создай новое несмертельное оружие, изобрети философский камень и т.п.).

При окончании этапа обучения убедимся, что Немо, будучи увлечен очередной идеей, свободно поступается своими гормонально-мышечными привязками к физическому носителю — он, трудясь самоотверженно, не спит, не ест и не любит женщин. А теперь от лица Партии и Правительства поставим ему экзаменационную задачу «Как нам присоединить Индию?» в камуфлированном виде, привязанном к его профессиональной области. Например, если он военспец, — как нам продать Индии миллиардный контракт на поставку некоторого образца боевой техники, который мы условно назовем истребителем Му-97. При этом Немо уже будет окружен должным пиететом со стороны коллег и будет дорожить им. Он будет знать, что при решении поставленной задачи получит все: золотые звезды, бабу, денег и шоколадку.

При разработке решения ему будем невзначай подбрасывать каверзные сообщения и вопросики, чтобы направить его мысли в нужное нам русло, чтобы Немо стал интересоваться менталитетом великого индийского народа, чтобы стал читать книжки по индуизму, буддизму, Шиве, Шри Раджнешу. Чтобы Немо непроизвольно провел анализ отличия Махатмы Ганди от ассасинов-убийц, приносящих жертвы во имя богини Кали, рассмотрел последствия английского владычества и поразительные факты сходства в ментальностях великого русского и великого индийского народа. Чтобы начал думать об общих исходных арийских корнях, не забывая при этом цыган, чтобы за дружеским разговором за бутылкой красного вспомнил об индуистской свастике и о том, что этот знак принадлежит также символике одного из коренных богов русского народа — Одину.

Добьемся того, чтобы Немо однажды полушутливо предложил: слушай, а не проще ли нам доделать тоннель через Гиндукуш и присоединить Индию? Полушутя разовьем этот разговор. Послушаем, что скажет Немо и еще 2-4 таких Немо, которых мы «выпасем» отдельно друг от друга и соединим вместе в количестве 3-5 человек только на конечной стадии легенды, когда реальность работы по контракту будет для них очевидной. Послушаем. Чем черт не шутит — а вдруг придумают что-то интересное?

Самый умный придумает дать самолетам Му-97 название «Кали», чтобы задеть архетипные струны великого индийского народа. Затем будет придумано вводить стилизованное изображение самолета в санскритские тексты, на изображениях шестирукой богини Кали, выдавливать его на подметках импортируемых Индией ботинок «Красный большевик» и т.п., и все это в разных местах и в разное время выдавать через средства массовой информации великого индийского народа. Стрельба по площадям с большой избыточностью. Первичный объект массового поражения. А контракт пусть выполняют.

Немо и его психосемантические конструкции будут для нас опорной точкой, репрезентативной реперной группой.

3. Мы же, плетя свою информационную паутину, предельно тщательно заинтересуемся истеблишментом великого индийского народа. В частности, особо выделим круги общества, в которых вращаются высшие чиновники, прямо или даже косвенно причастные к заключению контрактов на поставку вооружения. Ясно, что имеющейся в Индии русской агентуры будет недостаточно. Привлечем под видом научных (археологических, исторических, лингвистических, медицинских и пр.) задач цвет русской, индийской и супостатской науки. Под видом научных и светских тусовок решим одну главную задачу — выявим духовных лидеров великого индийского народа, хотя бы один из которых является коллаборационистом и нарушит свое медитативное уединение, появившись в тусовке. Поскольку великий индийский народ является многонациональным и религий в Индии множество, нам нужен лидер, который по своим нравственным и религиозным убеждениям способен оказывать влияние на ту часть истеблишмента, где находятся вторичные объекты массового поражения. Это лица, от мнения которых наиболее зависит судьба контракта на поставку нашего истребителя «Кали» (бывший Му-97). Поскольку такие объекты могут принадлежать к разным там индийским княжествам и верованиям, необходимо для каждого из них подготовить имманентного лидера, чье мнение будет воспринято вторичным объектом как генуинное. То есть свое, исконно индийское, патриотически-почвенное.